Его безумство - Джулия Ромуш

меня нет, так что приходится напрячь память и вспомнить номер квартиры. Проходит секунда, вторая, третья… Мне так никто и не отвечает… Я уже начинаю не на шутку волноваться, как слышу голос Ахметова. Он охрипший.

— Кто? — Даже не пытается унять раздражительность в голосе.

— Это Аня, — произношу неуверенно. Только сейчас до меня доходит, что Ник то может меня попросту не впустить. Если у него там Арина, то вполне возможно, что я им помешала?

Ахметов молчит пару секунд, а после дверь издает сигнал и распахивается.

Руки начинают подрагивать. Я уже жутко нервничаю, а еще даже не зашла в его квартиру. Господи, я ведь могла просто сменить маму и посидеть с сестренкой. Но нет, я сама захотела к нему приехать. Зачем? Почему? Прикрываться чувством вины сейчас уже получается не очень хорошо. Ко мне приехал Мирон… а я бросила его одного в съемной квартире и умчалась к другому мужчине… И какого черта я творю?!

Задавая себе все эти вопросы, я нажимаю на нужную кнопку в кабине лифта. Даже не пытаюсь сделать шаг назад и попросту выйти из подъезда. Идиотка! Господи, какая же я идиотка.

Расправляю плечи и иду к нужной мне двери. Нажимаю на кнопку звонка. Дверь распахивается буквально через несколько секунд. Ник стоит на пороге своей квартиры, и я не могу не пробежаться по нему взглядом. Ахметов в домашних брюках и футболке. Волосы на голове взъерошены, щеки горят. Последнее намекает мне на то, что у него температура.

— Не пригласишь? — Задираю голову вверх и смотрю ему в глаза. Ахметов прищуривается.

— А ты значит целенаправленно ко мне? Не просто подъездом ошиблась? — Криво усмехается. Язвит. Ну может ему и не так плохо, как говорила мама, это даже к лучшему.

— Вижу, что тебе уже стало лучше, — скалюсь в ответ и нагло делаю шаг вперед давая понять, что я намерена войти внутрь.

Ахметов отступает и пропускает меня в квартиру. Не знаю откуда во мне берется столько смелости и наглости. Ник ведь явно давал понять, что не впустить меня к себе домой не самая лучшая идея. Согласна, оставаться с ним наедине опасно. Вот только вся проблема в том, что несколько дней назад я испытала все те эмоции, от которых так удачно ограждала себя все это время. А сейчас… я как будто зависимая, которая получила дозу и пришла за новой…

— Решила сыграть роль заботливого врача? — Летит мне в спину новый укол от Ахметова и я, сняв обувь разворачиваюсь к нему.

— А я думала ты из тех, кому нравятся ролевые игры, — прикусываю кончик языка, но поздно, Ахметов уже довольно скалится и делает ко мне шаг. Мне бы отступить назад. Бежать. Держать дистанцию. Но я продолжаю стоять на одном месте.

— Ты зря пришла, Коротышка, — Ник больше не улыбается, — принимать таблетки я умею и без тебя. Если тебя сюда привело чувство вины, то расслабься, я большой мальчик и сам о себе позабочусь.

Я сильнее сжимаю пальцами ручки пакета. Самое ужасное то, что я сама не знаю для чего пришла. Зачем… Таблетками я лишь выгодно прикрылась. Не только перед мамой и Мироном, но и себя этим тоже обманула. Я хотела его увидеть… Но об этом я ему ни за что не скажу.

— А с каких пор ты решаешь, что мне лучше делать? — Задираю подбородок и воинственно смотрю в его глаза. Прикасаюсь ладонью к его лбу и чуть не обжигаюсь. Да у него температура. И этот не маленький мальчик будет мне рассказывать, что сам может со всем справиться?! — У тебя температура, Ахметов! И если не хочешь, чтобы я сейчас же позвонила в скорую, то закрой рот и ложись на диван!

— Начало мне уже нравится, — он скалится в ответ, а после вместо того, чтобы выполнить мой приказ, делает ко мне еще один шаг, тем самым сокращая между нами расстояние до минимума…

Толкаю ладонью Ника в грудь и прищуриваюсь.

— Я слишком тихо говорю или это у тебя проблемы со слухом? — Произношу довольно громко, чтобы в этот раз меня точно услышали. Ахметов вздергивает вопросительно брови.

— А я вижу ты реально решила в ролевые игры поиграть? — Ухмыляется, а я глаза закатываю в этот момент.

— Сомневаюсь, что ты сейчас сгодишься хоть на какую-то игру, — толкаю его в сторону дивана. Нам нужно измерить температуру, и я уверена, что выслушаю сегодня еще сотню его пошлых шуточек. Пускай это хотя бы принесет какую-то пользу.

— А ты нарываешься, Коротышка, я ведь могу и продемонстрировать на что сгожусь.

Вздыхаю и подталкиваю его дальше к дивану. Это нормально что сейчас меня его общество не раздражает? Ведь пару дней назад все еще было совсем по-другому. Господи, как мне во всем этом разобраться?

Как только Ахметов наконец ложиться на диван, я тут же оборачиваюсь и слегка зависаю. Комната выглядит не очень и это мягко сказано. Куча таблеток раскидана на столе. Стаканы, из которых, кажется, он пил жаропонижающие, расставлены по всей комнате. И этот человек мне что-то говорил о том, что он сам отлично справится?

— У тебя есть градусник? — Оборачиваюсь обратно к Нику и строго на него смотрю.

— Я видел, что температуру можно пробовать губами, — растягивает свои губы в улыбке, — или ты не настолько решила вживаться в роль строгого доктора?

— Я не уйду, Ахметов, — улыбаюсь в ответ, — как бы сильно ты не старался.

Ник картинно закатывает глаза, а я стискиваю зубы. Ну что он за невыносимый человек? Ужасный характер! Просто отвратительный!

Ставлю пакет с лекарствами на стол, на свободное место и приступаю к поиску градусника. Очень сильно надеюсь, что температура парня не будет слишком высокой, потому что тогда без разговоров нужно будет звонить в скорую, а Ахметов точно будет против! Наконец нахожу градусник под кучей пустых упаковок из-под таблеток. Ему за такое нужно по голове дать! Принимал, кажется, непонятно что еще и наугад!

— Я так понимаю ты проверял свою удачу на прочность? — Приподнимаю вопросительно бровь и протягиваю Нику градусник.

— Как видишь с моей удачей все тип-топ, — кривит губы в усмешке