Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью - Виктория Вишневская

которых сейчас перепрыгиваю лужу, ругаясь себе под нос.

Перед лицом неожиданно мигает свет фар, и я поднимаю взгляд с асфальта на серебристую Ламбу.

Волосы на затылке встают дыбом.

ОН позади.

Ощущаю прожигающий взгляд на спине, заднице…

Несколько быстрых шагов – и Леон оказывается рядом. Я как раз подхожу к его машине, стараюсь как можно быстрее проскочить мимо неё.

Поравнявшись с капотом, слышу громкий, повелительный оклик:

– Садись в машину, подвезу.

Глава 4

Глава 4

Вероника

Молчи, Ник, просто молчи! Сделай вид, что не знаешь его. И он ничего для тебя не значит.

– Вероника, давай поговорим.

– Мне не о чем с тобой разговаривать.

Да чёрт возьми! Вынудил!

– Мы не виделись четыре года. Я просто хочу узнать, как ты.

Хочется всё рассказать. Просто, чтобы знал, что у меня случилось после нашего разрыва. Как мне было тяжело, когда я ходила беременной, когда Поля родилась, когда мама умерла…

– Замечательно! – не оглядываясь, продолжаю идти вперёд. Главное – не обернуться. Не обернуться! – Лучше некуда.

– Ты всё ещё ненавидишь меня?

Резко останавливаюсь. Прямо в луже. Белые кроссовки начинают наполняться водой, а я с силой сжимаю ладони. Хочу повернуться, накинуться на него с кулаками. Выкрикнуть: «Да!».

В голове ясным воспоминанием проносится один день из нашей жизни. Самый счастливый для меня и в то же время разрушающий. День, когда мой муж открылся с новой стороны.

Прошлое

– А если бы я забеременела, ты был бы рад? – спрашиваю аккуратно, пытаюсь спрятать рвущуюся наружу улыбку. Волнительно сообщать мужу информацию, написанную в справке, которую сжимаю в ладонях за спиной.

– Не сейчас, – звучат грубо слова Леона. Он даже не смотрит на меня, продолжая застёгивать запонку на рукаве. – Нам пока рано детей, не находишь? Подумаем о них лет через десять.

Десять лет… Это слишком много. Мне уже будет около тридцати…

– А если это случится быстрее? – глухо спрашиваю, понимая, что его мнение насчёт детей не изменилось. Он их не хочет. Как и раньше…

И сейчас поднимает на меня взгляд, с подозрением спрашивая:

– Ты беременна?

Озноб проходит по спине. Ледяной взор голубых глаз пробирает до мурашек. Новак никогда на меня так не смотрел, как сейчас. Два года в браке… И такое впервые.

– Нет, спрашиваю из интереса.

Он и раньше был категоричен в этом плане, но я надеялась, что его мнение изменится. Когда мы сойдемся, поженимся, начнем жить вместе… Я верила, что смогу поменять его! Но, видимо, этого не произошло.

– Я бы настоял на аборте, – чеканит, отворачиваясь.

Мне словно дают хлёсткую пощёчину. Тяжело слышать подобные слова от мужчины, которого любишь. И от которого ждешь ребёнка.

– Уверен? – голос начинает дрожать.

Пожалуйста, пусть мне послышалось!

– Да.

Закусываю от досады губу. Мечусь из стороны в сторону, не зная, что сказать.

Детей я люблю. Всегда мечтала стать мамой… Родить нам с Леоном малыша. Тогда бы мы стали той самой счастливой семьёй, которую я так хотела. А тут… Я не знаю, что сказать. Что сделать…

Есть ли смысл скрывать правду?

Может, скажи я ему всё как есть, мы придем к компромиссу?

– Тогда… – собираюсь с мыслями. – Я беременна.

Застывает. Я тоже. Не такой реакции я ждала от мужа. Не такой…

– Пошлёшь на аборт? – летит уже надрывно. А он стоит, не шелохнувшись. Вижу, как бегают его глаза по манжетам рубашки.

Несколько секунд тишины и его раздумий убивают.

– Прости.

Одно слово. Обычное «прости». Но для меня – как пуля в лоб. Обрывающая абсолютно всё.

Настоящее

Вспоминаю глаза нашей малышки и запрокидываю голову к небу, ловлю капли дождя лицом. Стараюсь не заплакать от вдруг нахлынувших картинок.

– Ты перестала брать деньги со счёта.

Ах, я знала, что он припомнит. Скажет мне о нём.

Как только мы развелись и я перестала носить фамилию Новак, Леон меня так просто не отпустил. Открыл счёт на моё имя, переводил туда деньги, чтобы я ни в чём не нуждалась.

Я была гордой, на себя ничего не брала, но иногда, в самые тяжелые моменты, снимала с него небольшую сумму. На Полю. Да, тратила деньги человека, ненавидящего детей, на ребёнка. Конечно, потом я всё возвращала с зарплаты. Но однажды решила, что делать так больше не могу. Стала много работать, чтобы не принимать от бывшего никакой помощи.

Так я почувствовала себя намного легче и свободнее.

– Как видишь… У меня есть работа, – отвечаю ему. Женская обида играет во мне, выдавая следующие слова: – Муж, который меня обеспечивает.

Лгу сама себе. После Новака я так и не смогла склеить своё разбитое сердце.

– Поэтому у меня нет времени на разговоры, прости.

Больше ничего не говоря, срываюсь с места и бегу по лужам, надеясь как можно быстрее и дальше оказаться от ледяного, пробирающего до самого нутра взгляда.

Глава 5

Глава 5

Вероника

– Я дома, – забегаю в квартиру, быстрее скидываю мокрые кроссовки. Кто же знал, что за десять-пятнадцать минут столько нальёт! Всё в воде, ни одного сухого местечка. Теперь бы не заболеть, а то ноги промокли и джинсовка вся насквозь.

Хотела поехать на маршрутке, но, чёрт, там народа тьма тьмущая, фиг влезешь. Пришлось бежать домой своим ходом.

– Бабуль, вы дома?

Или гуляют ещё?

Взгляд опускается на мокрые ботиночки дочки. Да, здесь должны быть, чего молчат тогда?

– По-о-оль? – окликаю ещё раз. Ставлю сумку на тумбочку и в ответ слышу только тихий всхлип.

Настороженно захожу в гостиную. Бабушка сидит на диване, отвернувшись. Вытирает