Т. Голубчикова - Не родись красивой: Триумфальное возвращение

– И даже не приближайся, понял?! – Клочкова бабахнула дверью так, что авангардного содержания картина едва не рухнула на пол, а Зорькин подпрыгнул в рабочем кресле.

Даритель-неудачник сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, и принялся удивленно разглядывать чулки, пытаясь обнаружить в них причину неожиданно бурной реакции Вики:

– Ну почему? Я же думал, они ей нужны... Все же женская логика – штука непостижимая!

Он разгладил чулки и уложил обратно в коробочку.

– Может, маме пригодятся. Подарю ей на день рождения...

Подобие тайфуна распахнуло двери кабинета, прервало его мирные размышления, вырвало из рук чулки и снова исчезло. У Зорькина появились все основания полагать, что имя этого тайфуна было Виктория.

Пушкарева в который раз пролистала свой старый блокнот с записями – бесполезно! У нее ни где не сохранилось телефона технического отдела! Конечно, ведь ей не приходилось туда звонить, и она понятия не имела, где быстро раздобыть этот телефон! Но ведь сейчас она, Катя, уже не помощник президента – у нее есть собственный помощник! Екатерина нажала на кнопку громкой связи, вызывая своего секретаря – эту должность она доверила Марии – и слегка смущаясь, спросила:

– Ты не знаешь, когда у нас вывозят мусор из офиса?

– Зачем? – удивленно пожала плечами Маша и тут же догадалась: – А, понимаю, это проверка? Ты не ошиблась с выбором – у тебя лучшая в мире секретарша! Я могу раздобыть любую информацию!

Маша тут же связалась с техническим отделом:

– Васенька, привет! Ты не знаешь, когда у нас приезжают мусорщики? А кто знает?.. Кирилл? Спроси его, пожалуйста... ага... Спасибо большое! Чмок! – удовлетворенно улыбнулась и уведомила Катю: – В семь вечера! Что надо с мусором-то сделать?

– Ничего. Спасибо, – снова смутилась Катерина.

ГЛАВА 20

Андрей метался по коридорам «Zimaletto» как загнанный зверь, пытаясь отыскать хоть одну уборщицу! Только у самой мастерской Милко запыхавшемуся Жданову удалось изловить за локоть тетеньку в синем рабочем халате, с щеткой в руках, волочившую за собой мешок с мусором. Шепотом, как о служебной тайне, он спросил:

– Простите, куда попадают вот эти мешки с мусором?

– Как куда?.. В подвал... Там у нас специальное помещение... – удивленная женщина кивком указала на выход к технической лестнице.

– А потом? – настаивал Андрей.

– А потом приезжает машина, и мешки увозят на свалку...

– Когда?

– Каждый день... – раздраженная уборщица подхватила производственный инвентарь и пошла дальше по коридору, выискивая пятна грязи.

– Когда эта машина приезжает? – снова окликнул ее Андрей.

– Ч-ч-часов в... семь... н-наверно... – удивленно ответила уборщица.

Андрей нервно глянул на часы, было без четверти семь.

– Значит, еще не увезли! – он бросился к неприметной двери с табличкой «Служебный вход» и, перескакивая через ступеньки, помчался по узкой железной лесенке на технический этаж.

В плохо освещенном помещении лежало больше десятка огромных черных мешков с мусором. «Результаты производственной деятельности «Zimaletto» за день», – невольно хмыкнул Андрей. Значит, те мешки, что лежат ближе к двери, принесли последними – его цель где-то рядом!

Жданов скинул пиджак с трудом, старясь не выпачкать, пристроил рядом с дверью, закатал рукава и принялся один за другим развязывать мешки, разыскивая вожделенный пакет! Он не следил за временем, не считал просмотренных мешков, просто брел от одного к другому, отгоняя мысли о возможном разочаровании.

– Мужик, мне это... нужно мусор забрать, – окликнул его удивленный рабочий в оранжевой тужурке, – у меня график. Я лишнее время тратить не собираюсь.

Жданов только смотрел на рабочего и не мог придумать что ответить, какой предлог сочинить... Наверное, выглядит он ужасно...

– Ты что на моем участке делаешь? – наседал мужик и забросил на плечо первый мешок, намериваясь утащить его в машину.

Жданов резко потащил мешок к себе и агрессивно остановил излишне усердного труженика:

– Я владелец «Zimaletto», понял? И в своей фирме что хочу, то и делаю: хочу – документы подписываю, хочу – в мусоре роюсь!

– Так ведь это... график у меня, – пытался отстоять мешок удивленный рабочий.

– Завтра заберешь, – оттолкнул его Андрей и продолжил исследовать содержимое мешков, пока с радостным возгласом не извлек из-под бумаг и обрезков ткани тот самый пакет!

И открытки, и игрушки сохранились в наилучшем виде! Он прижал к груди вожделенную добычу и полетел в кабинет, чуть не забыв пиджак.

Малиновский с ужасом констатировал: его давний друг и начальник господин Жданов – окончательно лишился остатков разума! Это ясно е первого взгляда: очки съехали, галстук сбился набок, рубашка с закатанными рукавами перепачкана, зато к груди господин Жданов бережно прижимает мусорный пакет и сильно измятый пиджак.

– Ты что... в мусоре копался? – все же уточнил Роман, без надежды на опровержение очевидного факта.

– Понимаешь, Рома... я хочу отнести все это обратно... Кате...

Если бы Малиновский стоял, такое неожиданное заявление сбило бы его с ног, но он уже сидел, поэтому ограничился тем, что открыл от неожиданности рот, затем заставил себя его закрыть и желчно выдал:

– Может, лучше сразу папаше в Лондон отошлешь? – Он попытался отнять у Жданова грязный мешок, но когда тот оказал решительное сопротивление, обороняя мешок, как бесценное сокровище, вдруг прозрел:

– Ты что, до сих пор надеешься вернуть Пушкареву? – и, в который раз, принялся увещевать Жданова, пытаясь отрезвить его помраченный разум: – Андрюш... ну забудь ты ее, выкинь пакет и больше не вспоминай обо всей этой истории!.. Хватит мучиться!

– Нет... – Андрей невидящими глазами уставился в рваный бок пакета и не слышал Малиновского: – От той девушки, которую я любил когда-то, не осталось ничего. Она изменилась, стала другая... чужая... той Кати нет...

Он поставил пакет на пол и наконец заметил Малиновского:

– Да не смотри на меня, как доктор на больного! Я бы и рад забыть ее, но не знаю, как это сделать! – он с силой зашвырнул пакет в стол.– На днях уеду... Я надеюсь продать франшизу в пару городов... Налажу новые контакты, освежу старые... Папа говорит, быть ближе к партнерам всегда полезно...

– Ну а если честно... зачем ты едешь?

– Я... просто хочу уехать из Москвы на какое-то время. Я должен что-то изменить в жизни... Уеду.... Здесь сейчас... мне тяжело...

Малиновский понимающе кивнул, хлопнул друга по плечу, попытался улыбнуться, но не смог. Он-то уже давно понял – от себя далеко не уедешь. Даже если продавать франшизу на Курильских островах.