Барбара Босуэлл - Вкус вина и любви

Ник глухо застонал, когда его ладони нырнули под платье, заскользили по нежной коже. Желание переполняло его, лишало способности разумно мыслить.

– Давай уйдем отсюда, – предложил он низким и вдруг сразу осевшим голосом. И ей стало еще жарче от этого полного страсти тембра.

Она не могла бы точно определить, что это – мольба или приказ. Да ее это вовсе и не заботило. Ей и самой хотелось остаться с ним наедине, чтобы никто не мог им помешать, нарушить их уединение. Где не услышишь звонков телефона и где никто не будет стучать в дверь, как…

Ник первый сообразил, в чем дело, и первым пришел в себя. Он помог Сьерре подняться с колен, и ей пришлось ухватиться за стол, чтобы не упасть. Ник повернулся к столу и с деловым видом взялся за телефонную трубку.

– Мисс Эверли! – раздался за дверью мужской голос в тот самый момент, когда Ник потянулся к трубке зазвонившего телефона:

– Компания «Эверли».

Сьерра на непослушных ногах подошла к двери и распахнула ее. Перед ней стоял невысокий улыбающийся мужчина в промокшем костюме, с кейсом в руках и с папками под мышкой, которые он завернул в пластиковый пакет, чтобы они не промокли. Она тотчас узнала посетителя.

– Хови? – удивилась она.

– Многовато воды, правда? – сказал Хови, входя в кабинет. – Когда ливень не позволяет заниматься виноградником – самое время обратить свой взор на то, что творится в мире. Я принес новейшие каталоги. Советую их просмотреть. У меня имеется кое-что, от чего, думаю, вы не откажетесь, мисс Эверли, – с воодушевлением произнес он. – Например, новые европейские изобретения, настоящее инженерное чудо. Компактное – на три сотни бутылок – хранилище для вина, в котором поддерживается постоянная температура. Никаких перепадов. Дверь стеклянная, тоже защищена от перепадов температуры и…

– Хови! Это, конечно, звучит заманчиво, но я не собираюсь приобретать никакие технические новинки. – Сьерра растерянно посмотрела на Ника, который, разговаривая по телефону, что-то быстро писал в записной книжке.

– Позвольте, я продемонстрирую вам новые виды бутылок, – продолжал настаивать Хови. – У нас есть большие бутыли и бутылки-графины – персонально для каждого винного завода. С его клеймом. И за минимальную стоимость. Вы можете продавать их в сувенирном магазине – туристы расхватают их, как горячие пирожки.

– Но, Хови, у нас нет сувенирного магазина, и мы…

– Значит, настала пора открыть его. – Хови не так-то легко было сбить с толку. – Всякий, кто приезжает сюда, хочет увезти что-то на память. И мы можем предложить все, что имеет отношение к виноделию. Все, что требуется именно для такого случая.

Хови уже собирался поставить свой кейс на стол, чтобы достать каталоги, когда Ник закончил телефонный разговор и положил трубку.

– К сожалению, сегодня мисс Эверли не сможет уделить вам внимание, у нее нет времени. Почему бы вам не назначить время для встречи? Запишитесь, пожалуйста, когда вам будет удобно.

– Записаться? – озадаченно переспросил Хови.

– Да, у секретаря. У нее есть деловой график мисс Эверли, и она выберет подходящий день для вашего визита. – Ник проводил сбитого с толку Хови до двери и вернулся к Сьерре, которая смотрела на сделанную им запись.

– Пять контейнеров шампанского? – громко прочла она.

– Позвонили от губернатора штата. Они ожидают делегацию из Японии и заказали шампанское к концу июля для праздничного ужина. Я все подробно записал, но, быть может, ты захочешь сама переговорить с ними?

Сьерра кивнула:

– Губернатор на все свои приемы заказывает вино у нас. У него есть возможность выбирать любое вино, но он говорит, что наше шампанское – самое лучшее. – В ее глазах промелькнули озорные огоньки. – Хотя, думаю, то же самое он говорит всем владельцам заводов. Так что я не придаю этим словам особого значения. Спасибо, что ответил на звонок, пока я вынуждена была отбиваться от предложений Хови.

Ник внимательно посмотрел на нее:

– Скажи, пожалуйста, а чем занимается эта женщина в приемной? Я сказал Хови, что это секретарша, но почему она не отвечает на звонки? Почему не берет трубку? И как она позволила ему вломиться прямо к тебе в кабинет?

– В последнее время Мэри Ли немного рассеянна, – вступилась Сьерра за свою подчиненную. – Чисто личные проблемы.

Темные брови Ника взметнулись вверх:

– А что, у вас не действует правило: оставлять все свои домашние дела за стенами рабочего кабинета?

– Нет, у нас это правило не действует. Мы имеем дело не с автоматами, а с живыми людьми. Конечно, Мэри Ли не охраняет мой кабинет, как это делает твоя Юнис. Но она устроилась на завод в тот момент, когда отец встал во главе компании после смерти дедушки. И когда я заняла его место, она оказала мне неоценимую помощь. Неужели ты считаешь, что годы усердной работы не заслуживают уважительного отношения к человеку? – Сьерра расправила плечи и вскинула голову. – Неужели эти качества ничего не значат?

Ник вынужден был пойти на попятный:

– Я этого не говорил.

– Вижу, с какой неохотой ты признаешь это. – Сьерра почувствовала, что улыбается. – Неужели даже непреклонный Николас Николаи способен проявлять обычные человеческие слабости?

Нику хватило одного шага, чтобы преодолеть разделявшее их пространство:

– Если ты считаешь, что я домашний послушный котик, который надевает маскарадный костюм, чтобы изобразить из себя безжалостного пирата, то я вынужден разочаровать тебя, – сказал он, обнимая ее за плечи.

– Я никогда не питала иллюзий на этот счет и никогда не считала, что ты безусый домашний котик. – Сьерра отстранилась, высвобождаясь из его объятий. Но он успел сжать ее пальцы в своих.

Сьерра все еще трепетала, но тем не менее сумела заставить себя проговорить настолько твердо, насколько это было возможно:

– Ник, мы не должны… То, что случилось сегодня, не должно повториться.

– Совершенно согласен с тобой. Заниматься любовью в кабинете – самое последнее дело. Офис – это не спальня. И если мы оба пришли к такому разумному выводу, – он снова обнял ее за плечи, – то остановим свой выбор на спальне. – И, подхватив ее, Ник направился к выходу.

Он нес ее с такой легкостью, словно Сьерра была куклой. Ей не понравилось ощущение беспомощности, которое она испытала, потеряв под ногами почву.

– Немедленно отпусти меня! Ник остановился:

– Ты в самом деле этого хочешь?

– Конечно, хочу! Я не какая-нибудь пустая кокетка, которая говорит одно, а на уме у нее совсем другое.

К ее большому удивлению, Ник не стал спорить и осторожно поставил ее на пол.

– Да, ты точно не пустая. Правда, не могу сказать, сколько ты точно весишь. Приблизительно… – Ник поднял глаза к потолку, словно пытаясь вычислить ее вес.