Шеннон Уэверли - Счастье приходит летом

В субботу Джоанна ехала в гости к Джойс в подавленном настроении, но Нейтан это едва заметил. Припарковавшись, он вышел из машины, чтобы открыть для нее дверцу. Она быстро посмотрелась в зеркало: макияж и одежда были подобраны тщательно, но все же ей было как-то не по себе.

Джоанна надела новое темно-синее платье с корсажем и слегка присборенной юбкой — в прошлом году она купила его у себя в магазине гораздо дешевле обычной цены. Это было ее самое красивое платье, но она его еще ни разу не надевала, а Майкл уехал слишком рано, чтобы, высказать свое мнение. Конечно же, взгляд Нейтана выражал полное удовлетворение. Но так он смотрел на нее всегда, что бы она ни надела — элегантный наряд или старые джинсы.

В гостиной маленькими труппками стояли люди, разговаривали, негромко смеялись, и в бокалах у них позвякивали кубики льда. Среди них был и Майкл высокий, привлекательный и необыкновенно мужественный. Он выделялся из всех в этой комнате своей значительностью и внешним видом. Джоанну удивило, что он выглядит так… так представительно. И тут ей пришло в голову, что она еще никогда не видела его одетым официально — в костюме и с галстуком.

Заметив их, он подошел — его взгляд целиком охватил Джоанну, как луч прожектора.

— Ты сегодня прекрасно выглядишь, — с любезной улыбкой произнес он. По-моему, я раньше не видел этого платья. — Не успела Джоанна что-нибудь сказать в ответ, как он резко обернулся к Нейтану. — Джойс вышла, скоро она вернется с остальными гостями. Если позволите, я вас здесь кое-кому представлю.

Со вкусом обставленная в современном стиле гостиная заканчивалась стеклянными раздвижными дверями, выходившими во внутренний дворик, выложенный плиткой, куда и повел их Майкл. Там было около десятка человек, но внимание Джоанны привлекла только Джойс. Ее волосы были скручены жгутами и заколоты на затылке, а пестрое шелковое одеяние на ком-то другом могло показаться безвкусным, однако на Джойс выглядело просто шедевром. Она держалась величественно и говорила с такой непринужденностью, что Джоанна только позавидовала.

Их взгляды встретились, и улыбка Джойс застыла. Склонив голову набок, она испытующе посмотрела на Джоанну и ее сопровождающих.

— Я хотел бы тебе представить друга Джоанны, Нейтана Трента, — ровным голосом проговорил Майкл. Его светский тон и манеры полностью соответствовали стилю, соблюдаемому хозяйкой салона.

Нейтан пожал ей руку и улыбнулся.

— Спасибо за приглашение.

— Я очень рада, что вы пришли. — Еще улыбаясь, Джойс бросила на Джоанну очередной холодный взгляд. — Я слышала, вы владелец этих прекрасных магазинчиков, в которых можно купить чудесную английскую шерсть.

Нейтан очень обрадовался и несколько минут говорил о своих магазинах, но вскоре прибыли еще двое гостей, и Джойс многозначительно посмотрела на Майкла. Тот кивнул в ответ. Они понимали друг друга без слов, и у Джоанны болезненно сжалось сердце.

— Извините нас, — сказала Джойс, взяв Майкла под руку, — мне нужно познакомить Майкла с одним человеком. А вы, пожалуйста, будьте как дома. Бар к вашим услугам. — И они с Майклом удалились.

Сначала Джоанне показалось, что освоиться здесь трудно — собранное Джойс общество было хоть и небольшим, но, несомненно, избранным. Писатели и художники, жившие на острове, а также политики, журналисты и бизнесмены из Нью-Йорка. Но стоило им узнать, кто она такая, они сразу начинали выказывать к ней такое расположение, что Джоанне даже смешно становилось.

Сразу было видно, что это не просто вечеринка для друзей — Джойс нарочно собрала всех этих людей вместе, для рекламы. Ей хотелось, чтобы влиятельные личности из сферы искусства и массовой информации оценили ее талантливого подопечного. Джойс организовала все это исключительно для его пользы — среди приглашенных был даже Дуглас Мак-Крори, владелец «Гейтуэй букс».

Джоанна пожалела, что пришла: Джойс была не только красивой и умной женщиной, но и необходимой движущей силой в карьере Майкла. Они с Майклом составляли чудесную пару — Джоанна никогда не смотрелась рядом с ним так эффектно.

Джоанна довольно много выпила, но ее переживания от этого не исчезли. Где бы она ни находилась и с кем бы ни разговаривала, она постоянно чувствовала его присутствие. А когда их взгляды встречались, Майкл озабоченно хмурился. Она попробовала было завязать с ним разговор, но после нескольких бессвязных предложений он извинился и ушел. Может, он стыдится ее? Не хочет, чтобы все эти люди подумали, будто у них есть что-то общее?

Будь она проклята, если из-за него потеряет уверенность в себе. Даже если она чужая в этом обществе, все равно ей нечего стыдиться. Все считают ее очень интеллигентным и творческим человеком. Кроме того, последние шесть лет она провела не в пустом пространстве — каждую неделю прочитывала по книге, состояла в читательском совете при библиотеке, помогала устраивать лекции и показы слайдов. Даже работа в магазине имела свои преимущества ежедневные встречи с людьми самых разных профессий, из самых дальних уголков страны…

Но к половине одиннадцатого Джоанна была сыта всем этим по горло.

— Нейтан, тебе не кажется, что нам уже пора?

— Конечно, дорогая. Пойдем попрощаемся с хозяйкой.

Они подошли к Джойс, беседовавшей с мистером Мак-Крори. Майкл, как и на протяжении всего вечера, стоял рядом.

Джоанна вскинула подбородок и выжала из себя еще одну улыбку.

— Джойс, мы собираемся уезжать.

Она говорила это, старательно избегая холодного взгляда Майкла.

— Так скоро?

Нейтан улыбнулся и обнял Джоанну за талию.

— Я не видел эту женщину уже две недели — вы ведь понимаете меня?

Джойс засмеялась, метнув на Майкла быстрый взгляд.

— Конечно. Да, пока вы не ушли, Джоанна, я бы хотела вас поблагодарить.

— Меня? За что?

— За то, что вы помогали Майклу. Я слышала, вы были усердной машинисткой.

Джоанна глянула на Майкла. Да, конечно, она печатала для него, но делала гораздо больше этого: подбадривала, уговаривала, порой критиковала и даже вдохновила на написание нескольких важных страниц.

А потом — были ведь замечательные прогулки на лодке в золотистых сумерках, смех за приготовлением ужина, тихие спокойные беседы на веранде… Ей казалось, что она делала намного больше, чем просто перепечатывала страницы.

Но в глазах Майкла не было ничего — ни дружеских чувств, ни даже благодарности. Казалось, будто он с ней вообще не знаком.

Столкнувшись с очередной волной отчуждения, Джоанна держалась мужественно.

— По сравнению с вашей помощью это просто мелочь.