Главное - выжить. Путь домой - Кэтрин Трейси

Смотрю название: «Устройство и функционирование самозарядного пистолета».

М-да. Видимо начнем с теории, плавно переходя к практике. Надеюсь, хоть ножом мне не придется пользоваться.

Наливаю себе чай и приступаю к чтению.

Ближе к восьми часам вечера понимаю, что хочу есть. Решаю сделать овощной салат, и там еще овощи тушеные остались. Будет овощной ужин. Как только заканчиваю на кухню входит Рустам. Как чувствовал. Раскладываю по тарелкам и ставлю на стол.

Может ему нужно было второй кусок мяса пожарить? Да вроде молчит, ничего не говорит. Так и проходит наш ужин.

— Ну что, выучила?

Я надеялась, что он забудет после вкусной еды. Надо было все-таки пожарить еще мяса.

— Ну… почти

— Начнем с простого, — вытаскивает из-за пояса пистолет и кладет на стол. — Что это за пистолет?

— Макарова, — без запинки отвечаю я. Мне кажется я его еще в школьные времена видела. Самый известный.

— Молодец, — хвалит меня и начинает его разбирать. — Теперь перечисли мне детали.

Плюсы этого пистолета, что здесь не так много частей.

— Это магазин, — указываю на штуку, в которой находятся патроны. — Это пружина, — указываю на пружину. Так, самое простое закончилось. — Это затвор, а это рамка со стволом и спусковой скобой.

Фух, вспомнила.

— Хм, неплохо. Теперь собирай его обратно.

Что?

— В книге было написано, как это делать, да и ты видела, как я разбираю. Просто нужно сделать в обратном порядке, — отвечает на мой вопросительный и испуганный взгляд.

Кажется, я еще не дошла до той главы. Ну ладно, деталей не так много.

Беру в одну руку ствол, в другую пружину. Вроде так нужно начинать. Теперь нужно как-то закрепить затвор.

Спустя минут пять мучений, он забирает у меня пистолет и сам его собирает за несколько секунд.

— А теперь расскажи мне, дорогая, каким образом происходит выстрел? — говорит это, вертя пистолет в руках. Такое ощущение, что одна ошибка и он меня пристрелит. Вряд ли, конечно, но всё может быть.

Так, про это я точно читала.

— Там курок сначала бьет по ударнику, он потом что-то там разбивает и от толчка газов из ствола выбрасывается пуля, — ох, память моя, девичья.

Он начинает смеяться.

— Ну почти, почти. На самом деле тебе вся эта информация не понадобится, вряд ли вообще будешь пользоваться им, но практике я тебя научу.

— А зачем я тогда сейчас это читала?

— Ну мне же надо бы тебя чем-то занять, чтобы не мешалась. Да и информация лишней не будет.

Да, хорошее занятие мне нашел.

— Ладно, пойдем спать собираться. Завтра рано утром подъем, начнем тренировки. Иди в душ, я после тебя, — говорит, выходя из кухни.

Еще и тренировки какие-то. Прям курс молодого бойца прохожу, должна уметь стрелять, быть выносливой и уметь защищаться.

Беру пакет, который принесла Эля и иду в душ.

В пакете нахожу легкие домашние штаны, футболку, нижнее белье, зубную пасту с щеткой и шампунь. На настенных крючках замечаю несколько полотенец, думаю одно я могу взять.

Проверяю, что дверь закрыта на защелку, раздеваюсь и встаю под теплые струи воды.

После душа, одеваюсь, чищу зубы и еще несколько минут стою у двери из-за страха. Ладно хоть меня не торопят, но выйти все равно ведь нужно.

Он сидит на кровати за ноутбуком. Заметив меня, закрывает крышку, кладет его на прикроватную тумбу и сам идет в душ.

И он не боится вот так оставлять меня одну в комнате? С личными вещами, ноутбуком и сумкой с оружием?

Хотя я все равно стрелять не умею, а ноутбук, думаю, запаролен.

Смотрю на кровать. Интересно, с какой стороны он любит спать?

А какая мне вообще разница?

Выключаю свет и ложусь.

Слышу, как выключилась вода в душе. Жду его, затаив дыхание.

Он возвращается в спальню и, ни слова не говоря, ложится на другую сторону кровати.

Лежу на спине, не шевелясь, пусть подумает, что я сплю.

— Твой страх за километр чувствуется. Расслабься уже.

— Не могу.

— Чего ты боишься?

— Что ты что-то сделаешь со мной пока я сплю.

— Мы это уже обсуждали, — вздыхает он. — Поэтому спи спокойно.

— А ты сам не боишься со мной спать? Здесь все-таки много оружия, вдруг я решу его применить и потом сбежать?

— Я очень чутко сплю, надеюсь ты не настолько глупа, чтобы это проверять.

Я даже не сомневаюсь, что он и шорох услышит.

— Мне ведь нет необходимости тебя пристегивать к кровати? — поворачивает голову в мою сторону.

— Нет!

Ну уж нет, мне хватило связываний хозяина.

— Вот и спи тогда, — укрывается одеялом и поворачиваемся ко мне спиной. — Напоминаю, что завтра рано вставать.

Почему-то я ему верю, что он мне ничего не сделает.

Глава 27

— Милана, — слышу тихий мужской голос возле своего уха. — Милана, просыпайся.

— Еще пять минут, — плотнее укутываюсь в одеяло и крепче продолжать обнимать … А что я вообще обнимаю? Что-то твердое и крепкое…

Открываю глаза. И сразу закрываю. Лучше бы не открывала.

Оказывается, я двумя своими руками крепко схватила его левую руку.

Снова открываю глаза и поднимаю голову повыше, к лицу Рустама, и вижу, как он ухмыляется.

Быстро отпускаю его руку из своей хватки и отодвигаюсь на другой конец кровати, чуть не падая на пол.

Он начинает громко смеяться.

— Что смешного? — возмущаюсь я.

— Ты так мило липла ко мне ночью, а теперь убегаешь, будто я твой злейший враг.

— Я пока тебя не знаю, чтобы говорить об этом, — отворачиваюсь от него, собираясь встать с кровати.

И тут он резко хватает меня за руку, тянет к себе, кладет на спину и нависает надо мной.

Сразу становится тяжело дышать.

— Ты должна ко мне привыкнуть, Милана, — тихо говорит мне, чуть опустив голову. — Я не сделаю тебе ничего плохого.

— Это длительный процесс, я не могу так быстро привыкнуть к незнакомому человеку, — тихо и сбивчиво отвечаю.

— Ты должна хотя бы не шарахаться от меня, — начинает поглаживать меня по плечу.

А я лежу и не могу пошевелиться.

Он опускает руку с плеча к локтю, а затем и вовсе переходит на талию. Тут я уже не выдерживаю, сбрасываю её и пытаюсь подняться выше, к изголовью кровати, чтобы выбраться из его плена.

Он снова хватает меня за талию и тянет обратно к себе.

И тут я понимаю, что начинается паническая атака, мне очень страшно! Бью его по плечам, пытаюсь пинать ногами и чувствую, как к глазам подкатываю слезы. Хочется закричать, но не могу вымолвить ни слова.