Мелоди Грейс - Меня не сломить (ЛП)

Эмерсон поворачивается и видит, как я наблюдаю за ним с улыбкой.

— Помнишь ту шхуну, на которую я тебя как-то брал?

— Ту развалюху? — смеюсь я, вспоминая крошечную старую лодку, которую он взял напрокат на один день. Мы плавали на ней по заливу. Я качаю головой. — На ней было столько пробоин, что я удивлена, почему мы не пошли на дно.

— Я тоже, — усмехается Эмерсон. — Я старался справляться с ней как можно круче и увереннее, но все, о чем мог думать, как бы не утонуть, пока я тебя снова не раздену.

Я смеюсь, обхватывая себя руками. Эмерсон это замечает и достает куртку из-под одного из сидений.

— Ты всегда мерзнешь, — шепчет он, поправляя ее на моих плечах.

Я моргаю, вдыхая его запах, смешанный с соленым морским воздухом. Наши глаза встречаются, и я знаю, что мы оба думаем о том, чего нельзя делать до полуночи. Черт, этот вечер обещает быть долгим.

Эмерсон натянуто улыбается и снова становится за руль. Я спешу обратно на свое место и пытаюсь сосредоточиться на прекрасном пейзаже, проплывающим за бортом, чтобы не отвлекаться на великолепие прямо у меня перед носом.

Когда мы огибаем залив, сумерками уже охвачено все темное небо. Берег еле различим в полумраке. Я позволяю себе расслабиться вместе с волнами, удивляясь, что после всех этих лет я сейчас здесь с Эмерсоном, снова.

Я мысленно улыбаюсь и отстраняюсь ото всех эмоций и неуверенности, кружащихся в глубине моего сознания. Сегодня вечером я просто хочу быть с ним, здесь, в океане, вдали от твердой земли. А все трудности подождут до возвращения на берег.

— Почему ты улыбаешься? — спрашивает Эмерсон.

Я смотрю вверх. Он наблюдает за мной, с заинтересованностью во взгляде.

— Просто так, — я смущенно пожимаю плечами. — Думаю о тебе. О нас. — Быстро осознаю свою ошибку и пытаюсь ее исправить, — То есть, о нас, здесь и сейчас... это... приятно. Вот что я имела в виду.

Покраснев, замолкаю. Надеюсь, Эмерсон не будет возмущаться или думать, что я забегаю вперед. Знаю, что одно свидание ничего не значит.

— Ясно.

По его лицу пробегает какая-то тень, которая наталкивает меня на мысль, что он вспомнил что-то неприятное. Но эта эмоция очень быстро исчезает, и Эмерсон смотрит на меня так спокойно и одновременно чувственно, что у меня просто дух захватывает.

Он смотрит на свои часы.

— Еще три часа, — говорит с многообещающей ухмылкой. — И тогда, я обещаю, «приятно» — это последнее, что придет тебе на ум.

— Чувствуешь себя комиком, да? — поддразниваю я.

— Чертовски верно, — отвечает Эмерсон с ухмылкой. — До сих пор ты не жаловалась.

Я смеюсь. Но про себя отмечаю, что шутить о том, как я попаду к нему в постель снова, прекрасно понимая, что это отнимет у меня последние крохи самообладания и разума, просто сумасшествие. Но сейчас нам так легко общаться, просто подсмеиваясь так, как мы всегда делали раньше. Как будто между нами никогда не было секретов.

Мои мысли прерывает бурчание в животе, напоминая, что я давно не ела. Неужели еще этим утром я страдала похмельем, была несчастна и завтракала с Лейси в городе?

Эмерсон, должно быть, тоже услышал недовольство моего желудка, потому что смеется:

— Мы почти у цели.

Мы плывем еще минут пять, пока не добираемся до уединенной бухты. Это красивое место защищено от остального залива скалами, в отдалении виден пляж. Эмерсон заглушает двигатель и мы отдаемся течению, мягко подпрыгивая на волнах вечернего прилива.

Он приносит корзину, одеяло и подушки, разложив все на палубе, как настоящий пикник. Я успокаиваюсь и устраиваюсь поудобнее. Эмерсон протягивает мне пиво.

— Надо произнести тост, — говорю я, поднимая свою бутылку.

— Какой? — спрашивает Эмерсон.

Внезапно из моей головы вылетают все мысли. Все возможные слова кажутся слишком напыщенными. За новые начинания? За то, что у нас было? За то, чтобы двигаться дальше? Все звучит неправильно.

— А может быть, за встречу? — предлагает Эмерсон, когда молчание затягивается.

Я облегченно выдыхаю.

— За встречу, — повторяю я, и мы чокаемся бутылками.

Эмерсон распаковывает корзину, и некоторое время мы увлечены вкуснейшей едой. Непринужденно болтаем, не затрагивая спорных тем. Рассказываем о том, как провели последние несколько лет: где побывали, что я думаю о колледже.

— Если у тебя скоро экзамены, может, тебе надо возвращаться? — хмурится Эмерсон, когда я рассказываю ему о своем неофициальном учебном отпуске.

— Мне не обязательно там находиться до экзаменов, — говорю я. — Учебники я взяла с собой, а для выпуска мне необходимо всего несколько баллов.

— А после? — Эмерсон наклоняет голову и смотрит на меня.

Я опускаю взгляд и неловко пожимаю плечами.

— Не знаю. Я думала, что у меня все под контролем, — начинаю объяснять. — Я собиралась перебраться с Дэниелом в округ Колумбия.

— Дэниел, — медленно повторяет Эмерсон. — Вот как его зовут.

Чувствую укол вины. Я два года встречалась с парнем, о котором уже почти забыла. Эмерсон заслоняет для меня все остальное в мире, как будто мы единственные люди, которые когда-либо существовали друг для друга. Я качаю головой, снова обращая все свое внимание на парня передо мной. Тот терпеливо ждет ответа.

— В любом случае, сейчас это уже невозможно, так что... — я затихаю, впервые осознав, что разрушила не только свои отношения с Дэниелом, но и план на всю свою дальнейшую жизнь. Квартира, работа, переезд... Я точно знала, что ждет меня в ближайшие несколько месяцев. Но теперь? Теперь моя жизнь — чистый лист. И это пугает до чертиков.

Я допила остаток пива, чтобы скрыть беспокойство.

— А что насчет тебя? — спрашиваю живо. — Ты никогда не думал о том, чтобы уехать из города?

Эмерсон смотрит на океан и медленно пожимает плечами.

— На самом деле у меня никогда не было выбора. Я имею в виду, что кто-то должен был присматривать за Брит и Рэй Джеем.

— Но они уже выросли, — замечаю я.

Он фыркает:

— Спорное утверждение. Брит до сих пор оставляет свое дерьмо по всей моей квартире. Она постоянно твердит, что собирается съехать и подыскать другое место, но... не сделает этого.

Я съеживаюсь, вспоминая, как она поразилась, увидев нас в кладовой.

— А что насчет твоей мамы? — неловко спрашиваю я. — Она?.. — я затихаю.

— Трезвая? В порядке? Хрен его знает. — Эмерсон становится грубым, и мое сердце болит за него. — Она появляется раз в пару лет, — добавляет он с горькой иронией в голосе, — и рассказывает, как ей жаль, и что она хочет вернуться и жить с нами вместе.