Устоять невозможно - Слава Доронина

большими голубыми глазами и в тех плескался страх и желание. Много желания и капля страха. У меня от ее шелковистости кожи и запаха в висках запульсировало. Я коснулся волос и как долбанный фетишист, как наркоман над дорожкой, втянул в себя пьянящий аромат.

— Сними с меня пиджак и рубашку, — самообладание давно оставило меня, когда увидел на ней эти лоскутки белья.

— Нет, — неуверенно и тихо отозвалась она, а я стянул бюстгальтер и сжал ее округлые полушария.

— Сними с меня одежду, — настойчивее попросил я. — Яна… — сглотнул нервный ком, понимая что на долго меня не хватит.

Имя это ее треклятое даже звучало сексуально. Она сама сплошной секс и неистовое удовольствие. Встреть я ее раньше, то в полной мере не оценил ни ее поступков, ни слов, ничего. Такой изворотливой у меня ещё никогда не было, и не будет. Будет только секс и никаких обязательств. Моих денег вполне хватит, чтобы купить её любовь. И ещё много любви подобных ей. Но проблема в том, что других я не хотел. Только Яну. И не уверен, что после одного единственного раза распробую это изысканное блюдо и не захочу вкусить его вновь.

— Пожалуйста, Рома… — взмолилась она, судорожно глотая воздух, когда я проложил мокрую дорожку из поцелуев от шеи к ее грудям.

— Я тебя хочу и с ума схожу от желания, — смотрел на неё и ждал, когда она сделает так, как я попросил. — Я дам тебе все, что захочешь…

Яна колебалась, я видел это в её красивых глазах. Она вытянула руку, и слегка оттолкнула меня. Но разве она не понимала, чем больше она сопротивлялась, тем сильнее меня распаляла. Я отстранился, стянул с плеч пиджак и отбросил его на пол, дёрнул полы рубашки в стороны, и пуговицы покатились по дивану. Взяв ее руки за запястья, я положил их себе на грудь, а ее глаза сделались темнее, и она закусила губу.

— Брюки расстегнешь сама, — хотел, чтобы она спустила с меня штаны и боксеры. Хотел почувствовать её руки на своём члене, как тогда на острове.

Она слабо покачала головой из стороны в сторону и снова прикусила губу, словно выжидая моей реакции, словно ступала по минному полю. Но сапер из нее так себе.

— Неужели тебя забавляет эта игра в противостояние? — я дотронулся до ее центра и погладил сквозь тонкую материю ткани. — Скажи забавляет? Нравится чувствовать свою власть надо мной?

Прижался губами к пульсирующей жилке на её шее и с её губ сорвался протяжный стон. Я отодвинул трусы в сторону и вошёл в нее пальцем. Яна врезалась мне в грудь и выгнула спину. Прикрыла глаза и снова закусила губу, будто пыталась сдержать стон…

— Хочу тебя, ты просто не представляешь как сильно хочу тебя, — шептал я ей в шею.

Как же я мечтал об этом моменте, с того самого дня, как пришёл наутро в ее номер, а горничная сказала, что она съехала из отеля поздней ночью.

Руки девушки потянулись к пряжке моего ремня. Чиркнула молния и штаны вместе с боксерами опустились вниз. Яна дрожала, а я поймал ее рот и протолкнул в него язык. Везде хотел быть. И только я один. Не будет больше рядом никого другого. Руки сломаю тому, кто к ней прикоснется.

Пальцы девушки пробежались по основанию члена и сжали его своей маленькой ладонью. А у меня чуть искры из глаз не посыпались. Я схватил ее за руку, той что она сжимала мой член, поймал вторую и завёл их ей за голову. Головка члена сама устремилась в ее разгоряченный центр и резким толчком я вошёл внутрь. Не мог я больше сдерживаться. Мир рассыпался миллионами осколков перед глазами. Словно я попал в какое-то другое изменение, в невесомость. Чувствовал напряжение, толкался в нее с каким-то остервенением, балансируя на грани, а разрядки не получал. Она была близко, я ощущал эту волну, этот гребанный шторм, который сейчас обрушится на меня, и понимал, что я уже никогда не всплыву наружу.

Нежность и тоска по этой стерве смешалась с диким желанием обладать. И эти две сущности никак не могли поделить свои роли. Яна выгибалась и стонала, царапала мне кожу и будто наконец тоже отпустила все тормоза. Убрав темный локон с ее влажного лица, я ощутил, как ее тесные стеночки влагалища начали ритмично сжимать мой член, а сама девушка выгнула спину и замерла, судорожно повторяя мое имя. Меня в эту секунду накрыло цунами и я толкнулся в нее, ощущая слабость в ногах и во всем теле. Изливался в нее, а уже мечтал о новой близости. Мечтал не отдаваться дикой ярости и необузданной страсти, а хотел любить ее нежно и долго, чтобы она задыхалась от этой муки, как я медленно угасал в своем желании эти дни.

Женщин часто менял, но ни одна из них еще не приносила такого удовольствия. Ни одна до этой самой бездушной стервы. Но ничего я готов был устроить ей хорошую эмоциональную встряску. Да и себе тоже.

Всю душу она мне вытащила и чувствую это еще не конец.

23 глава

Яна

Я прикрыла глаза, унимая сбившееся дыхание, отходя от помешательства, что накрыло меня с головой. Все его движения и прикосновения, грубые толчки и пожар в глазах… Мужчина будто вырвал меня из привычных основ прошлой жизни и с силой бросил в какой-то другой, новый, нереальный мир, где правило только всепоглощающее чувство страсти. Смолов поднялся, поправляя одежду, а я ощутила холод и опустошение. Мне вдруг стало так тоскливо, а переполнявший восторг от его близости и того, что принадлежала ему несколько мгновений назад, рассеялся как туман.

Сквозь гулкие удары своего сердца я слышала его хрипловатое шумное дыхание. Постепенно сердце стало биться ровнее и я ощутила внезапный холод, который не имел ничего общего со сквозняком, витавшим по комнате. Закусила губу, не зная, что говорить и делать. Жгучее чувство стыда и унижения пронзило меня до кончиков волос. Не в силах унять охватившую тело дрожь, я стала подниматься с дивана.

— Поедем куда-нибудь посидим? — предложил Смолов, смотря в мою сторону.

Мужчина поднял мое пальто с пола. Снял с вешалки одежду и протянул мне. Я же все время молчала. Просто не могла осознать до конца, что между нами все-таки случился секс… И почему я не ощущала и грамма раскаяния по этому поводу? Но хотела, чтобы он пожалел о содеянном и естественно