Его моя девочка - Эльвира Владимировна Смелик

– Нет, я только до конца августа. А так – тоже здесь учусь.

– А-а-а, – с пониманием протянул Пожарский, и улыбка стала не просто лучезарной, умильной. – Первокурсница?

– Вообще-то я уже на третьем, – поправила его Лиза, но Алик ни капли не смутился, наклонил голову набок, заглянул прямо в глаза.

– Тогда сделаешь нам справочки?

– Какие? – она немного растерялась, от внезапного перехода и странной взаимосвязи. Ну и от взгляда бездонных синих глаз, конечно.

– Что мы здесь учимся, – протянул Алик бархатно и нежно. – Пожарский и Крайнов, группа пятнадцать сорок один.

– Хорошо, – кивнула она, попыталась наощупь отыскать бумажку и ручку, шаря рукой по столу. – Я запишу. Потом Марина Сергеевна придёт…

Алик перебил, просительно выгнул брови, хлопнул ресницами:

– А прямо сейчас нельзя?

Лиза едва не ляпнула «Можно», до того переполнилась сочувствием и желанием непременно всё сразу исполнить – а как по-другому, когда на тебя так смотрят? – но вовремя взяла себя в руки.

– Их же ещё подписать надо у декана, а его сейчас нет, – пояснила, чуть ли не виновато. – Так всегда. Можно было и не приходить, а через сайт заказать. А потом уже забрать готовые.

– Первого можно? – прилетело со стороны, довольно сухое и резкое.

Лиза повернулась.

Крайнов сидел на одном из стульев, стоящих в ряд вдоль стены, пристроив локоть на спинке соседнего и расслабленной откинувшись. Его взгляд именно таким и был – цепким, тяжёлым, чуть презрительным. Неприятным и холодным, прямо до мурашек. Лиза едва удержалась, чтобы не поёжится, и вообще стало обидно.

Похоже, для него она одна из тысячи тех дурочек, у которых мозги разжижаются при виде Алика. И никаких сомнений, Крайнов именно так и подумал – судя по взгляду – и даже не попытался скрыть своё отношение. А главное, он и тогда оказался недалёк от истины. И это вдвойне обидно. Потому Лиза и поняла не сразу, что он имел в виду, переспросила растерянно:

– Первого?

– Да, – подтвердил Крайнов и выговорил чётко, медленно, с расстановкой и максимально информативно, словно для слабоумной: – Забрать готовые справки первого сентября. Чтобы не приезжать специально.

Лиза на мгновение сжала губы, сузила глаза, а потом сухо сообщила:

– Можно.

Крайнов сразу поднялся, видимо, решив, что всё прояснилось и делать здесь больше нечего, глянул на Пожарского.

– Идём? Или ты остаёшься?

– Зачем? – вскинулся Алик, тоже подскочил со стула, даже не попрощался. Хотя, нет: в дверях развернулся, одарил улыбкой, сделал ручкой: – Пока.

Ну да – пока. Увидел девушку, построил ей глазки, получил чуток удовольствия, подтвердил самооценку – всё, на остальное начхать. Дело сделано, миссия выполнена, всё ненужное – прочь из головы. А она, как дура, под впечатлением, и на пару секунд даже успела пожалеть, что первого сентября, когда он придёт за справкой, она уже будет сидеть не в деканате, а на паре.

Так что там – ещё ниже плинтуса?

Глава 3

И всё-таки, как оказалось, Алик её запомнил, пусть и смутно. Но самое невероятно – попросил изобразить его девушку. И она… она согласилась. А теперь главный вопрос: зачем? Сейчас, спустя некоторое время, об этом уже можно задуматься основательно и трезво, выйдя из состояния растерянности и шока.

Неужели она и правда решила не упускать шанс? Не по-настоящему так хоть сделать вид, что с Аликом. Тогда не только она сама будет в шоке, но и все девушки факультета, некоторые даже полопаются от зависти. А она реально получит от этого удовольствие? Да ничуть. Ей до мнения остальных как-то фиолетово. Тогда…

Получается, она на самом деле подспудно рассчитывает, что фиктивные отношения со временем перерастут в настоящие? Ей так нужен Пожарский?

Конечно, было бы интересно. Хотя и сомнительно, что он способен на нечто серьёзное. Но вдруг… Почему бы и нет? В книжках же и в фильмах так постоянно случается – популярный парень и серая мышь.

Ну, нет. Серой мышью Лиза себя ни капельки не считала. Но вот с популярностью у неё, да, не слишком радужно, далеко ей до звезды факультета. А Алик определённо звезда. Да и Крайнов, который вечно болтается с ним рядом. Всё-таки неприятный тип.

Так, стоп! А он-то каким образом сюда влез? Речь вообще не о нём.

– Трофимова! – громкое восклицание вырвало Лизу из потока мыслей. – Ты вообще сейчас где?

Она, чтобы не выказать смятения, негодующе уставилась на Машу.

– Как где? Здесь. С тобой. Кофе пью.

– Ну-ну. Ты уже полчаса его ложкой мешаешь. Погляди, во что превратился.

Лиза послушно глянула на стоящий перед ней бокал. И правда. От былой разделённой на три чётких слоя красоты латте ничего не осталось – ошмётки пены висели на стеклянных боках, а молоко и эспрессо смешались в общую массу. И хотя та выглядела вполне прилично, но…

– Я просто задумалась.

– Во-во, – подтвердила подруга. – Интересно только, о чём. Ты вообще сегодня какая-то странная. Случилось чего?

Маша уставилась въедливо. Может, всё-таки рассказать ей про Алика, посоветоваться? Отказаться ведь ещё не поздно, особенно если подруга такое решение поддержит. Или, наоборот, заявит: «Да ты чего, Трофимова? Конечно, соглашайся. Это же Пожарский. Главное, он тебя заметил, и теперь ты будешь с ним рядом. А дальше – разберёмся. Я помогу». Подруга любит решать подобные задачи.

Лиза сделала осторожный глоток совсем уже остывшего бывшего латте, посмотрела на Машу.

– Да ничего не случилось. Всё, как обычно. А иногда задумываться – это для людей нормально.

– Ну-ну, – хмыкнула Маша, иронично, но без обиды.

А Лиза… лучше она для начала сама разберётся, чего хочет, на что рассчитывает. И подруга всё равно же потом узнает, как и остальные – правду. Или… не совсем правду.

Домой она вернулась где-то около десяти. Пока снимала кроссовки и куртку, в прихожую заглянула мама, сообщила:

– К тебе парень приходил.

Лиза вскинулась недоумённо:

– Какой ещё парень?