Стелла Чиркова - Два берега

— Нет, кофейня потом. В следующий раз. — Жанна вспыхнула — поняла, что навязывается, и добавила: — Я приглашаю. Вместо благодарности.

— Не надо вместо благодарности, пригласи просто так, это для мужчины намного приятнее, — откровенно заявил Александр.

Жанна густо покраснела и сделала вид, что ничего не слышала.

— Мы едем к Кате, моей сестре, и ее жениху, Леше. А потом вместе с Катей и Лешей поедем разговаривать с маминым любовником. Все вместе.

— Ты с ума сошла?

— Наоборот! Я долго обдумывала твои слова и поняла, что нужен нормальный разговор по душам. Мы с Катей — дочери пострадавшей, так сказать, стороны, Леша будет мужским мнением, а ты выступишь как представитель закона. И получится отлично.

— Какого закона?

— Какого-нибудь. Ты же мент, в смысле милиционер, значит, представитель закона. Не спорь. Вот увидишь, получится просто супер.

Александр посмотрел на увлеченное лицо Жанны и понял, что спорить бесполезно. Он послушно вел машину к дому Кати и поддакивал в такт инструкциям, которые сыпались и сыпались на его начавшую лысеть голову: говорить это, не говорить вот этого, делать вид, что все знаешь вот об этом и вообще. Он решил изображать из себя просветленного буддиста на последней ступеньке к нирване, что бы ни случилось.

Катя была настроена довольно решительно, чего о Леше говорить не стоило — Леша придерживался мнения, что девчонки лезут не в свое дело, а он выставляет себя полным идиотом, участвует в дурацком мероприятии. На Александра, кстати, и Катя и Леша посмотрели с каким-то странным жалостливым любопытством.

«Наверняка знают, — со злостью подумал Александр, — и вся семейка по вечерам хихикает, как их избалованная деточка славно попользовалась глупым старым мужиком». Настроение у Александра стало заметно портиться, а Жанна щебетала и щебетала, вновь объясняя присутствующим план действий. План был таков:

1. Решительно позвонить в дверь и затребовать Сергея.

2. Вытащить Сергея на нейтральную территорию, где нет его многочисленной родни.

3. В лоб задать Сергею вопрос, зачем ему Елизавета Аркадьевна.

4. Посулить ему отступные или пригрозить набить морду (или и то и другое вместе), если он от нее откажется, в случае если он альфонс.

5. Если это любовь, предложить ему честно подумать над перспективами.

6. Если перспектив не найдется, посулить ему отступные, чтобы он не разрушал семью. Отступные сулить большие — в таком случае он должен отказаться, зато они будут красиво выглядеть.

7. Маму быстро увезти отдыхать, чтобы у нее легче прошел период адаптации и возвращения обратно в семью.

Наконец Кате надоело слушать одно и то же, и она перебила сестру:

— Да хорошо, хорошо, поняли, справимся.

— Кто бы говорил! При твоем удивительном таланте всегда и везде все ляпать невпопад, тебе нужно наизусть разучивать перед зеркалом каждое предложение, которое ты собираешься сказать прилюдно.

— Почему это я везде и все ляпаю невпопад?

— Наверное, потому, что ты красивая.

Катя замолчала на несколько секунд, потом до нее дошло.

— Ах так? И когда же это я, по-твоему, ляпнула невпопад?..

Жанна быстро перебила начавшую закипать сестру:

— Когда? Да пожалуйста! Помнишь, как тебе было двадцать лет и мы ходили на концерт «Арии»? После концерта нам понравилась парочка мальчишек-металлистов? Ты предложила подойти к ним познакомиться, тем более что они на нас посматривали с интересом, но я никак не могла придумать хорошую первую фразу…

— Нашла что вспоминать, — смущенно забормотала Катя.

— А что? Отличная история. Леш, ты не слышал? Тогда рассказываю — раскрываю глубины разума твоей невесты. Итак, Катя придумала отличный заход и бодро двинулась к ребятам.

— Давайте споем, — радостно предложила она, потрясая бутылкой пива.

— Давайте, — охотно согласились парнишки, — а что?

— Конечно, арию! Предлагаю: «Кровь за кровь!»

И Катя громко запела с припева. Ребята сначала подхватили, а потом закашлялись и замолчали. Прохожие оборачивались на белокурую красавицу, воодушевленно распевавшую на улице явную ахинею:

Кровь за кровь, ты нанял не людей, а врагов,Смерть за смерть, ты должен полежать, потерпеть!

Мальчишки хохотали в голос, Жанна не выдержала и тоже стала смеяться, а обиженная Катя удивленно сказала:

— Не хотите эту песню, давайте другую. Ту, где сходит дьявол с небес, не помню, как называется, там еще кто-то кого-то съел. Хорошая песня, красивая.

Вся компания второй раз зашлась от хохота.

Так вот, человек, который даже сам не понимает, когда он несет ерунду, должен слушать тех, кто поумней, — опять оседлала коня красноречия Жанна.

— Я тогда маленькая была, — сказала Катя, недовольно косясь на хихикающего Лешу, — и нетрезвая.

— Напомнить, что ты несешь, когда трезвая?

— Ну же? Интересно.

— Могу рассказать, как ты с подругой и с ее дочкой отшила от нее двух перспективных кавалеров, как только открыла рот.

— Блин! — заорала Катя. — Хорошо, я дура, ты одна умница в нашей семье, но ты можешь мне поверить, что я запомнила, слышишь, запомнила, что мы сегодня должны говорить!

У Александра даже уши подзаложило от милой девичьей перепалки, но бес толкнул его под ребро поинтересоваться у Жанны, что за перспективных кавалеров развернула ее сестренка. Сделал он это в отместку за изучающие взгляды. Жанна, сердитая на Катю, охотно рассказала:

— У нас есть одна странноватая приятельница, ее зовут София-Александра. Двойное имя. Родители ее назвали Александрой, но ей не нравилось — мужское какое-то имя, грубоватое, Саша, Саша, как мальчик. Она мечтала, чтобы ее звали София — мудрость. В результате в шестнадцать лет, когда приятельница паспорт получала, имя поменяла, стала София. Потом ее стали принимать за еврейку — она чернявая такая, полненькая. Она решила стать обратно Александрой. А документы все менять жалко. В результате ей насоветовали оставить оба имени — и стала она София-Александра. Потом она родила дочку, что-то у нее переклинило, она ее назвала София-Евгения. Понравилось ей. София — мудрость, Евгения — благородство, решила, что судьба у ребенка зависит от имени и будет правильная. Ну, да бог с ней, каждый сходит ума по-своему. Мужа у нее нет, но она девушка обаятельная, отлично готовит и явно надеется найти супруга. Она даже гулять с ребенком на площадку ходит нарядная, накрашенная и на каблуках, над ней из-за этого посмеиваются, но она свою линию гнет четко — женственность превыше всего. Раз позвала Соня мою Катюшку с ними на прогулку. Идут они по скверу. Соня вся в белом кружеве, катит коляску с маленькой Сонечкой в белом кружеве, короче, сплошная красота, воплощенная мечта любого мечтающего о семье. Вдруг подходят к ним знакомиться два вполне приятных мужчинки лет сорока, вполне трезвые, чистенькие, даже интеллигентные, подходят в том же сквере, где детишки и влюбленные парочки. Один так ласково на девочку смотрит и спрашивает у Сони: