Шерил Андерсон - Роковой коктейль

Я расхаживала с телефоном в руке, мысленно репетируя свое сообщение, чтобы, когда понадобится, произнести его без запинки. Неудачными сообщениями я отпугнула целую толпу поклонников. Во всяком случае, мне хочется думать, что дело было именно в этом. Но когда так много поставлено на карту, приходится быть осторожной.

«Привет, это Молли Форрестер, — попробовала я. — Джейк, Лара сказала мне, что у тебя неприятности. Думаю, я могу помочь. Позвони мне». Но, поразмыслив, я решила, что выражаюсь, как психотерапевт, рекламирующий свои услуги. А мне надо уподобиться пауку, заманивающему муху в свои сети.

Попробуем еще разок.

«Джейк и Лара, это Молли Форрестер. Джейк, я знаю, что ты занят, но мне надо кое-что узнать. Вопрос жизни и смерти. Пожалуйста, позвони». Нет. Ясно, что дело срочное, но смахивает на подростковую истерику.

Лучше выражаться более расплывчато. Поменьше Даниэлы Стил, побольше Раймонда Чандлера.

«Джейк, это Молли. Мне надо с тобой поговорить. Ты знаешь о чем».

Да. Неплохо придумано. Лара подумает, что речь идет о статье, но Джейк все поймет. Даже если кто-то его запугал, он не может скрываться вечно. Он непременно объявится, чтобы поиграть с тем, кто разгадал его секрет. Диктуя сообщение с просьбой позвонить мне на мобильный, потому что мой автоответчик сломался, я не сомневалась, что он ответит. Оставалось только молиться, что я вовремя услышу его шаги.

15

«Алгонквин-отель» для меня святыня. Алгонквинский круглый стол — общество ярких, язвительных, остроумных людей, собиравшихся в тридцатых годах в Дубовом зале, в том числе нескольких моих любимых писателей. Больше всех я люблю Дороти Паркер, женщину, сумевшую найти точную пропорцию между комедией, болью и коктейлем и никогда не тратившую ни капли этой смеси впустую. Приглашая сюда Кайла и детектива Кук, я чувствовала себя на своей территории, под охраной духов Паркер, Бенчли и прочих знаменитостей.

Я выразила свое отчаяние в подборе туалета, призванного задать верный тон встрече с Кайлом и детективом Кук. Но ничего подходящего у меня не нашлось. Для «Алгонквина» требовались классические черные голливудские брюки с высокой талией, белая шелковая блуза и неожиданно легкие туфли без задников, возможно украшенные маленькими розочками. Я предпочитаю стиль Кэтрин Хепберн — для стиля Одри Хепберн у меня слишком широкие плечи. К тому же я не была расположена порхать, как она. И мое настроение портилось с каждой минутой.

Я ждала телефонного звонка, надеясь, что это окажется Джейк, а может, и Кайл, чтобы под любым предлогом отменить встречу. Но неожиданно для себя самой я позвонила Кэссиди и предупредила, что немного опоздаю к Винсентам, потому что встречаюсь с детективами.

— Неужели ты ревнуешь его к этой Кук? — презрительно фыркнула Кэссиди.

— Мне нужно поговорить с ними о сообщении на автоответчике.

— Как ты собираешься заставить людей отвечать на твои вопросы, если сама на них не отвечаешь?

— Не знаю.

— На какой вопрос ты сейчас ответила?

— На все три.

— Не слишком опаздывай. Это невежливо. Честно говоря, мне не улыбается особенно там засиживаться.

— Ты и правда спала с Дэвидом?

— Меня уже занесли в протокол, мы просто пообнимались на вечеринке. Без всякого продолжения.

— Кто первый начал?

— Что-что?

— Я просто пытаюсь сообразить, как у них это вышло с Вероникой. Легко ли совратить Дэвида, как ты думаешь?

— Он ведь мужчина, не так ли? Их пенис нарочно сделан в виде ручки, чтобы их за него водить. Если приделать к ним колеса, из них получатся отличные игрушки-каталки.

Теперь я никак не могла отогнать от себя этот образ, глядя на мужчин, входивших и выходивших из холла, и размышляя о великом искусстве, разврате и пьянстве, процветавших среди этих великолепных декораций. Я сидела в темном фойе, услаждая свой взор насыщенными цветами, тонувшими в приглушенном янтарном свете.

За неимением наряда моей мечты а-ля Кейт Хепберн я остановила свой выбор на темно-бежевом льняном плаще, брюках в тон и белой шелковой блузке. В туфлях на высоких каблуках от Джимми Чу я чувствовала себя в полной гармонии с окружающей обстановкой. Я устроилась на атласном диване напротив входа, так, чтобы сразу увидеть своих гостей и дать понять официанту, что я кого-то жду. Тем не менее он подал мне напиток багрового цвета в бокале для мартини.

