Кристина Ролофсон - Фамильная реликвия

– Что с тобой? – сонно спросил он.

– Боюсь чихнуть. – Незачем Уильяму знать, что она старается запомнить, как от него пахнет лаймом, кожей и английским дождем.

Уильям поднял голову и насмешливо взглянул на нее.

– Чихай, Кэти. В этом нет ничего предосудительного.

– Я думала, ты спишь.

– Нет, то есть да. Чуть не заснул. – Он лег на бок лицом к Кейт. – Если хочешь, я уйду.

– Нет. – Она поежилась, и Уильям дотянулся до простыни и укрыл ее голые плечи. – Спи здесь.

Уилл смутился.

– Ну хорошо, только недолго.

– Тебе незачем уходить. – Кейт подняла голову и взглянула ему в глаза.

– Боюсь, одного раза мне будет мало, – предупредил он, – а мне бы не хотелось обидеть тебя.

– Этим ты меня не обидишь.

Он провел ладонью по ее талии, погладил бедро.

– Ты такая нежная. И маленькая. Я снова хочу тебя. – Обхватив Кейт за плечи, он прижал ее к своей груди.

Кейт закрыла глаза, чувствуя, как тепло его тела окутывает и убаюкивает ее.

Ей снилось, что легкие, как прикосновение мотылька, поцелуи покрывают ее колени, чуткие пальцы касаются ее бедер, поднимаются выше, вызывая лихорадочное и знакомое биение пульса между бедер. Снилось, как кто-то осторожно разводит ее ноги в стороны и тихо шепчет: «Просыпайся».

Ей не хотелось просыпаться, обрывать чудесный сон и вновь видеть себя в одинокой и холодной постели номера в отеле. Кейт представлялось, что теплое дыхание Уильяма овевает ее бедро, что его губы стремятся избавить ее от напряжения и боли, нарастающих внутри, что его язык проскальзывает… нет, это не сон, поняла она, постепенно просыпаясь. Она лежала в постели, обнаженная и пылающая страстью, а Уильям ласкал ее пальцами, губами и языком. Выгнув спину, Кейт застонала в блаженном трепете, но Уильям прижал ладонь к ее животу, удерживая ее и продолжая дарить наслаждение. Кейт подчинилась, чувствуя, как знакомый трепет волнами расходится по телу. Он впивался в нее губами и, только дождавшись ошеломляющего экстаза, передвинулся выше.

Уильям быстро проник в нее, и Кейт подалась навстречу, ощущая, как он заполняет ее длинными плавными ударами. Он любил ее так, словно не мог насытиться, хотел продлить наслаждение, но наконец не выдержал и застонал, изливаясь в нее. Он нашел губами ее шею и касался лихорадочно пульсирующей жилки, пока биение его собственного сердца не замедлилось и он не понял, что не умрет от невыносимого блаженства.

– Это не сон… – пробормотала Кейт.

– Да… – Уильям поднял голову и заглянул в глаза Кейт. Сейчас они были темно-зелеными и сонными. – Не сон, а мужчина, который просто не сумел дождаться, когда ты проснешься.

– Вот и хорошо, – прошептала она, закрывая глаза. Уильям приподнялся. Кейт повернулась на бок лицом к нему, не размыкая век. Уильям укрыл ее, лег рядом и подпер ладонью голову, глядя на Кейт. Ее щеки порозовели, губы слегка припухли. Волосы спутанной волной расплескались по белой наволочке. Уильяму было неловко вспоминать, что он овладел ею дважды, к тому же второй раз – пока она спала, но желание оказалось неудержимым.

Наконец он понял: если он сию же минуту не встанет, все повторится в третий раз. Она проснется и сочтет герцога Торнкреста обуянным похотью животным. Уильям не понимал, что на него нашло, но надеялся, что горячий душ и пара часов, проведенных над гроссбухами, исцелят его. Выскользнув из-под одеяла, он подобрал одежду. Рядом с его ботинками, так близко, что он чудом не наступил на нее, лежала брошь. Уильям подавил минутное желание зашвырнуть ее под кровать. Приколотая к свитеру брошь зловеще поблескивала.

Едва проснувшись, Кейт поняла, что уже стемнело, а рядом никого нет. Она пошарила ладонью по кровати, но почувствовала только холод простынь. Должно быть, Уильям давно ушел. Пора было вставать, принимать душ и одеваться к ужину – правда, Кейт не представляла себе, как будет сидеть с ним за столом после того, как его губы… Ладно, решила она, что было – то было, и жалеть не о чем. Уильям помог ей почувствовать себя сексуальной, желанной и привлекательной. Он смотрел на нее так, словно ему безумно нравилось ласкать ее и предаваться с нею любви.

Кейт жалела лишь о том, что ей не хватит времени пресытиться уик-эндами в поместье и вечерами, полными любви. Наверное, полагается спуститься вниз как ни в чем не бывало. Ладно, решила Кейт, надо попробовать. В конце концов, ничего другого не остается.

– Кейт! – Уильям постучал в дверь, когда она причесывалась. Взглянув на часы, Кейт обнаружила, что уже половина восьмого. Она долго отмокала в ванне, гадая, каким образом брошенная безработная Кейт Стюарт с Род-Айленда очутилась в английском особняке, среди роскоши, и даже ухитрилась переспать с герцогом. Кейт положила щетку на туалетный столик и нехотя подошла к двери.

– Я готова, – объявила она и, взяв себя в руки, открыла дверь. Удерживая на лице небрежную улыбку, она взглянула в лицо Уильяму. Тот с трудом сглотнул и принужденно улыбнулся – значит, тоже испытывал неловкость. Кейт поняла, что все будет в порядке.

Уилл показал ей бутылку вина.

– Хочешь выпить со мной в кабинете?

– С удовольствием. – Кейт вышла из комнаты и повернула налево, но Уильям удержал ее за руку.

– Я имел в виду свой личный кабинет, – пояснил он, увлекая ее направо. – Иди за мной.

– Хорошо, – согласилась заинтригованная Кейт. В этом крыле дома она еще не бывала. Уильям провел ее мимо нескольких закрытых дверей и наконец остановился перед двустворчатой дверью в конце широкого коридора. Повернув ручку, он открыл дверь: за ней оказалась просторная гостиная с высокими окнами, темно-зелеными шторами и книжными шкафами вишневого дерева. Массивный стол стоял в углу, к нему было придвинуто кожаное кресло. В камине у стены, лицом к которой стояла Кейт, горел огонь. К камину был придвинут круглый столик, накрытый для ужина.

– Я предупредил миссис Гудфеллоу, что мы поужинаем в кабинете – по-моему, здесь уютнее. Ты не против?

– Разумеется, нет. – Обстановку в кабинете Кейт сочла весьма романтичной.

Уильям подвел ее к дивану, обитому выцветшим зеленым бархатом и заваленному вышитыми подушками.

– Миссис Гудфеллоу каждый год на Рождество дарит мне очередную подушку, – объяснил Уильям. – Сбрось их и устраивайся поудобнее.

На мраморном столе, на подносе, стояли бокалы рядом с блюдом, на котором было разложено множество сортов сыра, и крекерами в тарелке с золотым ободком. На этот раз миссис Гудфеллоу превзошла себя.

– Какой приятный сюрприз! – Кейт уселась на диван, поджав ноги. В комнате было тепло, в камине уютно потрескивало пламя, и Кейт радовалась тому, что Уильям решил показать ей свой кабинет. – Должно быть, тут ты и проводишь большую часть времени. Этот кабинет похож на отдельную квартиру в доме.