Дженнифер Эшли - О красивом белье и не только

Я тут же начала быстро расстегивать пуговицу на его джинсах, потом молнию. Ник попытался что-то сказать мне, но не успел: я проворно сдернула с него джинсы.

Теперь он стоял передо мной голый, и я приложила ладони к его бедрам, а потом снова поцеловала его в губы.

– Бренда, – Ник сдержанно улыбнулся, – вряд ли нам стоит торопиться…

– Я не могу не торопиться.

– Ты куда-то опаздываешь?

– Нет.

Я погладила его по животу, потом моя рука опустилась чуть ниже.

Когда мои пальцы обхватили его пенис и скользнули вверх, горло Ника издало гортанный, клокочущий звук и он пристально посмотрел на меня из-под полуопущенных век.

– Боюсь, так мы не доберемся до спальни, – пробормотал он.

– И хорошо, меня это устраивает, – бодро откликнулась я.

Ник быстро снял с меня платье, потом, не сладив с застежкой, опустился на колени, стянул лифчик к моей талии и, наконец, снял его через ноги. Это было удивительно смешно!

Покончив с лифчиком, Ник обхватил меня за талию, лизнул мой пупок, и тогда я запустила пальцы в его волосы. Потом он снял с меня трусики, и я осталась перед ним в одних чулках и туфлях.

Ник поцеловал меня между ног, после чего мне стало особенно хорошо. Я чувствовала, как горячий язык Ника проникает в меня, и это усиливало мое возбуждение. Я могла кончить прямо сейчас, но мне не хотелось этого до того момента, когда почувствую Ника внутри себя. И все равно я громко вскрикнула.

Ник продолжал ласкать меня языком, и постепенно это стало настоящей пыткой. Я снова вскрикнула. Мне хотелось сказать Нику: «Я люблю тебя», – но сейчас он вряд ли услышал бы мои слова.

Я опустилась на пол, чуть не плача от удовольствия.

– Ш-ш… – пробормотал Ник и погладил мои волосы.

– Я ненавижу тебя, – прошептала я. – Почему ты заставляешь меня чувствовать это?

Ник улыбнулся и поцеловал меня в лобок, потом лег на меня сверху, извлек откуда-то презерватив и надел его. После этого он быстро развел мои ноги и вошел в меня.

Я выгнулась ему навстречу, пытаясь получить его как можно больше, потом подняла ноги и скрестила их за спиной Ника.

Никогда раньше у меня не было такого секса. Просто сумасшествие какое-то. Мне казалось, что я тону в океане, а вода снова и снова выталкивает меня наверх.

Ник начал двигаться внутри меня, и его лицо сделалось трагически напряженным. Когда он кончил, я заметила у него на лбу капельки пота, а на ресницах крошечные посверкивающие бисеринки.

Чуть отстранившись, Ник поцеловал меня в уголок рта. Он все еще был внутри меня и одновременно продолжал меня целовать. Ник был восхитительным.

Наконец он лег со мной рядом и тут же приподнялся на локте – видимо, хотел что-то сказать, но отчего-то промолчал. Он просто молчал и смотрел на меня.

– Что? – шепотом спросила я.

В глазах Ника замерцал мягкий свет.

– Нам лучше подняться наверх, – он вздохнул, – а то становится холодно…

Прохладный воздух овевал разгоряченное тело Ника, и, разумеется, он замерз. А мне под ним было тепло и приятно. Правда, ковер немного кололся, но меня это мало беспокоило.

– Хорошо. – Я снова поцеловала его в губы. После этого Ник поднялся и помог встать мне. На мгновение он задержал меня в кольце своих рук, потом стал собирать с пола нашу одежду, а мне оставалось только наблюдать за ним.

Наконец Ник, ничуть не смущаясь, голышом стал подниматься по лестнице, и я пошла за ним. Как только мы оказались в его спальне на его постели, мы снова любили друг друга, после чего накрылись простыней, и Ник, тесно прижавшись ко мне, почти сразу уснул.

Глава 16

НА КЕЙ-СИ-ЭЛ-ПИ МЕНЯЕТСЯ ФОРМАТ

Вот оно, счастье, думала я, лежа в объятиях Ника. Мне хотелось всегда быть только здесь, рядом с ним, и нигде больше. Ночь тихая, такая безмятежная, в окно по-прежнему светит луна, и весь мир счастлив вместе со мной.

– Что же мы будем делать дальше? – Ник глубоко вздохнул.

– М-м… – Я поцеловала его ухо. – Зачем нам вообще что-то делать?

– Ты сводишь меня с ума, – Ник погладил мои волосы, – И я становлюсь кем-то другим.

– Разве это плохо?

– Не знаю. Иногда мне хочется, чтобы ты ушла и больше никогда не возвращалась. – Я крепче обняла его.

– Позволь мне остаться. Я взяла с собой смену белья и зубную щетку.

Ник засмеялся:

– Я вовсе не хочу, чтобы ты уходила. Я не могу тебя отпустить. Просто меня пугает то, что я становлюсь другим. Временами я не узнаю себя.

Интересно, что Ник решит завтра утром, когда придет на работу и когда меня не будет рядом? Может, он и правда захочет распрощаться со мной?

Я сильнее прижалась к нему.

– Я просто девушка, которой ты очень нравишься. Что в этом плохого?

– Я тоже спокойный, выдержанный и разумный – но только без тебя. – Ник прикоснулся пальцем к моему носу. – Но стоит тебе появиться, и я превращаюсь в сумасшедшего.

– Так вот почему ты целую неделю дразнил меня, когда выходил в эфир?

Глаза Ника стали темными и неподвижными.

– А сейчас? Сейчас ты сходишь по мне с ума? – тихо спросила я.

Он погладил мои волосы.

– По крайней мере ты пробуждаешь во мне надежду.

– Надежду на что?

– На то, что принадлежишь только мне.

Его рука снова скользнула по моим волосам и вдруг замерла.

– А… – Выдержав паузу и собравшись с духом, я тихо проговорила: – Ну а я… Похоже, просто я люблю тебя.

Ник ничего не ответил, и я сразу подумала, что сказала что-то не то. И что Ник теперь сделает? Прогонит меня? А может, обнимет, поцелует и скажет, что тоже любит меня.

Пауза затянулась, и я, не в силах вынести неопределенности, подняла голову и вопросительно посмотрела на Ника.

Его глаза были закрыты, длинные пушистые ресницы слегка касались щек, а из чуть приоткрытого рта вырывалось легкое, едва уловимое похрапывание. Ник спал, а я никак не могла оторвать глаз от его лица. Потом я легла на спину, улыбнулась и тоже заснула.

Будильник Ника отчаянно зазвенел, напоминая нам о том, что мы пока все еще работаем диджеями на радио. Дружно поднявшись с постели, мы приняли душ, оделись и отправились каждый на свою работу.

Перед уходом мы еще успели позавтракать, и, когда я вошла в студию, мой живот был набит всякими вкусностями и ирландским кофе.

Тони, как обычно, сидел в своем кресле, под его круглыми глазами пролегли синеватые тени.

– Ты как раз вовремя, – мрачно сказал он.

Я появилась в студии за пять минут до выхода в эфир и поэтому не чувствовала за собой никакой вины.

– Почему ты включил «Дорз»? – Моему удивлению не было предела. – Они же никогда не играли ничего похожего на хип-хоп.

Тони посмотрел на меня такими глазами, как будто я спросила, для какой цели над домами делают крыши.