Мэри Патни - Что осталось за кадром

Отстранив Анджелу, Кензи сел на кровати.

- Прости, Рейни. А впрочем, может, все к лучшему.

Хрупкая надежда рухнула. Стащив с пальца обручальное кольцо, Рейн с такой силой швырнула его, что оно подскочило и покатилось по полу.

- Предоставим это нашим адвокатам.

Она резко повернулась и вышла. Какое счастье, что она не появилась пятью минутами позже и не застала любовную сцену в самом разгаре! Если бы это произошло у нее на глазах, она бы не выдержала.

Она возвращалась в аэропорт. Потрясение было настолько сильным, что, казалось, лишило ее всяких эмоций. Слава Богу, она успела на обратный рейс.

Все семь тысяч миль полета она проплакала.

Рейн проснулась в слезах и обнаружила, что Кензи сидит на краю постели и озабоченно смотрит на нее.

- Ты в порядке?

Она чуть было не рассказала ему свой сон, но вовремя сообразила, что ей снилось случившееся наяву. Близость с Кензи воскресила прежние страдания, и они снова терзали ее. Он был прав, предупреждая накануне, что за радостью ночи придет горькое утро. Вздохнув, она сказала:

- Мне лучше.

Он помрачнел.

- Прости. Надо было отвезти тебя в отель сразу после ресторана. С моей стороны глупо было не предвидеть, что может произойти.

Рейн молча сравнивала недавнее наслаждение с ожившей болью.

- Все к лучшему. Я не люблю незавершенных дел. Теперь все кончено.

- Что ж, приятно узнать, что ночь прошла не напрасно.

Кензи хотел подняться, но Рейн остановила его:

- Поскольку у нас такой откровенный разговоp, самое время спросить, почему ты так быстро согласился расторгнуть наш брак. Он тебе так противен?

- Ничего подобного. - Он запнулся, подбирая слова. - Как и Джон Рандалл, я не создан для семейной жизни. Разница лишь в том, что я поздно понял это. И не так благороден. Лучше было бы вообще не жениться.

- Ради Бога, Кен, сейчас не девятнадцатый век. Старинные правила остались в прошлом. Ты был хорошим мужем и не казался несчастным. Совсем наоборот. Или это было притворство?

- Я не притворялся. Но у нас был роман, а не настоящий брак.

- Значит, нас связывал только секс?

На мгновение ей показалось, что он согласится. Вместо этого он неохотно сказал:

- Больше, чем секс. Я сделал тебе предложение, поддавшись эгоистическому желанию быть с тобой, но брак предполагает нечто большее. В сущности, я никогда не задумывался, что значит быть женатым мужчиной.

- Ты мог бы найти лучший способ покончить с нашим супружеством.

Он криво усмехнулся:

- Я не просчитываю все наперед, извини; Вместо того чтобы обдумать ситуацию, я позволил событиям идти своим чередом. И все закончилось хуже, чем можно было предположить. С моей стороны это непростительно.

- В жизни мало что нельзя простить.

Разговор был болезненный, но они в кои-то веки поговорили откровенно.

- Если бы у нас обоих была хоть капля рассудка, то мы могли бы пожить отдельно после выхода «Пурпурного цветка» и избежали бы многих неприятностей.

- Здравый смысл никогда не был моей сильной стороной, - слабо улыбнулся Кензи. - Относись к разводу как к пополнению твоего творческого багажа.

- Я предпочитаю учиться на чужих ошибках.

Но он был прав. Любое событие, даже самое неприятное и мучительное, преломлялось в ее творчестве.

- Кое-что надо пережить самой. - Он потянул за край одеяла, открывая ее до талии. - Хорошо, Рейни, уедем отсюда и забудем об этом. А пока, как подсказывает разум, надо использовать возможности - ночь на исходе.

Он наклонился и поцеловал ее живот, обведя языком края впадинки.

У Рейни перехватило дыхание, все ее женское существо напряглось, отвечая на ласку.

- Если… если ты снова это сделаешь, я буду не в состоянии анализировать твои слова.

Он снова сделал это, и мысли покинули ее.

Вэл подняла глаза от стола, заваленного документами, и вздохнула с облегчением, когда на пороге офиса появилась ее подруга.

Рейни подошла к кофеварке и поинтересовалась:

- В мое отсутствие больше никаких катастроф не произошло?

- Ни единой. Наверное, потому, что сегодня воскресенье и почти все отдыхают.

- Но ты работаешь. А где Гордон?

- Он отправился с друзьями на ленч в Санта-Фе. Я прикрыла тебя на случай, если ты не сможешь объяснить свое неожиданное исчезновение с Кензи.

Кофеварка заурчала, Рейн подставила чашку, достала из холодильника молоко.

- Ну, спрашивай, а то умрешь от любопытства.

- Я хорошо себе представляю, что могло произойти, - Валентина саркастически улыбнулась, - но не отказалась бы узнать душераздирающие подробности.

Добавив в кофе молоко, Рейн опустилась в мягкое кресло.

- Кензи отвез меня на одно ранчо, хотел, чтобы я посмотрела котят. Потом в ресторан и напоследок в потрясающие апартаменты, вырубленные в скале.

- Я читала об этом месте. Мне хотелось бы там побывать.

- Там невероятный покой и, уж конечно, ничто не напоминает о безумном мире кино. Мы говорили о Саре, и Кензи убедил меня, что лучше, чем я, ее никто не сыграет.

- Отлично! Я всегда считала, что это будет твоя лучшая роль.

Рейн состроила кислую мину.

- Кажется, все так думают, кроме меня. Однако как-то надо решать проблему, и я согласилась. Что и говорить, искусство требует жертв! У Кензи был с собой сценарий, так что мы почитали некоторые сцены.

- Так вы репетировали?! Какое благоразумие!

- Да, пока не оказались в постели.

- Я думала, что вы намерены поддерживать только деловые отношения.

- Мы пали жертвой безумия, вызванного тем, что изображали влюбленных. - Иронично улыбнувшись, Рейни закинула ногу на ногу. - Именно поэтому я отчаянно не хотела играть роль Сары.

Да, играть беззаветно влюбленную женщину непросто, если сама не любишь. Или любишь, но не должна себе этого позволять.

- Понимаю. Но нет ничего необычного в том, чтобы лечь в постель с мужчиной, с которым разводишься. Близкое знакомство и предчувствие вожделенной свободы залог бурного секса. И на мой взгляд, это дало тебе эмоциональную разрядку.

- Совершенно верно. У нас был долгий хороший разговор. - Рейн потянулась. - В какой-то момент я, подумала, не предложить ли ему начать все сначала, но, к счастью, наваждение быстро прошло.

Вэл отложила бумаги и подперла рукой подбородок.

- Ты хотела бы вернуться к нему?

Рейн нахмурилась:

- Если бы он был порядочным мужем, пожалуй, да. Но я не могу жить с человеком, которому не доверяю.

- Тогда не стоит и пытаться,

Вэл задумалась, стоит ли продолжать разговор. Она приехала в Нью-Мексико с намерением презирать Кензи, но ей это не удалось. Кроме того, что он был на редкость красивый мужчина, он еще обладал удивительной добротой, всегда был внимательным и обходительным. Но увы, чтобы быть порядочным мужем, этого недостаточно.