Шэри Райан - Горький лимонад

Он не знает, что это я. Я не предупреждала, что приеду. Он захочет знать, почему. Он захочет знать, что пошло не так, где я была последние пару недель и чем планирую заниматься оставшуюся часть моей жизни. По иронии судьбы, он не хочет, чтобы моя жизнь стала отражением маминой, а мама хочет для меня именно этого. Не могу понять. По этой причине мне потребовалось несколько дней, чтобы подготовить ответы на все эти вопросы, и лучше всего сделать это в общественном месте, чтобы я могла уйти, зная, что он не устроит сцену.

Открываю дверь и обнаруживаю, что в кабинете он не один. Его секретарша — не думаю, что встречалась с ней раньше — сидит на краю стола. На ней короткая юбка-карандаш и блузка, на которой с виду не хватает нескольких пуговиц. Выражение моего лица отражает все, что в мыслях у отца, потому что это отвратительно. Но, приехав сюда, теперь понимаю, что поступала верно — не стоило здесь появляться на протяжении последних нескольких дней. Поэтому я прочистила горло и подошла к его столу.

— Детка, что ты здесь делаешь? Все в порядке? — спрашивает папа.

Секретарша — или кто она там — слезает со стола и поправляет юбку на бедрах. Она выглядит более смущенной, чем я сейчас себя чувствую. Что ж, ничем не могу помочь, но на секунду прищуриваю на отца глаза, ожидая увидеть его реакцию. Он не сделал бы ничего подобного с мамой. Она слишком нужна ему. Ведь они проделали потрясающую работу, создавая иллюзию идеального — до тошноты идеального — брака, сохранявшуюся все то время, что я себя помню. Ничего в нем никогда не выглядело идеальным для меня, но, по крайней мере, им удавалось меня обманывать, что им хорошо друг с другом.

Моя семья — копия «Предоставьте это Биверу» (Прим. классический американский телевизионный ситком 50-х годов) — классического шоу 50-х годов, демонстрирующего типичную домохозяйку и мать, рвущую свою задницу, чтобы содержать дом в чистоте, накормить семью и, самое важное, сделать мужа счастливым, в то время как в обязанности мужа входит только работать и приходить домой к ужину. Именно так и было у нас дома.

— Все хорошо, — заверяю я его. — Мы можем поговорить? — спрашиваю я, глядя на нелепую слониху в кабинете. Подходящее определение для этой нахалки.

— Мы закончим наш разговор чуть позже, — говорит ей отец, кивая и подмигивая.

Ладно, это не самое странное.

Женщина выскальзывает из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.

— Новенькая? — спрашиваю я.

— Татьяна? О, нет, она здесь уже целых шесть месяцев, — отвечает он, пресекая мои вопросы.

— Меня убивает то, о чем я хочу попросить, — говорю я, останавливаясь (потому что мне необходима эта пауза), желая, чтобы был и другой вариант. — Мне бы работу.

Папа откидывается на спинку кресла, и пружины под ним скрипят в ответ. Приняв расслабленную позу, он задирает свои в дорогущих сияющих лоферах ноги на письменный стол красного дерева. Складывает руки за головой и приподнимает одну бровь.

— Что случилось в ресторане?

— Это долгая история, и я предпочла бы не углубляться в это прямо сейчас. Мне просто… мне нужна работа, вот и все.

— И какую же работу ты хочешь? — продолжает он.

Папа управляет крупнейшей организацией «охотников за головами» в Южном Техасе. (Прим.— «охота за головами» — Head-Hunter company — организация, занимающаяся поиском и переманиванием в компанию заказчика высококвалифицированных сотрудников). Компания очень крупная, на него работают практически шестьдесят процентов жителей города. Отец всегда был успешен в бизнесе, но переезд из густонаселенного района в округ поменьше дал ему возможность предпринимать бо́льшие шаги — вернее, подмять под себя всю территорию, как мне кажется. Я знаю, что у его компании есть несколько представительств, филиалов и десятки вакансий, но не думаю, что он даст мне эту возможность.

— Предполагаю, ты лучше знаешь, как мне поступить?

Папа снимает ноги со стола и наклоняется вперед, опираясь локтями о стол. Он выглядит несколько удивленным этим разговором, и меня это бесит. Ему нравится, когда в нем нуждаются. Я уверена, он хочет, чтобы я, как раньше, была ребенком, которого он мог бы контролировать, и сейчас я даю ему маленький кусочек этого прошлого.

— Как насчет того, чем занимается твоя подруга Кэли? Она управляет строительством офиса размещения вакансий в центре города. У нас есть еще административный офис, и его менеджер собирается уходить в декретный отпуск. Ей осталось работать еще несколько недель, так что есть время, чтобы обучить тебя.

Часть меня надеялась, что он просто спихнет меня в офис к Кэли, и мы будем работать с ней. Но я знаю, что в каждом офисе он ставит только одного руководителя. Она руководит офисом и имеет пару младших помощников.

— У тебя будет несколько подчиненных, зарплата от пятидесяти пяти тысяч в год. Желаешь эту работу?

Черт возьми! Я никогда не зарабатывала столько денег. В ресторане мне платили восемнадцать долларов в час, а здесь вдвое больше.

— Я согласна. Когда можно приступить?

— Хорошо бы завтра или в ближайшие несколько дней. Просто дай мне знать, когда решишь. Офис открывается в 8:30.

— Спасибо, — говорю я, переводя дыхание, которое сдерживала с того момента, как вошла сюда.

— Кстати, Каролина вернется к работе в ближайшее время? Я слышал, с ее мужем случился несчастный случай.

— Уверена, что она скоро выйдет. Не знаю, какие у нее сейчас планы. Нужен кто-то, чтобы ухаживать за Танго в течение дня, но у нее никого нет, кто бы мог делать это.

Я поднимаю свою сумку со стула, на котором она лежала, и перекидываю ремень через плечо.

— Знаешь, мы с твоей матерью прошлой ночью проезжали мимо твоего дома. Нам показалось, что тебя не было. Все в порядке?

Ненавижу, что они все еще проверяют меня, как ребенка. Им известно, что мы с Лэндоном расстались, но они не знают, по какой причине. И я совершенно уверена, что им лучше было бы разобраться между собой, а не совать нос не в свое дело, пытаясь разнюхать больше. Не говоря уже о том, как они могли понять: дома я или нет? Может, я рано легла спать и выключила свет?

— Я помогала Кэли, потому что ее муж все еще в больнице, — говорю я ему в надежде избежать дополнительных вопросов. — Еще раз спасибо за то, что дал мне шанс. Я ценю это.

— С удовольствием, детка. Я рад, что ты, наконец, приходишь в себя и задумываешься о карьере. Для тебя важно самой твердо стоять на ногах. В этом ты не должна зависеть от мужчины.

Вот оно. Разговор, которого я и ожидала.

— Ты же знаешь, я хочу, чтобы у тебя была успешная карьера. Поэтому и отправил тебя в колледж. Я хочу большего для тебя, Саша.