Джейн Грин - Всё может быть

— Но у меня ничего нет. — Почему я все еще чувствую укол тоски, когда неожиданно произносят его имя?

— Как это «ничего»? А фотографии? Письма? Футболки, которые ты у него одолжила, а потом нарочно забыла вернуть?

Я качаю головой, а потом вспоминаю.

— Подожди!

Я бегу в спальню и вытаскиваю его футболку из корзины с грязным бельем. Тут со мной что-то происходит. Мне стыдно признаться, но я зарываюсь носом в футболку, чтобы ощутить его запах, потому что он надевал ее в последний раз. Но она пахнет плесенью, как и все грязное белье.

Возвращаюсь в гостиную с футболкой и неуверенно протягиваю ее Джулс, которая, надо сказать, берет ее еще более неуверенно и кладет в мусорный мешок.

— Больше ничего нет?

Я киваю, хотя знаю, что она мне не верит.

— Так это последнее напоминание?

Я снова киваю.

Она крепко завязывает мешок, выносит его за входную дверь и ставит рядом с мусорным баком.

— Я думала, он тебе нравился, — хнычу я, наблюдая, как безжалостно она со мной поступает.

— Он мне нравился, — говорит она. — Но единственный способ пережить это — избавиться от всех улик и начать встречаться с другими мужчинами. Кстати, тот парень тебе звонил?

— Какой парень?

— Эд.

Звонил. Он позвонил на следующий же день и оставил на автоответчике довольно нервное сообщение, что показалось мне немного странным, потому что, когда мы познакомились, производил впечатление уверенного человека. «Привет, Либби, — говорил он. — Это, ммм... Эд. Мы познакомились вчера вечером в «Меццо». Я хотел спросить, не согласишься ли ты... ммм, со мной поужинать. Было приятно познакомиться, не будешь ли ты так добра перезвонить мне».

Может, он один из тех, кто ненавидит автоответчики? В любом случае он оставил свой домашний и рабочий телефоны, а также номер мобильного и сказал, что весь день будет дома.

Я не перезвонила. Я, конечно, обещала поужинать с ним, но мне не очень-то хочется, а потом, какой смысл? Он мне не нравится, в животе у меня все не переворачивается от желания, как было, когда мы встретились с Ником, и я уверена, он милый парень, но сейчас не хочется ни с кем встречаться, даже если у него «порше». Я просто устала. Вымоталась. Эта история с Ником доконала меня, и в настоящий момент мне не нужен никто, кроме него.

Потом, этот Эд не похож на владельца «порше». Может, он просто хочет выпендриться и носит с собой брелок с эмблемой «порше», чтобы снимать девочек в «Меццо».

— Нет, — вру я, качая головой, — он не звонил.

— Правда? — Джулс, похоже, удивлена. — Не могу поверить, он вроде так тобой заинтересовался. Ну, значит, еще позвонит.

— Мне все равно.

— Знаю, — говорит она. — Но это пойдет тебе на пользу. Он наверняка пригласит тебя в какое-нибудь шикарное место и будет обращаться с тобой как с принцессой. Ты отлично проведешь время. Никто же не заставляет тебя спать с ним или соглашаться на очередную встречу. Откуда ты знаешь, может, тебе понравится кто-то из его друзей? Может, ты встретишь мужчину своей мечты благодаря общению с ним?

— Заткнись, Джулс, ты прямо как моя мать.

Я понимаю, что у меня будет все в порядке. В этот раз все не так, как раньше, после расставаний с прочими бойфрендами, когда мое сердце было разбито и я безутешно рыдала три недели, не хотела никуда идти и ничего делать. Была одна ужасная ночь, и с тех пор я чувствую себя нормально, по крайней мере знаю, что не стоит жить ложной надеждой. Все действительно кончено, и я могу идти дальше. Несмотря на то, что все еще ощущаю какое-то остолбенение. Наверное, еще вижу слабый огонек в конце тоннеля, не очень яркий, но есть.

Говорят, что в первый раз расставаться больнее всего, и, наверное, в этом есть доля истины. Но есть мнение, что с каждым разом переживать разрыв все больнее и в конце концов ты становишься жесткой, циничной и уже неспособной чувствовать.

Если бы это было так. Как бы я хотела быть жесткой и циничной. Чтобы все происходило медленно, а я бы не выкладывалась в отношениях полностью, потому что боялась бы обжечься. Но нет. Каждый раз, когда я с кем-то встречаюсь, ныряю с головой, окружаю его любовью и заботой, надеясь, что на этот раз все будет иначе. Но так не бывает никогда.

Я не понимаю, зачем притворяться кем-то, кем ты на самом деле не являешься, ведь в конечном счете все равно придется открыть свое истинное лицо, а если оно сильно отличается от того, что было вначале, мужчина просто испугается и с криком убежит.

Может быть, я уже немного научилась сдерживать себя, и поэтому мне сейчас не так больно, а может, потому что мы с Ником не предназначены друг для друга. И, хотя он нравился мне все больше, в глубине души я понимала, что не смогла бы жить так, как он, и поэтому сейчас чувствую себя нормально.

Но нормально не значит хорошо, и я решаю: раз уж Джулс ушла, дай-ка я просмотрю свою коллекцию компакт-дисков и поставлю те песни, от которых всегда плачу. Что, если начать с «REM» и «Всем бывает больно»? Вот я уже всхлипываю, как ребенок. Продолжим? Дженис Йен и «Когда тебе семнадцать» — и вот я уже чувствую себя брошенной всеми. И, конечно же, я включаю группу «Everything But The Girl», «Я не хочу об этом говорить», — ради бога, ведь можно иногда насладиться жалостью к себе?

И вот я сижу, ставлю диски и рыдаю, рыдаю, рыдаю, захлебываясь от икоты, а голова у меня начинает раскалываться на части. И тут звонит телефон. Я не беру трубку, потому что не уверена, что мне удастся скрыть свою истерику, и вообще мне не хочется сейчас ничего никому объяснять.

Включается автоответчик, я слышу собственный голос, а потом густой баритон: «Ммм, привет, ммм, Либби. Это Эд, мы на днях познакомились в «Меццо». Я вчера оставил тебе сообщение, но подумал, может, ты его не прослушала, поэтому оставляю еще. Мне очень хотелось бы с тобой встретиться».

Он еще раз оставляет все свои телефоны. Я слегка приободряюсь: мне приятно, что нравлюсь кому-то настолько, что он оставил целых два сообщения. И хотя я не подхожу к телефону, когда он заканчивает говорить, решаю, что стоит ему позвонить.

Глава 14

Сегодня я собираюсь позвонить Эду. Совершенно точно. Я подумала об этом и поняла, что Джулс абсолютно права: мне нужно встречаться с другими мужчинами. Да, он не совсем в моем вкусе, но какого черта. Мне, как недавно напомнила моя мать, уже двадцать семь лет, и, может, количество перейдет в качество: если я буду встречаться с мужчинами, один из них обязательно окажется Любовью Всей Моей Жизни.

Но пока я с головой завалена работой: пытаюсь организовать вечеринку по поводу премьеры телесериала и только что закончила писать пресс-релиз, который надо разослать всем журналистам и фотографам. Именно в этот момент звонит Аманда Бейкер. Только ее мне сейчас не хватало.