Дженнифер Крузи - Давай поспорим

– Вы шутите, – удивилась Мин. – Я тоже попробую. Мне так надоело подбирать их кверху, что я готова на что угодно.

– Приходите с распущенными волосами. Я хочу посмотреть.

«Я тоже», – подумал Кэл.

– Обязательно. Спасибо. – Мин повернулась к Кэлу: – Помочь донести?

– Да, – поспешил он ответить, пока Шанна не сказала «нет» и не вручила ему поднос.

– Я сейчас вернусь. – Мин направилась к музыкальному автомату.

Кэл, опершись на стойку, смотрел, как она пересекает зал.

– Отнеси напитки, Шан, – попросил он.

– Она не бисексуал? – поинтересовалась Шанна, тоже провожая Мин взглядом. – С ее губами можно делать такое…

– С ее губами я мог бы делать такое… – подхватил Кэл. «Я делал это», – подумал он и снова почувствовал головокружение.

– Я отнесу, – сказала Шанна и ушла. А Кэл смотрел, как Мин, наклонив голову, проглядывала названия песен, открыв прелестную линию шеи. Это было так соблазнительно, что в нем поднялся целый вихрь мыслей, которые, к счастью, пока что не нашли воплощения. Вернулась Шанна с пустыми бокалами на подносе.

– И давно вы вместе?

– Познакомились неделю назад, но мы не…

– Пока рано. – Шанна кивнула. – Еще месяц или два до того, как ты смоешься. Рассказывай ей обо мне хорошее, чтобы заложить основание.

– Для чего? – не понял Кэл.

– Девочке наверняка понадобится утешение, когда ты пожелаешь ей счастья. И я дам ей это утешение. Ты уже спишь с ней?

– У нас вообще нет никаких отношений. – Мин опустила в автомат несколько монет и набрала номер. – Дай мне виски. Наверняка сейчас мы услышим Элвиса Пресли.

– Никаких отношений? Приятная новость. – Шанна пододвинула ему стакан.

Кэл покачал головой:

– Нет, она не в твоей команде. А ты все еще горюешь?

– Мне уже лучше. – Из автомата полилась песня «Дьявол в маске». – Откуда ты знаешь, что она не в моей команде?

– Я ее целовал. Она играет за наших. Хотя и не для меня.

– Не для тебя? – Шанна вынула из кармана две пятерки и положила на стойку. – Спорю на десять баксов, что ты не сможешь поцеловать ее прямо здесь.

– Попрошу без шуток. – Кэлу стало смешно при мысли о том, что сделала бы с ним Мин, если бы он попробовал поцеловать ее здесь. – И никаких пари.

Шанна наклонила голову.

– Ладно. Десять баксов, что ты сможешь поцеловать ее здесь.

– Я же тебе объяснил. Никаких подбрасываний монет.

Шанна постучала пальцем по пятеркам:

– Десять баксов, что ты сумеешь.

– Да что с тобой? – удивился Кэл. – Не знал, что ты любишь азарт.

– Я только…

– Эй, вы! – послышался голос Мин, и оба вздрогнули. – Я думала, на мой счет больше никто спорить не будет.

Лицо у нее было разгневанное, нижняя губа чуть выдвинулась вперед, и Кэл тут же вспомнил, что ему надо держаться подальше.

– Я ничего такого не говорил. Почему ты думаешь, что я…

– Вы оба смотрели на меня, а на стойке лежат деньги, – сказала Мин. – Мы это уже проходили.

Глаза ее потемнели, в них прыгали искорки. У Кэла участилось дыхание.

– Это не он, а я хотела поспорить, и Кэл… – заговорила Шанна.

Кэл вынул из кармана десятку и бросил на стойку.

– Согласен, – сказал он и шагнул к Мин.

Глава 7

– Да уж, ты просто сама невинность, – успела произнести Мин.

