Я (не) буду тебе женой - Эльвира Владимировна Смелик

– Да, – недоумённо заверила Илана. Мягко, тепло и почти не страшно, ещё и аромат этот, кружащий голову, который можно вдыхать бесконечно, и всё равно не надоест. Но вовремя опомнилась: – То есть…

Глеб, не дожидаясь, когда она окончательно сообразит, аккуратно спихнул её с себя, сел, критично высказал:

– Лучше бы ты и правда наверху осталась.

– Ну я же не нарочно! – оправдалась Илана, но, прежде чем она успела договорить, Глеб накрыл её рот пальцами.

В первое мгновение, ощутив прикосновение, она просто забыла, где находилась и зачем, но муж легко вернул её в реальность, сердито прошипев:

– Тише.

Потому что из столовой, теперь вне сомнений из столовой, опять донёсся шум непонятной возни – кажется, что-то упало и покатилось – потом шелест сминаемой жёсткой бумаги. Наверное, воришка, сгружал добычу в эко-пакет из магазина. Он был или глуховат, поэтому ничего подозрительного даже не услышал, или слишком нагл и жаден, чтобы сбежать без добычи.

Глеб бесшумно поднялся и, скорее всего, на автомате протянул Илане руку, чтобы та могла взяться и тоже встать. Но, похоже, тут же передумал, решив, что ей всё-таки лучше посидеть на полу, дабы не устроить очередной «тыдыщ», хотел отдёрнуть ладонь, но Илана успела раньше, обхватила его пальцы. Глеб потянул её вверх, и она распрямилась, заверила пламенно, пока он опять не сказал: «Лучше останься здесь»:

– Я буду осторожной.

Вдвоём, на этот раз без приключений, они неслышно приблизились к дверному проёму, ведущему в столовую. Глеб, не задерживаясь, шагнул через порог первым, а Илане ничего не оставалось, кроме как выглянуть из-за его плеча.

Сначала они не увидели ничего, в смысле ничего подозрительного. Всё как обычно – серые проёмы окон, разделённые прямоугольниками рам, чёрные контуры стульев и стола, особенно густая темнота в том конце, где располагалась кухня. И вот как раз посреди неё ярко сияли два жёлто-зелёных огонька.

Илана вцепилась в Глеба и, кажется, слишком сильно, потому что он дёрнулся и врезался плечом в косяк, чертыхнулся, и тут же с кухонного стола что-то тяжело шмякнулось, вместе с огоньками. Сначала показалось большим, но заметно уменьшилось, отделившись от темноты, метнулось к окну с приоткрытой и зафиксированной створкой, легко взлетело на подоконник и сунулось в не такой уж и широкий зазор.

Глеб щёлкнул выключателем, вспыхнул свет, но большое тёмное нечто, покрытое густой шерстью, уже проскользнуло наружу – и как только сумело, ведь на вид оно казалось раза в три шире щели – а всё, что им удалось рассмотреть: пушистый серо-бурый зад, задранный трубой хвост и мелькнувшие чёрные подушечки на лапках.

Кот. Всего лишь нахальный кот, прельстившийся запахами еды. Они ведь вчера так и не убрали со стола. Глеб вышёл раньше, а Илану отвлёк звонок от подруги. Наверное, она всё-таки изголодалась по долгим разговорам, потому что проболтала с ней не меньше получаса, и за это время переместилась из столовой в холл, на автомате выключив свет, а про неубранную посуду и остатки ужина совершенно забыла. Но зато нашёлся желающий их доесть.

Она нервно хихикнула, чувствуя, как отпускает напряжение, державшее в жёстком тонусе последние двадцать минут, сделала большие глаза в ответ на вопрошающий взгляд Глеба.

– Но ведь и правда грабитель, – заметила, пожав плечами.

– Ага, – сурово сдвинув брови, откликнулся он. – Вооружённый и очень опасный.

Ну-у… а почему бы и нет? Ночью в темноте спросонья всё видится немножко иначе – гораздо многозначительней и интереснее. Разве не прикольно было красться в темноте, строить предположения? А как она навернулась с лестницы, уронив Глеба. А потом лежала на нём и обнюхивала, пользуясь моментом.

Илана сдавленно хрюкнула, пытаясь удержать рвущийся наружу смех. И, конечно, не удержала.

Глеб опять посмотрел на неё, абсолютно серьёзно и даже осуждающе, потом улыбнулся, шире, ещё шире, коротко рассмеялся, попытался опять стать серьёзным, отчего у него на лице возникла потешная гримаса – Илана только сильнее прыснула. Тогда уже и он не выдержал, тоже захохотал.

Глава 22

Когда на смех уже больше не осталось сил, а напряжение окончательно исчезло, оставив только лёгкую слабость в коленках, Илана перевела дух, посмотрела на окно, вспомнив, как нежданный четвероногий гость, несмотря на объём, рыбкой проскользнул в узкий зазор между рамой и створкой, и на учинённый им разгром.

– Откуда он? На бездомного не похож.

– Не знаю, – Глеб пожал плечами, но тут же предположил: – Может, от соседей? Надоело жить в сытости и покое. Тоже решил устроить себе маленькое ночное приключение.

Тоже? Это он про них? Реально ведь приключение. Остросюжетный блокбастер. И кто бы смог подумать, что это всего лишь безобидный милый котик, судя по грохоту, с каким он громил и разграблял их кухню.

Вся посуда на столе сдвинута, несколько приборов сброшено на пол, ещё и бутылка из-под пива. Контейнеры перевёрнуты, к тому же все открыты – будто у этого зверя вовсе не лапки – как и дверь под мойкой. Мусорное ведро опрокинуто и выпотрошено до дна. И френч-пресс тоже лежит на боку в светло-коричневой лужице, будто кот запивал чайком ночную трапезу.

Глеб обвёл оценивающим взглядом кухню и столовую, невозмутимо усмехнулся, распорядился:

– Мой посуду, а я мусор соберу. – и сразу пояснил, почему именно так распределил обязанности: – Ты же всё равно не знаешь, где совок и швабра.

Но Илана и не собиралась возражать, ей как раз понравилось, что он, даже не задумавшись, легко, поделил работу пополам. Она всегда считала: мужчины, которые заявляют, что помыть посуду или приготовить завтрак – это недостойное для них занятие, обычно не слишком уверены в себе, хотя и вечно утверждают обратное. Врут, раз такое простое дело способно пошатнуть их самооценку.

К тому моменту, как они навели порядок, за окнами заметно посветлело, и в постель уже совсем не тянуло возвращаться.

– Кофе будешь? – спросил Глеб. – Или пойдёшь досыпать?

– Кофе, – без капли колебаний выбрала Илана.

– Тебе какой?

– Капучино.

Столовая быстро наполнилась бодрящим кофейным ароматом, но заморачиваться с нормальным завтраком пока не хотелось. Илана достала упаковку печенья из навесного шкафчика, а Глеб качнул головой в сторону раздвижной двери, ведущей на открытую веранду.

– Пойдём туда. Как раз на рассвет успеем. – И, поймав утвердительный кивок, опять распределил: – Ты чашки бери, а я… – он глянул на её короткие пижамные шортики и голые ноги, – за пледом схожу.

На веранде они устроились не на стульях, и даже не в шезлонгах, а на верхней ступеньке лестницы. Илана завернулась в плед, а Глеб просто надел