Стань моей мечтой - Виктория Рогозина

Мишка, стоявший у стены, кивнул Олегу и поднял смартфон, включая запись. В толпе кто-то тихо прошептал: «Снимай всё, Мишаня, это — история». Смешки и напряжение смешались в воздухе.

Олег, уверенный и спокойный, ловко запрыгнул на подоконник, став на фоне огромного окна. В руках — аккуратно сложенная, но объёмная стопка бумаги. Он поднял её вверх, как трофей, и громко сказал:

— Здесь более трёхсот заявлений. Подписанных, с именами и доказательствами. Это от тех, кто пострадал от травли, устроенной Егором и его дружками. Мы требуем, чтобы были приняты меры.

Толпа гудела, как ульи весной. Антон Антонович дернулся, будто хотел что-то сказать, но Олег не дал ему перебить:

— И, чтобы вы не пытались замять это дело, копии всех этих заявлений уже отправлены в Министерство образования и в прокуратуру. — Он сделал паузу. — Мы больше не молчим. И если вы — директор, то покажите, что способны быть на стороне справедливости. Или уходите.

Антон Антонович попытался сохранять достоинство, но лицо у него всё больше наливалось цветом переспелого граната. Он метнул взгляд по сторонам, потом выкрикнул:

— Это всё манипуляция! Провокация! Разойдитесь немедленно, я приказываю!

Но никто не двинулся с места. Никто не отводил глаз. Авторитета у него больше не было. В этот момент он впервые за долгое время осознал — бояться стали не его. Теперь люди начали верить в других. И в правду.

Варвара спокойно шагнула вперёд и встала рядом с братом на подоконнике, её голос звучал ясно и твёрдо, перекрывая общий гул:

— Мы не отступим. Каждый, кто столкнулся с буллингом, может прийти к нам. Мы — не одиночки, нас много, и вместе мы — сила. А сила в правде. Мы не будем молчать. Мы будем говорить. Мы будем давать огласку. Потому что правда должна звучать громко.

Толпа словно взорвалась — овациями, радостными криками, аплодисментами. Кто-то выкрикнул: «Так держать!» — кто-то просто вскинул кулак в знак поддержки. Множество телефонов снимали происходящее. В этот момент Варвара и Олег стали не просто смелыми учениками — они стали символом. Лицом проекта «Стань моей мечтой».

Варвара сделала шаг, чтобы спрыгнуть с подоконника, но Миша, ловко подойдя, легко подхватил её на руки и аккуратно опустил на пол, шепнув с лёгкой улыбкой:

— Герои не должны прыгать сами.

Она коротко улыбнулась в ответ.

В это время директор, багровый, подошёл ближе, остановился на грани между контрольным гневом и полным бессилием. Его голос был низким и сиплым, почти рычанием:

— Вам это с рук не сойдёт…

Миша обернулся, глядя ему прямо в глаза:

— Неужели вы нам угрожаете?

Наступила короткая, гнетущая пауза. Антон Антонович не ответил. Только метнул исподлобья взгляд на кипу заявлений в руках, будто они обожгли его, развернулся на каблуках и молча удалился прочь, ссутулившись и потеряв остатки своего величия.

Толпа встретила его уход молчанием — давящим, громким, настоящим приговором.

А затем, когда директор скрылся за дверями, коридор вновь взорвался аплодисментами и восторженными криками. Кто-то уже начинал скандировать: «Мечта! Мечта! Мечта!» — и всё больше голосов подхватывало.

Глава 38

Елена Павловна устало опустилась на кухонный табурет, провела ладонью по лицу и с вымученной усмешкой пробормотала:

— Антон Антонович в бешенстве… звонит, кричит, грозится исключить вас двоих за «грубейшее нарушение дисциплины». Варвара, Олег, ну что вы там устроили?..

Олег спокойно отставил чашку с чаем и, не меняя интонации, ответил:

— Ничего у него не получится. Мы всё сделали по правилам. Копии заявлений уже в министерстве, а исключение без оснований — это уже будет его конец.

Елена Павловна посмотрела на сына, чуть кивнула, и на лице её отразилась усталая, но теплая гордость. Помолчала немного, потом спросила:

— А покажете мне ваш… ну, как вы его называете? Штаб?

Варвара фыркнула, поправляя волосы:

— Подвал. Мы же говорили, у нас помещение в школьном подвале, там раньше был какой-то склад.

— Вот я и хочу посмотреть. Познакомиться с ребятами. Уж если вы в такую борьбу ввязались, хочу хотя бы понимать, с кем.

Олег и Варвара переглянулись и синхронно кивнули.

— Не вопрос, мам, — сказала Варвара. — Сейчас Миша придёт, и выдвинемся.

— Он вообще должен с минуты на минуту быть, — добавил Олег, глядя на телефон.

И точно — минут через двадцать дверь хлопнула, и в прихожую влетел Миша, запыхавшийся, с мокрой челкой и довольной физиономией:

— Всё, я готов! Полы в квартире ещё никогда не блестели так ярко! Никогда не думал, что однажды буду мыть их в темпе бегуна на стометровке!

Он рассмеялся, подошёл к Елене Павловне и по-простому пожал ей руку:

— Здравствуйте. Миша. Защитник Варвары и братва Хазеров.

Елена Павловна улыбнулась впервые за день по-настоящему.

— Ну что ж, защитники, ведите меня в штаб.

Вся компания в полном составе дошла до старого, ничем не примечательного на первый взгляд здания. Ржавый замок щёлкнул в руках Олега, и дверь нехотя поддалась. Изнутри потянуло краской, бумагой и чем-то родным, будто смесь пыльной библиотеки и звукозаписывающей студии.

Когда все оказались внутри, Олег поднял руку, попросив минуту внимания:

— Ребят, секунду! Хочу представить вам моего главного союзника по жизни и самую храбрую женщину в этом городе — нашу с Варварой маму, Елену Павловну.

Все моментально обернулись. Никитос, сидевший на столе, ловко спрыгнул и, придерживая воображаемый фрак, отвесил шутливый поклон:

— Если бы мы знали, что нас посетит такая прекрасная дама — мы бы хотя бы лепестки роз рассыпали на входе!

Елена Павловна рассмеялась, слегка смутившись, и качнула головой:

— Спасибо за столь тёплый приём… Я просто хотела увидеть, где вы, что вы делаете. Ну, вы же понимаете — мать как-никак, должна знать, в каких условиях работают её дети.

Никитос с широкой улыбкой сделал знак Сёме, тот тут же метнулся вверх по лестнице.

— Сейчас всё будет, — пообещал Никита и, поворачиваясь к остальным, добавил, — Экскурсия начинается! Мадам, прошу следовать за мной. Только держитесь подальше от паутины — мы обещали её убрать, но это был… художественный замысел.

Он начал вести Елену Павловну по подвалу, рассказывая на ходу:

— Здесь у нас штабной блок. Тут планируем, тут редактируем, тут составляем обращения. За этим столом — юридический отдел. Ну, то есть Славик. Он у нас гуру бюрократии. Вот это — зона видеомонтажа. Смотри, какие