Кэл приближался к ней, и у Мин была еще уйма времени чтобы отстраниться. Глаза ее расширились, рот раскрылся, она сделала резкий выдох, и в этот момент он коснулся ее губ. Он старался сохранить в памяти каждое мгновение, всю мягкость и сладость поцелуя, тепло ее дыхания. Потом уже она стала целовать его, возвращая ему всю нежность, и он услышал внутри себя голос: «Это она, единственная». Кэл забыл обо всех своих добрых намерениях, держа ее лицо в руках, растворяясь в ней. Когда наконец он оторвался от Мин, глаза у нее оставались полузакрытыми, щеки пылали.

– Ты выиграл? – спросила она, почти не дыша, и Кэл кивнул, а затем снова поцеловал ее, на этот раз с большей страстью, чувствуя, как она вцепилась ему в рубашку.

И вдруг на затылок посыпались удары. Кэл не удержался и упал на Мин, а та, охнув, отпрянула.

– Перестаньте, черт побери, – заорал он и, повернувшись, очутился лицом к лицу с Лайзой.

– Перестану, если перестанете вы, – заявила она.

– Все нормально, Лайза, – сообщила изумленная Мин. – Это совсем не то пари.

– Ну и подонок! – возмущалась Лайза.

– Мин сама может о себе позаботиться, – сдержанно сказал Кэл, стараясь не закипать.

– Скажи еще, что ты ее хорошо знаешь, будешь беречь и любить до скончания века!

– Да что с тобой? – удивлялся Кэл. – Ну, поцеловал я ее, что тут такого?

Шанна взяла со стойки двадцать долларов.

– А я, например, очень рада, что ты это сделал. Огромное тебе спасибо.

– Я думала, ты выиграл, – сказала Мин. Она была возбуждена и глубоко дышала.

– Конечно, выиграл, – ответил Кэл. – Но пари-то я проиграл.

– Пошли, подруга. – Лайза дернула Мин за руку.

– Сейчас, – ответила та, тряхнув головой, будто сбрасывая с себя наваждение. – Нас кто-нибудь видел?

– Весь бар выставлял очки, как на Олимпийских играх, – ответила Лайза.

– Ну и как мы им показались? – спросил Кэл, стараясь говорить уверенным голосом; он начинал приходить в себя.

– Судья из России считает, что вам надо еще поработать. – Толпа кричала и улюлюкала.

– Русские упрямы и несговорчивы, – сказал Кэл. – Отстань ты от нее, пожалуйста.

– Не имею такого желания. – Лайза снова потянула Мин за руку.

– Придется уходить, – сообщила Мин Кэлу. – Таков план.

– Какой план? – спросил Кэл.

– Не затевать романов, сделать перерыв. Помнишь? Мы оба этого хотели.

– Верно, – помедлив, ответил Кэл и подумал: «И отчего мне так нравилась эта идея?» – Я помню, ты ждешь Элвиса. Грандиозно. – Он взял свой бокал и повторил: – Верно, был такой план.

– Ну, счастливо оставаться. – Мин проследовала за Лайзой обратно к столу.

– Рыжая красотка тебя терпеть не может, – прокомментировала Шанна.

– Ее зовут Лайза. И заметь, я ведь ничего плохого не сделал.

– Наверное, тревожится из-за твоих отношений с ее подругой, – сказала Шанна. – Слишком уж бурно она реагирует на ситуацию. Может, ты мне не все рассказал?

– Что еще? Я тут ни при чем. – «Нет, при чем».

– Нет, ты при чем, – возразила Шанна. – Я видела поцелуй. И ты прав – она играет в твоей команде.

– Больше не играет, – ответил Кэл, чувствуя боль в затылке. – Мы решили не встречаться. – Он поднял бокал. – Я выпью и пойду домой за аспирином.

– Вряд ли поможет. Лучше прими холодный душ.

– Я рад, что к тебе вернулось чувство юмора, – ответил Кэл и отправился домой, чтобы принять болеутоляющее и обрести душевный покой.