— Простите, я пока ничего не заказывала.

Он понимающе кивнул:

— Это подарок друга. «Паркер» — наш фирменный коктейль. Назван в честь миссис Дороти Паркер. С пожеланием долгих лет.

Он, конечно, ожидал, что я обрадуюсь, но я встревожилась. Упоминание о Дороти Паркер, королеве сарказма, вкупе с пожеланием долгих лет прозвучало как угроза, особенно в моем положении.

— От кого это? — спросила я, нервно оглядываясь. Неужели где-то в углу притаился Джейк, дожидаясь своего часа?

— От какой-то дамы. Она вошла вслед за вами. — Он в недоумении оглянулся. — Я ее не вижу. — Он снова взглянул на меня. — Простите, вы, похоже, расстроены, я унесу коктейль.

Он потянулся к бокалу, но я его остановила.

— Она расплатилась наличными? — Он кивнул. Значит, никакой кредитки. — Блондинка или брюнетка?

— Скорее брюнетка.

— Красивая?

Он пожал плечами:

— Все женщины красивые.

Я улыбнулась, хотя меня терзала тревога.

— Спасибо. Оставьте коктейль. Мне надо подумать.

Брюнетка. Возможно, красивая. Ехала за мной до «Алгонквина». И следовательно, следила за моей квартирой, ведь о моих планах знали только Кайл, детектив Кук и Кэссиди. Эта женщина ходила за мной по пятам, а я ничего не заметила. Вот так обычно и убивают. Однажды меня так чуть не убили.

Хотелось хлебнуть для храбрости, но страшно было даже дотронуться до бокала. Весь день я боялась Джейка, а теперь, оказывается, меня преследует женщина. Кто она? Чего ей нужно? Неужели она задумала…

Мне на руку нежно легла ладонь, но я все равно вскрикнула и подскочила. Засмотревшись на бокал, я и не заметила, как вошли Кайл и детектив Кук. Оба в серовато-синей форме, как близнецы, только на ней была шелковая кремовая блузка, а на нем — синяя оксфордская рубашка. Их сходство меня не порадовало, оно лишь подчеркивало, что я то ли вырядилась как дура, то ли просто не состою в их клубе.

Я попыталась придумать остроумное объяснение того, как на столе оказался нетронутый бокал с коктейлем, но вышло не слишком убедительно. Кайл внимательно оглядел зал, прежде чем указать детективу Кук на кресло рядом со мной. Сам он сел ко мне на диван.

— Похоже, я кое-кого задела за живое, — нарочито небрежно сказала я.

— Вам не привыкать, — парировала детектив Кук.

Кайл рассматривал бокал с таким видом, словно перед ним была важная улика.

— Ты никого не заметила? — спросил он.

— Никого. И потом, я ведь ожидала увидеть того парня, что оставил сообщение на моем автоответчике.

— Это была женщина, — заметила детектив Кук.

Я опять испугалась, но на этот раз не заорала, а тупо переспросила:

— Женщина?

— Именно. Эксперт, к которому обратился Кайл, почти ничего не сказал о пленке, но готов засвидетельствовать, что говорила женщина.

В этой тираде сразу несколько пунктов привлекли мое внимание.

«Женщина» — это утверждение не оставляло камня на камне от моей версии насчет Джейка. «Засвидетельствовать» заставило меня вспомнить о неизбежности суда, и хорошо, если Дэвид не окажется на скамье подсудимых. И наконец, «Кайл» — выходит, детективы-неразлучники уже настолько сблизились, что называют друг друга по имени.

Но сейчас я должна сосредоточиться на пункте первом. Если мне звонила женщина и выслеживала меня тоже женщина, значит, Джейк использует Лару в качестве вестника судьбы или я недооценила актерские способности Вероники Иннз и поторопилась списать ее со счета.

— Что у вас есть на Веронику Иннз? — спросила я детектива Кук.

Прежде чем ответить, она взглянула на Кайла:

— На каких условиях мы ведем этот разговор?

Кайл покачал головой. Я пояснила:

— Мы выкладываем карты на стол, потому что время не терпит.

Детектив Кук сунула руку в карман пиджака, но извлекла оттуда не пистолет, а блокнот. Это, видимо, означало, что я не слишком перегнула палку.

— Миз Форрестер, я пришла не затем, чтобы вас ублажать.

— А я-то надеялась…

— Молли… — вздохнул Кайл.

— А что? Она говорит, что не обязана быть со мной любезной. А я, выходит, обязана, потому что получила хорошее воспитание? Вот почему волки всегда правы. Пока заботишься о правилах хорошего тона, тебя как раз и сожрут.

Детектив Кук снова посмотрела на Кайла:

— Она всегда такая?

— Нет, но вы выявляете во мне лучшие качества. Я бы предпочла, чтобы вы открыто мне хамили, а не намекали, что я еще слишком мала и ничего не смыслю.