Ты мой! Игры в сторону... - Галина Колоскова

Юлька, не пререкаясь, подвинулась, освобождая место для мальчика и положила руку, придерживая щупленькое тело. Что бы ни говорила блондинка про нежелание иметь детей, на самом деле она очень любила и трепетно относилась к любому малышу.

Виктор принёс аптечку и бутылку виски.

Стас выпил почти полный стакан, отказавшись от укола обезболивающего, объяснив коротко:

– Только недавно смог слезть с них. Больше не хочу…

Она не стала настаивать или расспрашивать, промыла, обработала рану и наложила повязку.

Ни одного стона или жалобы. Блондин никогда не был неженкой. Он пытался объясниться заплетающимся языком. Она приложила ладонь к жёстким губам:

– Не надо сейчас. Лучше поспи. У нас ещё будет время. – Сердце готовое выпрыгнуть из груди. Моментально забыты обиды.

Он нюхал и целовал ладонь, вглядываясь в избавленные от линз глаза жены с всепоглощающим обожанием и нежностью. Как будто не было того грубого холодного Стаса, что драл её в тёмной комнате и целовал пальцы мёртвой наркобаронши.

Нина не знала, что произошло во время поездки за ребёнком. Не представляла, что помогло окончательно встряхнуть и поставить на место поражённый долгой амнезией мозг. Но сейчас перед ней лежал прежний Стас, безмерно любящий единственную для него женщину.

– Вы уж простите его.– Виктор топтался у кресла.– И меня, что не даю вам покоя, но хотел кое-что рассказать, пока ваш муж отдыхает.

Она пересела с корейцем на другое место. Метис заслуживал быть выслушанным.

Повествование Виктора о его работе по поручению бывшего мужа, поразило и приятно обрадовало.

Осознавать, что люди, в которых ты сомневалась, не так плохи, всегда приятно. Пусть даже изначальная цель была не очень приглядной.

Очередная попытка вернуть «бывшую» с дочерью в Россию, приносила сейчас результаты.

Виктор не выпускал из внимания Луну несколько лет. Интуиции корейца можно позавидовать.

Он вычислил подмену Андрея одним из первых. Проанализировал пропажу Стаса с появлением изменений во внешности потомка русских эмигрантов.

Светличный начал игру по возвращению непокорной шатенки домой, зная, что той больше нечего делать на острове потерянного счастья. Он же отправил Виктора в Мехико, за несколько дней до прибытия «отряда спасения».

Кореец успел осмотреться на месте, проследить за Луной и её мужем, узнав адреса, где чета бизнес–партнёров бывает особенно часто.

Он встретил рейс Жуковой и наблюдал со стороны, что происходит рядом с матерью детей босса. Меньше всего тот хотел оставить наследников наполовину сиротами. Что значит любить мать искренне – Павел знал не понаслышке.

Вот такая вырисовывалась картинка с точной уверенностью метиса, что на Луну готовится очередное покушение, а половина охраны уже куплена.

Новый любовник Нины вёл себя странно и подозрительно. Слишком сложно богатому человеку отказаться от привычек, а этот…

В ангельскую сущность и бескорыстность Ильи верила только шатенка.

Зафрахтованный самолёт с открытой датой вылета, три купленных джипа. Первоклассные водители с дорогой почасовой оплатой обошлись «бывшему» в копеечку. Но чего не сделаешь ради обожаемой женщины? Когда-то он даже отказался от неё, спасая от мстительных планов родителей.

Чёрный ангел на самом деле был белым. Открытие не только радовало, но и больно било по нервам.

Она – игрок по жизни, раз за разом не могла просчитать ходы первой настоящей влюблённости в жизни. Не учла карты, имеющиеся у него в руках. Презрение и проклятия – вот что видел в последнее время Павел.

Успокаивало одно – она подарила то, на что тот не смел надеяться!

Пусть Трофим сейчас признаёт и любит только Жукова. Когда-то малыш повзрослеет и примирится с отцом, посмотрев на его поступки глазами мужчины.

В салоне все спали кроме их двоих.

Нина решила расспросить о ещё одном мужчине.

– Скажите, правда, что Илья замешан в торговле наркотиками?

– Что вы! – Кореец качал головой. – Кто вам такое сказал? Его фонд сотрудничал с фондом Луны совсем в другой плоскости. Легальный, прибыльный бизнес. – Он уточнил: – Из того, что я знаю.

Нина облегчённо вздохнула. Интуиция не подвела: Илья не был замешан в махинациях с чёрным бизнесом.

Хотелось дать Бероеву по башке, но тот отдыхал, повернувшись лицом к кожаной обивке дивана. Похрапывая и посапывая, как спят люди с совершенно чистой совестью.

Она вернулась к Жукову. Откинула кресло и, уткнувшись носом в здоровое мощное плечо, тоже уснула.

Родной запах, ритм сердца любимого действовали успокаивающе.

Нина снова гуляла с семьёй по пляжу, но никакой волны в этот раз не было. Она приставила ладонь ко лбу козырьком, вглядываясь в горизонт. Где-то вдали собирались тучи, донося порывистым ветром запахи тропического ливня…

Самолёт плавно летел к первому пункту посадки в долгом путешествии до Москвы.

Николай уже приземлился в аэропорту Манагуа, столицы Никарагуа. Трое друзей встречали его с распростёртыми объятиями, а в небольшом кейсе лежали документы.

Пропуск на Родину блудному сыну…и не только...

Нина сквозь сон слышала слова о скором снижении, посадке и просьбе пристегнуть ремни. Она с трудом разомкнула веки, чувствую под щекой жар.

Стас метался во сне. Светлые волосы спутались во влажные пряди. На щеках нездоровый румянец. Пот над верхней губой. Видимо, в рану попал мусор, который не сумела убрать. Родное любимое лицо, обезображенное шрамом. Хотелось прикоснуться к рубцу пальцами, но она помнила о реакции Жукова в комнате. Личное табу в связи с мнимым уродством.

Шатенка вздохнула. По прилёту в Москву предстояло множество дел, среди которых на первом месте здоровье мужа: хирург, психолог, пластика и много чего ещё.

Вместе с папой лечиться предстоит новому сыну или в детской памяти плохие воспоминания сотрутся сами?

Она застегнула ремень Жукова, решив, что разбудит в последний момент и оглянулась на место, где отдыхала Юлька в обнимку с Мануэлем.

Оба спали. Мальчик сложил на блондинку руки и ноги, уткнувшись щекой с весомые выпуклости.

Нина улыбнулась. Материнство подруге было бы к лицу. Жаль, что когда-то…

Она осторожно поднялась, забрав со столика оставленную там аптечку.

Температуру сбить можно, но визит к врачу обязателен. Лететь домой слишком долго.

Следом за Ниной проснулся Бероев. Он встал, размял затёкшие мышцы и рванул в туалет. Зашевелился Виктор. Пассажиры постепенно занимали вертикальное положение, а самолёт плавно снижался.

Она достала салфетки и осторожно прикоснулась ко лбу Стаса. Тот вздрогнул, резко открыв глаза и грубо схватил её за руку. Осоловелый взгляд ярко-голубых глаз и лишь через пару секунд улыбка на пол-лица и странная просьба:

– Не делай так больше. Я мог тебя ударить.

Нина втянула воздух.