Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ) - Вишневская Виктория

— Ого, — удивлённо говорит он. — Ты чего?

Растираю его напряжённые плечи. От нервов.

— Ты же помнишь, чем кончился твой предыдущий массаж? — усмехается и говорит так тихо, что звучит это даже интимно. Или это из-за вечера и атмосферы?

Не знаю, но я сглатываю, а тело окатывает приятное тепло.

— Помню я, помню, — бурчу, ощущая отголоски того вечера. Губы начинает покалывать.

— А, судя по тому, что ты продолжаешь, хочешь повторения? — продолжает издеваться надо мной. — Ну, если ты хочешь…

Он даже привстаёт, но я нажимаю на его плечи, надеясь, что смогу удержать его на месте.

Смеётся над моими действиями.

Смешно ему!

— Это благодарность, — хмыкаю, устремив взгляд в сторону.

Ага, первый массаж тоже был по этой причине? И чем он кончился? Ничем хорошим. Нет, хорошо-то было… Но не то!

— М, и за что? — опять кайфует, прикрыв на мгновение глаза.

— Что справился с ролью отца. Я не ожидала подобного продвижения.

Стоит вспомнить, как дочка сегодня просила у него конфеты… И гордость за Пожарского берёт.

— О, да, это стоило того, — довольно отвечает, подмечая свои труды. — Но мне ещё работать и работать над этим.

— Это да, — соглашаюсь с ним. — Думаю, совсем скоро вы удостоитесь чести держать её за руку. Или поцеловать в щёчку...

— Продолжу сразу же, как вернусь из поездки, — открывает глаза и смотрит на ночное небо, усыпанное звёздами. Луна сегодня необычайно красиво светит.

— Какой поездки? — спрашиваю с любопытством.

— Мне надо будет улететь дня на три по работе.

— Когда?

На мгновение внутри появляется пустота.

Раньше я хотела избавиться от Пожарского, а сегодня… боюсь услышать, что это будет совсем скоро.

— Завтра с утра.

— А мы можем с тобой? — выпаливаю, не ожидая сама от себя.

Ну, а что? Мы уже летали! Малышка хорошо ведёт себя в самолёте.

— Ты? Летать? — удивлённо вскидывает брови. — Ты точно пришла в себя после болезни, Сказочница? Ты в прошлый раз в салоне тряслась так, что ноги дрожали у меня.

Да помню я, помню… И как он мне конфету в рот засунул.

— Ну, зато побываем в новом городе, — мой пыл немного угасает. И я уже принимаю то, что мы останемся дома.

— Ага, и стране. Увы, но ни у тебя, ни у Астры нет загранпаспортов. А сделать их до утра не успею ни я, ни кто-либо другой.

— Ну и ладно, — хмыкаю разочарованно. Но пытаюсь не унывать: — Отдохнём от тебя.

На его лице расцветает довольная улыбка. Неожиданно его рука тянется к плечу и накрывает мою ладонь.

— Наконец-то Люба вернулась, — довольно сжимает мои пальцы. А их словно током простреливает от его прикосновения. Но следом ладонь окутывает тепло… — Тебя было не узнать.

Я быстро отдёргиваю руку и ретируюсь, отходя на пару шагов к дереву.

— Астра будет скучать, — хмыкаю. — Наверное.

— И я буду, — вдруг заявляет. — Но я и так долго откладывал эту поездку… Эта ещё та самая, когда я бегал за вами по краснодарскому краю.

— Ну прям бегал! Один раз прилетел!

Из-за нас его планы кардинально поменялись. А мы что? Мы не виноваты, это он отцом стать захотел.

— А ты? — спрашивает, вставая с кресла. Выпрямляется, поворачиваясь ко мне. На губах опять появляется улыбка. Но не такая, как раньше. Но по-прежнему издевательская.

— Что я?

Он надвигается на меня, заставая меня врасплох. Подходит ближе, и я утыкаюсь спиной в дерево. Стоило бы убежать как можно раньше, и у меня была возможность… Но мне интересно, что будет дальше.

Наклоняется ко мне, усмехаясь.

— Скучать по мне будешь?

ГЛАВА 47

Нет, нет и нет.

Это я и сказала Пожарскому в ту ночь. А потом, кинув что-то в стиле: «без тебя мы будем только кайфовать», юркнула к нему под руку и убежала.

А теперь, закинув руку за голову и почесав затылок, пусто смотрю в телевизор и понимаю, что мне скучно.

Никто не грубит, не язвит и не бубнит под ухом.

И как бы это ни звучало, но по Пожарскому я скучаю. Но совсем чуть-чуть!

Объясняю это тем, что мы привыкаем к людям, с которыми долго живём. Вот и я привыкла!

Вздохнув, меланхолично переключаю канал на телевизоре. Что-то будет веселенькое? Одна тоска!

Настроение не задалось и у доченьки. Она всегда спокойная, но сегодня капризничает и вредничает, хоть чем-то скрашивая эти дни и заменяя Пожарского.

Но его заменить невозможно! С дочулей не поспоришь и не пошлёшь на хутор бабочек ловить.

Эх… Может, позвонить ему? Узнать, как дела? Как долетел? Я жена или не жена?

Кручу в руках телефон и сомневаюсь в своём решении.

Он точно отпустит шутку на эту тему.

Так и вижу, как он довольно тянет:

«Соскучила-ась».

— Нет уж, — говорю вслух и вместо того, чтобы позвонить Глебу, пишу подруге. Предлагаю погулять в парке, сходить куда-нибудь и вкусно покушать. Услышав от Влады положительный ответ, подпрыгиваю с дивана и собираю дочку на прогулку.

Звоню Жене, что сегодня пыхтит в офисе, прошу прислать водителя, который приезжает чётко по времени и вывозит нас в цивилизацию.

Нас вообще все кинули. Начальник безопасности разгребает дела, Петра я отправила на заслуженные выходные, а то забирает все мои обязанности. От скуки мы со Звёздочкой перемыли весь дом.

А прошло всего полтора дня!

Что будет, если Глеб задержится на неделю?.. Да мы с ума сойдём!

Благо подруга выручает, и мы проводим время вместе. Гуляем по парку, болтаем о своём, девичьем. Рассказываю о своей нелёгкой судьбе, что вынуждена жить с жирафом. Не обходится без шуток, поэтому весёлое настроение возникает быстро и надолго.

Двойняшки Маша и Даша, дочки Влады, они постарше Астры, берут мою крошку на себя и везде ходят с ней за ручку, показывая что-то, и рассказывают, что знают сами.

Нас называют цветником из-за чисто женской компании в кафе, в котором решаем перекусить.

— Мы руки мыть, — говорит Влада, уводя за собой девочек. — Вымазались все, засранки.

Тихонько смеюсь. Хоть и называет их так, но любя.

— Идите-идите, мы подождём.

Она кивает, а я рассматриваю меню, не зная, что заказать на десерт.

— Чизкейк будем? — спрашиваю у малышки. Она сжимает в своих ладошках бутылочку с водой и смотрит куда-то в сторону.

Поднимаю взгляд, смотрю туда же. И прямо над нашим столиком, расположенным на открытом воздухе, замечаю девушку.

— Извините, я могу присесть на пару минут? — мило спрашивает она и указывает пальцем вниз, на свои ноги. — Босоножка порвалась.

— Да-да, конечно, — отвечаю легко. С кем не бывает? Ещё и выходной день, людей много, места не найдёшь.

Девушка садится на свободный стул, закидывает ногу на ногу и, сняв босоножку, пытается её починить.

Так, что там мы решили с десертом?

— Какая у вас девочка красивая, — внезапно говорит незнакомка, поглядывая на Звездочку. Явно, чтобы скрасить неловкость. Я в такие моменты тоже говорю без умолку. — На маму так похожа.

Уголки губ летят вверх. Удивительно, но нам многие об этом говорят.

Опускаю ладонь на макушку и глажу по шелковистым волосам, отчего Астра довольно прикрывает глазки.

Да мой ты ласковый котёнок!

— Спасибо, — отзываюсь.

— А сколько лет? Совсем кроха.

— Год и девять месяцев. Скоро десять.

Говорю, а сама не верю. Как быстро она растёт! Вот только привезли в дом малютки, а уже такая взрослая!

— Совсем кроха!

— Угу, — довольно киваю.

— Да что же такое с этой босоножкой…

— Не торопитесь, я с подругой, но места хватит.

Как раз одно пустует.

— Не хотелось бы мешать.

— Да что вы, — отмахиваюсь. — Не помешаете. Да, Звёздочка?

— Звёздочка? — спрашивает с интересом.

— Ой, её Астра на самом деле зовут. Обозначает «звезда». Вот и привыкли так называть.

Она улыбается, надевает босоножку и встаёт. О, получилось всё-таки.

— Приятно познакомиться, Астра, — все так же лучезарно говорит шатенка. И, наклонившись, протягивает дочке мизинец. — А меня — Марта.