Джулия Лэндон - Как выжить на свадьбе

Марни разрумянилась. Она подлила в бокалы вина, а Илай выкинул подгоревший лук и нарезал новый. Марни снова начала трещать и не утихала все то время, что они готовили ужин, – это была приятная, ни к чему не обязывающая болтовня. Двигаясь по кухне, они постоянно натыкались друг на друга, смеялись и мололи языками, как старые любовники.

Они ужинали на террасе, выходившей на аллею. Был накрыт старый низкий столик из чугуна, купленный Илаем в Мексике. Столик стоял между двух мягких шезлонгов. Илай имел обыкновение сидеть здесь по вечерам и уплетать пиццу. Он считал, что для этого занятия столик – что надо. Марни и Илай ели лосося со спаржей и любовались огнями раскинувшегося внизу Лос-Анджелеса.

– Ты сам все это сажал? – спросила Марни.

Он взглянул на гигантские глиняные горшки, в которых росли аккуратно подстриженные фикусы и бугенвиллея.

– Ага.

– Ну, ты даешь! – Марни улыбнулась поверх бокала с вином. – Ты не перестаешь меня удивлять. Не такой ты непрошибаемый, как я сперва считала. – Она посмотрела наверх, любуясь оформлением открытого крыльца. По стенам веранды вился плющ, в который Илай вплел маленькие белые фонарики. – Похоже на звезды.

Илай тоже поднял голову. Да, и в самом деле как звезды. А он раньше этого не замечал.

– Напоминает оазис, правда? – спросила Марни. – Милое спокойное местечко, где всегда можно найти убежище. Готова спорить, что ты часто сидишь здесь, созерцая вселенную и собственное пузо.

Она угадала, и Илай почувствовал себя слегка неуютно. Он действительно проводил здесь много времени после разрыва с Триш.

– Ну что? – Марни отодвинула тарелку и повернулась к нему: – Придумал, какое попросить вознаграждение?

– Что?

Она рассмеялась:

– Вознаграждение. Ты выиграл пари: Оливия и Винс снова вместе.

– А! – Он улыбнулся. – Да, действительно.

– Надеюсь, ты попросишь что-нибудь веселое, – продолжила она, водя пальцем по ручке шезлонга. – Что-нибудь типа того, чем мы недавно занимались.

Илай усмехнулся:

– Вообще-то я хотел попросить... об одолжении для другой особы женского пола.

Марни перестала чертить пальцем круги и вскинула на него глаза. Она не сразу осознала смысл его фразы, а когда поняла, глаза ее стали размером с блюдца.

– Что ты только что сказал? Я тебя правильно поняла? – спросила она тоненьким голоском.

– Сомневаюсь. – Илай рассмеялся, представив, к какому она пришла выводу. – Хоть я и люблю женщин, у меня не бывает больше одной любовницы зараз. Но мне нужна твоя помощь. Одной моей подружке требуется новая одежда, чтобы ходить в школу.

– В школу? – переспросила она. – Сколько тебе лет, Илай?

– Тридцать восемь. А моей подружке – двенадцать.

Марни разинула рот да так и замерла: что бы это значило?

– Мое вознаграждение будет таким, – продолжил Илай, наслаждаясь ее замешательством. – Я хочу, чтобы ты помогла выбрать одежду для двенадцатилетней девочки.

Марни захлопнула рот и впервые с тех пор, как ее знал Илай, лишилась дара речи.

Глава 14

Прошло два дня, и Марни решила, что Илай Маккейн – либо законченный олух, либо самый таинственный красавец, с которым ей доводилось иметь дело за все тридцать четыре года своей жизни. Она не знала, к какому типу его отнести.

Марни думала, после всего, что между ними произошло, они вступили в новую фазу отношений – теперь они не просто коллеги, а близкие люди. Она внушала себе: в том, что она встречается с Илаем, нет ничего дурного – в конце концов, это временная работа, а не постоянная, стало быть, и кодекс чести здесь совсем другой. Отчего бы не закадрить начальника?

Они восхитительно провели вечер у него дома. Когда Марни уходила, Илай стоял на крыльце, прислонившись к балке, и смотрел ей вслед, заложив ногу за ногу и скрестив на груди руки. На губах у него играла спокойная и такая манящая, многообещающая улыбка. С тех пор Марни думала только о нем.

А от него ни слова. Он так и не позвонил.

Этот парень словно с другой планеты! Марни считала, что он просто обязан ей позвонить, черт возьми! Ведь они как-никак сделали это, и все было чудесно. По мнению Марни, если двое с наслаждением занимались любовью, то звонить первым полагается парню, даже если инициатива исходила от девушки. Но Илай как в воду канул.

Сначала Марни утешалась тем, что он занят, и загружала себя работой: следила, чтобы стулья и скатерти были вовремя доставлены в Дуранго, штат Колорадо; наводила справки, найдется ли в Голландии тридцать тысяч белых роз; узнавала, где в Лос-Анджелесе можно достать двести бокалов из хрусталя Баккара.

Шли дни, от Илая по-прежнему ни слуху ни духу. Марни начинала злиться. Мог хотя бы узнать, как продвигается работа, – но куда там! У горячего голливудского парня есть дела поважнее! Наверняка корчит из себя выдающегося каскадера и так этим увлечен, что нет времени взять трубку и набрать номер.

Марни бесилась. Она ничего не понимала. Дошло до того, что она даже проговорилась Оливии, когда они ехали на встречу с Рисом Сент-Полом – поваром, которому Оливия хотела заказать торт.

– Можно тебя спросить? – сказала Марни. Они с Оливией сидели на заднем сиденье лимузина. – Допустим, ты проводишь ночь с парнем, и все у вас замечательно, а потом вы прощаетесь и договариваетесь вскоре встретиться... Кто, по-твоему, должен позвонить первым?

– Ты что, шутишь? – спросила Оливия и удивленно захлопала голубыми глазищами. – Он!

Вот именно.

Когда на третий день Илай все же удосужился дотянуться до телефона, Марни постаралась ничем не выдать своей радости и облегчения. Она была по-голливудски сдержанна.

– Привет, Илай, – небрежно поздоровалась она, словно не сразу поняла, кто звонит. – Что нового?

– Здравствуй, Марни. Я собирался задать тебе тот же вопрос.

– Да ничего, – ответила она, рисуя черные круги на клочке бумаги. – Работаю над организацией свадьбы.

– Не хочешь рассказать мне что-нибудь интересное?

– Нет, – ответила она, пожалуй, чересчур резко. – Ну... Оливия и я наняли шеф-повара. Заказали ему свадебный торт. Помнишь, ты волновался, что торт не поместится в рамки бюджета. – Она проткнула карандашом обрывок бумаги, на котором были написаны два слова: «торт» и «бюджет».

– Помню. Значит, все хорошо?

– Нормально, – фыркнула Марни в трубку.

– Ну и прекрасно. Ну что, готова помочь мне купить то, о чем я тебя просил?

...Так Марни оказалась в магазине «Фред Сигал», чтобы помочь выбрать безумно дорогие шмотки для двенадцатилетней девочки.

Она разглядывала джинсы.

– Почем? – спросил Илай.

– Пятьсот пятьдесят. Дороговато для ребенка, который из них через два месяца вырастет.