Диана Джонсон - Брак

– Это один из культурных барьеров, – объяснила Клара.

Глава 21

«АПОКАЛИПСИС ДРИАДА»

Крей жестом позвал Тима наверх. Когда они вошли в кабинет, Крей заговорил, возбужденно поблескивая глазами за толстыми стеклами очков:

– Вчера мне звонили по поводу манускрипта – полагаю, именно того, который похитили из Библиотеки Моргана. В точности как и было предсказано.

Тим благодарно кивнул. Все и вправду произошло так, как предрекал Сис.

– Цена высока – пятьсот тысяч долларов. Условия обычные: полиция ничего не должна знать и так далее.

– И что же ответили вы?

– Я согласился на эти условия. Мой долг – купить эту вещь, вырвать ее из лап похитителей. Деньги меня не заботят – уверен, все расходы покроет страховка или же я получу вознаграждение. Разумеется, манускрипт я верну прежним владельцам. Я готов пойти на компромисс. Тот человек должен был позвонить сегодня утром, чтобы узнать мое решение и договориться о встрече, но до сих пор не позвонил. Кому-то придется отдать ему деньги и забрать манускрипт – сам я не хочу ввязываться в это дело.

– Вы хотите, чтобы это сделал я? – спросил Тим без малейшего сомнения. А почему бы и нет? В таком поступке нет ничего противозаконного или опасного. Зато есть материал для статьи. Конечно, придется предупредить Сиса.

– Да.

– Хорошо, – кивнул Тим. – Тогда сообщите мне, где будет назначена встреча, и объясните, как мне проверить подлинность манускрипта.

– Вот, посмотрите. Интерпол прислал ксерокопию украденного манускрипта вместе с извещением о краже.

Тим изучил ксерокопию и информацию, предоставленную американскими властями. Ксерокопию манускрипта, написанного от руки по-латыни, вероятно, сделали с микрофильма: это был негатив.

– Конечно, существуют неплохие подделки. Возможно, вам попытаются всучить фальшивку.

– Пожалуй, мне надо еще раз взглянуть на подлинные манускрипты того периода. – Составить представление о манускрипте по ксерокопии Тиму не удалось.

Пожав плечами, Крей повернулся к шкафу.

Вспоминая события прошлой недели, разумно было предположить, что кража, убийство на Блошином рынке и исчезновение американца каким-то образом взаимосвязаны, хотя не понятно каким, поскольку во время убийства американец был вместе с ничего не подозревающей Делией, а теперь находится в руках французской полиции и поэтому не может позвонить Крею.

Кристал отнесла чек на четыре тысячи долларов для ветеринара Леди, подписанный Сержем Креем, в банк «Бен Франклин», положила три тысячи на свой счет, а тысячу сняла наличными. Глядя на пять пачек двадцатидолларовых купюр, которые пересчитывал кассир, Кристал думала о том, что такой суммы никогда еще не держала в руках. Аккуратно свернув квитанцию, она положила ее в сумочку, а наличные засунула на дно пакета с покупками, опасаясь, что ее ограбят. Ее дочь Сью-Энн всегда держала при себе наличные и расплачивалась ими со всеми, даже с врачом. Таких взглядов придерживался круг людей, в котором она вращалась, и возразить против них было нечего – принцип хорош, а мир далек от идеала. В идеальном мире краж не бывает. Сью-Энн участвовала в борьбе за создание совершенного мира.

Кристал нервничала, возвращаясь к миссис Холли с целой тысячей долларов наличными, но по дороге с ней ничего не случилось. Миссис Холли смотрела телевизор в гостиной. Кристал вытащила пачки купюр и спрятала их в шкафу в спальне, под утку и непромокаемую простыню – вещи отталкивающего вида, к которым никому не захочется прикасаться.

Если Клара спросит про Леди, надо ответить, что она умерла после операции, уже после того, как счет был оплачен. Да, решила Кристал, так она и скажет.

Во время следующего телефонного разговора, когда Клара вновь принялась корить себя за то, что не смогла приехать и поддержать мать в трудную минуту, Кристал принялась отговаривать ее.

– И все-таки я приеду, – пообещала Клара, терзаясь угрызениями совести.

– Нет, пока в этом нет необходимости. А вот если вы приедете в декабре, на ее день рождения, она будет счастлива.

– В декабре? Тогда мужу хватит времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью, – согласилась Клара.

– Да, у вас в запасе целый месяц.

Глава 22

АРЕСТ МЕСЬЕ САВАРА

На следующее утро, в субботу, Анна-Софи сложила в портфель гравюры, автобусом доехала до Клиньянкура и зашагала по еще полутемным улицам к Блошиному рынку. Там царила привычная суматоха. Многие торговцы уже открыли свои заведения, разгружали стулья, перевязанные бельевыми веревками, куда-то тащили громадное зеркало в позолоченной раме, под весом которого услужливые арабы в синих комбинезонах согнулись в три погибели. Гугетта Марсак махала им рукой. Но волнение исходило главным образом от толпы антикваров в желтых непромокаемых плащах с поднятыми воротниками. Потирая озябшие руки, они оживленно беседовали, перебивая друг друга.

Новости Анна-Софи узнала от Гугетты.

– Месье Савара из девяностого магазина по четвертой линии арестовали за убийство бедного месье Будерба! Невероятно, правда?

Анна-Софи была ошеломлена. Еще вчера с рынка увели американца – очевидно, чтобы допросить по поводу убийства. А теперь в этом преступлении обвинили месье Савара, тихого, замкнутого человека, знатока поделок из бронзы.

– Говорят, вчера вечером полиция явилась к нему домой и арестовала его!

Весь день на рынке вспыхивали и распространялись слухи. Говорили, будто месье Будерб и месье Савар были партнерами в каком-то сомнительном деле, связанном с наркотиками, оружием для ирландцев или алжирцев, русскими проститутками, вывозом предметов искусства из новых восточноевропейских государств. А может, они были любовниками и ссора между ними разгорелась из-за ревности – впрочем, никто не мог представить коренастого, пропахшего табаком месье Будерба в качестве страстного сексуального партнера, а месье Савар еще меньше годился на такую роль. К концу дня стало достоверно известно, что в квартире у Савара нашли три миллиона франков, вероятно украденных у Будерба.

Анна-Софи совсем растерялась.

– Этого не может быть, – твердила она.

В ее голове уже сложился образ красавца американца, застигнутого на складе, как жертвы несправедливости, несчастного узника, даже беглеца из жестокой, полной опасностей страны. Она не сомневалась в том, что он и есть убийца.

Но сожаление вызывало у нее не только то, что американец оказался невиновен, а и то, как она ошибалась относительно месье Савара. Только теперь она поняла, что у человеческой интуиции есть свои пределы и отдаваться ей полностью рискованно. Анна-Софи исполнилась уважения к полицейским: они беспристрастно продолжали поиски истины и не побоялись арестовать француза, хотя проще было бы свалить всю вину на чужака-американца. Значит, американца уже отпустили? Анна-Софи поняла, что обо всем случившемся следует известить Делию. Но потом она вспомнила, что не знает номер телефона Клары Холли, – стало быть, придется дожидаться возвращения Тима.