Я заберу свою дочь - Александра Багирова

Мне, наверное, повезло, если так можно выразиться в моей ситуации, только в одном – он оттягивал момент близости. Он хотел, чтобы я сама молила его об этом. Подозреваю, что все же не сильно интересовала его как женщина, ему, как бальзам на душу были мои мучения. Он игрался и выжидал. Ломал и наслаждался процессом. Но уверена, если бы близость все же случилось, я бы этого не пережила.

- Ты знаешь, как заслужить мою благосклонность, - он не раз говорил мне.

Я же упорно молчала. Хоть и понимала, что с его безграничной фантазией он найдет способ убить во мне все человеческое. Груз вины за смерть мамы давил. Ежедневные моральные истязания. Я была уже на грани. Слишком много месяцев это все длилось.

В то роковое утро он позвонил мне.

- Мне надоело играться. Готовься, сегодня все произойдет.

Несложно догадаться, о чем он…

Мне надо было собраться, строить планы, искать выход, как защитить себя. Но я уже ничего не могла. Ни думать, ни двигаться. Меня сковал утробный ужас, и я могла лишь сидеть смотреть в одну точку, обжигающие слезы лились из глаз. А вместе с ними уходили остатки моей жизни.

Я даже не сразу поняла, что не одна в комнате. Вышла из ступора, только когда услышала женский голос.

- Так вот ты какая… любовница моего мужа…

Подняла голову и столкнулась с полными слез голубыми глазами его жены. Она держала руки на огромном животе и смотрела на меня взглядом, полным боли и отчаяния.

- Я нет, - замотала головой. – Вы все не так поняли, - прошептала потрескавшимися губами. Я все еще была в прострации. Информация доходила до мозга с опозданием.

- Ты его любишь? – в ее глазах ни капли ненависти.

Ее вопрос взорвал мой мозг.

- Нет! Все не так!

Женщина подходит ко мне, присаживается рядом.

- Мы с Владимиром поженились, когда мне исполнилось восемнадцать. Всю жизнь рука об руку прошли. И я не верю, что ты можешь разрушить нашу семью, не испытывая к нему чувств. Расскажи мне девочка, все… И если у вас все серьезно… не буду стоять на пути вашего счастья…

От нее исходит мощнейшая волна позитива. Эта женщина излучает добро. И я безотчетно кладу голову ей на грудь, меня трясет от рыданий, а она гладит меня по голове. Успокаивает! Меня… ту, что по ее мнению, разрушает семью…

- Не плач… ведь когда любишь, искренне любишь, - она тоже всхлипывает, - Главное – счастье любимого человека.

- Вы не понимаете… - слова даются очень тяжело, задыхаюсь от рыданий.

Я как губка впитываю ее теплоту. Я в ней нуждаюсь. Столько месяцев быть в плену у чудовища, и наконец-то ощутить человеческое участие. Пусть даже от его жены. И меня прорвало как плотину, где-то на отдаленной подкорке сознания я понимаю, что не должна вывалить все эти ужасы на беременную. Но я не могу молчать. Слишком много было во мне боли, и она выливается из меня обжигающим потоком. Я успокаиваю себя, что она должна знать, кто ее муж. Бежать от него пока не поздно. Спасать своего ребенка.

- Агата! Родная! Зачем ты пришла! – Владимир врывается в квартиру подобно смертоносному смерчу.

- Вов, это все… все правда… что она говорит? – женщина поднимается и идет навстречу мужу.

- Она же не в своем уме! Зачем ты ее слушаешь!

- Тогда зачем ты ее тут держишь?

- Любимая моя, - Владимир берет ее руки в свои и принимается лихорадочно их целовать. Он меняется на глазах. Монстр одевает овечью шкуру. – Я просто забочусь об этой. Она ничего для меня не значит. Есть только ты…

- Вов, ты… ты издевался над ней… С кем я жила? – Агата вдергивает свои руки. – Не прикасайся ко мне! – отталкивает его.

- Из-за нее? Да? Веришь ей? А не своему мужу? – он вспыхивает как спичка.

- Она не в том состоянии чтобы врать, - шепчет упавшим голосом.

- Ты слишком хорошего мнения о ней. А я не позволю никому рушить мою семью, - достает из-за пояса пистолет и прицеливается мне в грудь. – Я убью ее. И ты убедишься, что она для меня ничего не значит. Есть только ты, Агата! – в глазах сатанинский блеск.

Понимаю – его ничего не остановит. Он с легкостью нажмет на курок. Это улавливает и Агата.

- Вов, ты чего. Опусти оружие. Не надо ничего доказывать, - ее голос смягчается.

- Она должна ответить за свой поганый язык. Она замахнулась на святое! – смотрит на меня с ненавистью.

Еще секунда и меня не станет. А я даже пошевелиться не могу. Ни крикнуть, ни пискнуть. Просто прощаюсь с жизнью… Он меня не пощадит…

- Володя! Посмотри на меня… любимый, - Агата отчаянно кричит. – Выслушай меня! Давай успокоимся.

Монстр поворачивается к ней. Пистолет дрожит в его руке. В этот миг раздаются два выстрела. Агата и Владимир падают на пол. В дверях стоит его охранник.

Только спустя несколько минут я пойму, что парень хотел обезвредить монстра, выстрелил в него, а рука Владимира дернулась, и он застрелил свою жену…

- Агата! – зову срывающимся голосом.

В происходящее не верю. Кровь застилает глаза. Мне кажется, все вокруг окрасилось в красный цвет.

- Тварь! – голос Владимира раскалывает мое сознание.

Человек во мне впадает в ступор, остались только животные инстинкты.

Монстр поднимает пистолет и стреляет в охранника.

Повинуясь инстинкту самосохранения, я хватаю вазу и обрушиваю ее на голову Владимира.

Он падает на пол.

- Агата! – я тоже падаю на пол и ползу к женщине. Ее надо спасти… надо найти телефон… вызвать скорую…

- Ты ей уже не поможешь… все, - стискивая зубы от боли, хрипит охранник. Из его рта течет струйка крови, - Беги… пока не поздно… если они тебя найдут… - кашляет.

Я все же проверяю пульс у женщины… его действительно нет…

Подползаю к охраннику. Зачем-то поднимаю пистолет.

- Беги через крышу, - шепчет посиневшими губами. – Там внизу… - снова кашель мешает ему договорить.

Мне надо вызвать им скорую… Проносится в голове… Бросаю на него взгляд бегу к двери. Мной движет животный ужас, желание спастись…

Сталкиваюсь с еще одним охранником. Доля секунды. Или я его или… он меня… Стреляю… Как я это сделала?