Клейтон Мэтьюз - Новый Орлеан

Не меньшее впечатление произвели на нее и кладбища.

— Совсем как города мертвых, — сказала она испуганным шепотом.

— Многие их именно так и воспринимают, — согласился Брет. — Говорят, что Марк Твен однажды заметил, что признаки архитектуры в Новом Орлеане можно обнаружить лишь на его кладбищах. Немногие новоорлеанцы с этим согласны: скажем, лично я категорически возражаю, однако в некоторой логике этому наблюдению не откажешь.

Действительно, кладбища, особенно старые, были настоящими городами мертвых. Хоронили здесь на поверхности земли… Сооруженные из того же материала, что и старинные здания — кирпич и цемент, — склепы теснились друг к другу, некоторые были окружены изгородями — совсем как дома за решетчатыми оградами.

— Знаешь, на какую мысль все это наводит? — прошептала Лина. — Что люди просто переехали из одних домов в другие, только куда меньших размеров.

— Понимаю, о чем ты говоришь, — ответил Брет и, понизив голос, пустился в объяснения, хотя их экскурсовод в это же время говорил то же самое скучным от многократного повторения голосом. — До самого недавнего времени из-за ливневых дождей и дренажных проблем в Новом Орлеане всех хоронили над землей. Видишь ли, грунтовые воды здесь совсем близко от поверхности. И раньше, насколько я знаю, ливни частенько вымывали трупы из могил…

Лина поежилась и прижалась к нему покрепче.

— А это вело к эпидемиям, — продолжал Брет. — И в конце концов горожане были вынуждены смириться с похоронами над землей. Слава Богу, теперь в этом необходимости уже нет…

Почти весь день город был залит ласковым золотистым солнечным светом. И вдруг небо заволокло серыми облаками, солнце скрылось, поднялся резкий холодный ветер. Внезапно залпом картечи сыпанул крупный град. В небесах бушевали молнии, предвещавшие настоящую бурю. И так же внезапно налетевший шквал стих, и вновь появилось солнце.

День уже клонился к вечеру, кирпичные фасады многих зданий засияли электрическими гирляндами.

К тому времени когда они возвратились в гостиницу, Брет еле волочил ноги. Хотя в ходе экскурсии они по большей части могли оставаться в автобусе, »

Лина при каждой малейшей возможности выскакивала из него и тащила за собой Брета.

Ему показалось забавным, что какая-то крошечная девчушка смогла так уходить громадного футболиста. Он, однако, уже понял, что таящаяся в ней энергия поистине безгранична. В связи с этим вспомнил он и о том, что, как вошло у него в привычку в конце сезона, забросил тренировки. Надо бы поскорее вновь взяться за работу.

Когда они выходили из автобуса, Лина крепко стиснула его руку и воскликнула:

— Спасибо, что показал мне Новый Орлеан, Брет.

Я просто в восторге!

— Это еще не все, но, честно говоря, я совершенно выдохся. А потому предлагаю зайти в бар и освежиться. Мне это сейчас совсем не повредит.

— Я — за! — с энтузиазмом поддержала его Лина.

Рука об руку они вошли в отель и направились через вестибюль.

— Знаешь, чего не хватает для полного счастья? — мечтательно произнесла Лина. — Вот бы проехаться завтра на платформе во время парада!

— Времени маловато, чтобы это устроить… — Брет запнулся, едва не столкнувшись с невысокой блондинкой, которая, низко опустив голову, спешила к выходу.

Блондинка остановилась и, не глядя на них, пробормотала:

— Извините…

— Миссис Сент-Клауд? Вы ведь миссис Сент-Клауд, правильно? Я Брет Клоусон, помните? Мы встречались пару раз, когда вы с сенатором приходили на футбол.

Она подняла на них глаза, и Брет с тревогой и смущением заметил наворачивающиеся на них слезы. С отсутствующим видом она произнесла:

— Брет Клоусон, ах да, конечно… Из команды «Сейнтс», так ведь? — На лице ее появилось странное напряженное и смятенное выражение. — Брет, его завтра убьют, я знаю!

— Убьют? Кого? — с недоумением переспросил Брет.

— Мартина! Мартина хотят убить! — В голосе ее зазвучали истерические нотки. — В полиции сказали, что ему угрожают убийством!

— Миссис Сент-Клауд, может, расскажете все по порядку? — Брет протянул было руку, чтобы поддержать ее, но Лина его опередила.

Она обняла Ракель за плечи и повела ее в укромный уголок, где пустовало несколько кресел.

Только тут Брет отметил про себя, как они похожи друг на друга.

Лина усадила Ракель Сент-Клауд в кресло и принялась хлопотать вокруг нее, поглаживая по плечу, шепча какие-то слова утешения. Потом она прикурила ей сигарету, и постепенно та успокоилась и пришла в себя. Брет взглядом поблагодарил Лину, она ответила ему мимолетной улыбкой.

В конце концов Ракель сумела взять себя в руки и рассказала им о дневнике и об отказе сенатора отменить свое участие в параде.

— Ну, это на него похоже, — заметил Брет, напряженно обдумывая услышанное.

Ракель в новом приступе возбуждения внезапно вскочила на ноги.

— Спасибо, что выслушали, большое спасибо» но я должна идти, мне надо торопиться… — выпалила она и заторопилась прочь.

Брет вознамерился было пойти за ней, но Лина ухватила его за рукав.

— Не надо, Брет. Оставь ее. Ей надо побыть одной.

— Может, ты и права. — Брет обвел взглядом вестибюль в поисках гостиничных таксофонов. — Пойдем-ка, мне надо позвонить сенатору.

— Зачем? — поинтересовалась Лина, едва поспевая за его размашистым шагом.

— Завтра буду рядом с ним на платформе, — угрюмо, но твердо заявил Брет, подходя к телефонным аппаратам.

— Я тоже, — откликнулась Лина.

— Тоже — что? — недоумевающе посмотрел на нее Брет.

— Я тоже с тобой, Брет. Это как раз то, о чем я мечтала: прокатиться на масленицу на платформе.

— Ты в своем уме, женщина? Не слышала, что сказала жена сенатора? Кто-то завтра собирается его убить!

— Тогда почему же ты сам собираешься быть с ним на платформе?

Хороший вопрос. От одной только мысли, что кто-то будет стрелять по платформе, на которой он будет стоять бок о бок с сенатором, у Брета внутри все начинало дрожать. И все же он знал, что и на этот раз все будет так, как уже частенько бывало в прошлом, когда он совершал глупейшие поступки.

Сенатор Сент-Клауд был его другом, сейчас его другу угрожала опасность. И Брет сказал ей:

— Мартин мой приятель, к тому же он сенатор Соединенных Штатов. Я должен сделать все, что могу, чтобы защитить его. — И добавил, правда, не очень уверенно:

— А потом, это, наверное, какой-нибудь псих придумал. Думаю, ничего вообще не случится.

— А почему тогда мне с тобой нельзя? — Уголки ее губ поднялись в лукавой улыбке. — У меня приказ всю неделю не отходить от тебя ни на шаг.

В этот момент она была такой обворожительной, такой чертовски соблазнительной, что Брету захотелось тут же заключить ее в объятия и целовать ее прямо здесь на глазах у множества людей. Однако вместо этого он поднял трубку телефона и заявил Лине: