Дженнифер Крузи - Давай поспорим

– Я рад, что к тебе вернулось чувство юмора, – ответил Кэл и отправился домой, чтобы принять болеутоляющее и обрести душевный покой.

Всю неделю Мин заранее проверяла телефонные звонки, чтобы уклониться от общения с Дэвидом, который во что бы то ни стало хотел поговорить с ней. С Кэлом она бы могла поболтать, но о нем, к великому сожалению, не было ни слуху ни духу. Он не давал себе труда снять трубку и набрать ее номер. Даже «как бы обед» принес Мин огорчения, потому что Лайза стала рассказывать о своей беседе с бывшей подружкой Кэла.

– Синтия говорит, он отличный парень. У него, правда, какая-то патология, которая побуждает его влюблять в себя женщин, а потом бросать их. В детстве ему не хватало любви, и это наложило свой отпечаток.

Мин нахмурилась:

– Мне так не показалось. – Бонни покачала головой:

– Мне тоже. Эта девушка явно преувеличивает.

– Она же психолог, – сказала Лайза. – Знаете, какие они. И ее слова объясняют, почему, разбив столько сердец, он остается таким, каким мы его видим. У меня Кэл не вызывает доверия, хотя вряд ли он жестокий. Ему не доставляет удовольствия разрыв с женщинами. – Она взглянула на Мин. – Синтия сказала, что он любит дарить своим подружкам те вещи, которые им особенно нужны или нравятся. Я ей сообщила про твои стеклянные шарики, и она сказала, что ты можешь ожидать такого подарка.

– Он подарил мне кота, – сказала Мин, и Лайза от удивления положила вилку.

– Кота? Он, должно быть, изменил себе, в противном случае подарил бы тебе шарик. А где этот кот?

– В спальне, – ответила Мин.

Лайза пошла посмотреть. Вернувшись, она доложила:

– Черт-те что, а не кот. О чем он думал? – Мин пожала плечами, не желая спорить.

– Кэл принес мне ужин от Эмилио, а кот вбежал вместе с ним. Кстати, он видел шарики.

– И что сказал? – поинтересовалась Лайза.

– Сказал, что я собираю парные фигурки, – ответила Мин. – Я об этом раньше не задумывалась, но сейчас вижу, что он прав.

Лайза открыла рот, чтобы возразить, затем встала и подошла к каминной полке.

– Чтоб мне провалиться! – воскликнула она через минуту. – Все парные, кроме одной, если, конечно, капитан Хук каким-то хитрым образом не заведет роман со Злодейкой. И как это я не замечала раньше?

– Другой вопрос: как это заметил он? – подхватила Бонни.

Мин покачала головой:

– Я думаю, Кэл по-настоящему добр и внимателен к людям. И способен на сопереживание. – Она немного помолчала, потом обратилась к Бонни: – Ты сказала, что он дислексик, и я полезла в Интернет. Узнала, что существуют разного рода барьеры…

– Не жалей его, – сказала Лайза.

– Я не жалею, – ответила Мин. – Ты издеваешься? Посмотри на него и увидишь, сколько ему пришлось преодолеть. Но он работал над собой. Как бы то ни было, у всех дислексиков есть одна характерная черта: они очень чутки и отзывчивы. И Кэл такой. Он все время изучает окружающих, желая убедиться в том, что правильно понимает людей. Вряд ли он хорошо разбирается в себе самом, зато он прекрасно чувствует людей из своего окружения. И меня.

Лайза со стуком поставила фигурку злодея на место и вернулась к столу.

– Тебя он не чувствует. Он только пытается…

– Нет, – теряя терпение, перебила ее Мин. – Мы говорили о моем весе. Он сказал, что я одеваюсь так, будто ненавижу свое тело.

– Честь ему и хвала за это. Тут он прав. Хотя для меня он все равно зверь. А что еще он говорил?

– Разное. – Мин отодвинула тарелку. – Главное – что у меня соблазнительное тело и мне надо так одеваться, будто я им горжусь.

– А потом стал зазывать тебя в постель, – предположила Лайза.

– Вот и нет, – возразила Мин. – Кэл сказал, что хорошо бы нам поесть, и объяснил, что я сделала не так, когда готовила цыпленка-марсала. Теперь можно еще раз попробовать.

– Он принес тебе ужин, разглядел твои шарики, научил готовить, сказал, что твое тело возбуждает, и ушел, не сделав попытки к сближению, – резюмировала Бонни.

Мин кивнула. Бонни взглянула на Лайзу:

– Вот уж действительно зверь.

– Прислушайтесь к словам Синтии, – заговорила Лайза. – Он будет выполнять все ее желания, пока она не отдастся ему, а затем исчезнет.

Мин закусила губу.

– Да ладно вам, я никогда этого не сделаю, хотя у меня голова кружится, когда он меня целует, я слышу голоса и вижу звезды. И прежде всего из-за того спора. Я спросила его о пари, и он мне солгал, поэтому все кончено. Теперь уже точно.

– Ха-ха, – отозвалась Лайза, не очень-то поверив в это. Как и сама Мин.

Чтобы не поддаваться искушению, в пятницу днем, сидя на работе, Мин решила пропустить вечер в «Долгом глотке» и позвонила сестре. Сказала, что хочет походить по магазинам. Диана немного удивилась.

– Мне сказали, что я одеваюсь так, будто ненавижу свое тело.

– Это верно, – ответила Ди. – Хочешь сменить гардероб?

– Чуть-чуть, – поспешно ответила Мин. – Я…

– Я знаю, куда нам пойти, – перебила ее Диана. – Ты полностью преобразишься.

– Нет-нет, – запротестовала Мин. – Может, более мягкий силуэт, но не полностью…

– Жду тебя у выхода в пять. Вот будет здорово!

– Ну, не знаю, – протянула Мин, но Диана уже повесила трубку. – Что ж, ладно.

Она решила оставить мысли о преображении до тех пор, когда попадет в цепкие руки Дианы. Надо было закончить работу – до выходных оставалось полдня.

Когда около пяти часов она стала одеваться, зазвонил телефон. Мин сняла трубку и услышала женский голос:

– Меня зовут Элизабет Морриси, и я хотела бы поговорить с Мин Доббс, с которой познакомился мой сын Харрисон в парке Черри-Хилл неделю назад.

– Вы Бинк? – спросила ошеломленная Мин.

– Да, – ответила женщина. – Как хорошо, что я вас застала. Извините, что беспокою вас на работе, но я не знала ваш домашний телефон. Минутку. – Трубку взял Харри.

– Мин? – спросил он, громко дыша.

– Да, – ответила она с улыбкой. – Как поживаешь?

– Хорошо. А ты придешь завтра в парк?

– Ну, я не…

– Приходи посмотреть, как я играю, – упрашивал Харри, делаясь похожим на дядю. – В десять часов, утром. И мы сможем поесть пирожных.

– Ладно, – согласилась Мин, захваченная врасплох. Харри снова задышал в трубку, чем-то напоминая маленького Дарта Ведера.

– Конечно, почему нет, – сказала Мин. – Я куплю пирожные.

– Мама принесет, – ответил Харри. – Я ей сказал, какие надо.

– Ну хорошо. Спасибо за…

Харри положил трубку рядом с аппаратом, и Мин услышала, как Бинк сказала: «Попрощайся вежливо». Мальчик вернулся, произнес: «До свидания» – и снова положил трубку.

– Алло, – раздался голос Бинк.

– Да-да, – ответила Мин, удерживая смех.