Я вернулась за тобой... (СИ) - Бехтерева Каролина

— Амир, я не знаю, чем тебе помочь… — Растерянно произнесла Ксюша, когда узнала, что мне сказал напоследок Костецкий. — Он никогда не упоминал о том, что Ваня жив. Даже приблизительно ничего не слышала, что могло бы сейчас быть полезным.

— Ничего… — сжала её ладонь и улыбнулась. — Я справлюсь… Я найду его.

Мы просидели почти до ночи, тихонько переговариваясь, а потом засобирались спать. День выдался тяжелым для нас двоих.

Долго вертелась в постели. Воспоминания, навеянные каждым уголком, каждой частичкой этого дома накрыли с головой, и я окунулась в них, как в спасительную прохладу жарким летом.

Еда прикрыла глаза, проваливаясь в сон, как дверь в мою комнату с грохотом распахнулась.

Подскочила на кровати и увидела в пробивающемся из коридора свете растрепанную Ксюшу.

— Что??? Что случилось??? — Подскочила на ноги, а девушка уже стояла рядом и сжимала мою руку.

— Амира… — пыталась отдышаться, — я вспомнила! Слышишь, я вспомнила!!!

Она перевела дух и подняла на меня лихорадочно блестящие глаза.

— Успокойся и сбавь обороты, тебе нельзя так стрессовать.

— Я вспомнила… Полночи не могла понять, что же мне мешает. Какое-то призрачное воспоминание. Вертелось на языке, а потом… Блокнот!!! У Костецкого был блокнот. Он всегда прятал его в сейфе. Никого к нему не подпускал. Это не ежедневник, это что-то похожее на дневник. Я не уверенна, но он так его оберегал… Как что-то очень важное. Попытайся найти. Может там есть какое-то упоминание о Ване.

— Я поняла. Спасибо… — Прижала дрожащую девушку к себе, а потом провела к её спальне.

Вернулась в комнату, прикинула, сколько сейчас времени в Москве и набрала Алекса.

— Привет… — Умостилась поудобней на широком подоконнике и вгляделась в ночную темноту.

— Привет, родная. Как ты?

— Хорошо. Скоро возвращаюсь. Алекс, пока я здесь, не хочу терять время. Мне нужно, что бы ты кое-что проверил.

Самолет приземлился несколько минут назад. Спустилась с трапа и побрела вслед за толпой. Среди снующих людей разглядела Алекса. Он улыбался… Так открыто, так радостно… Перевела взгляд на его руку, поднятую вверх и тонкая ниточка надежды формировалась в маленький клубок и поднималась к самому горлу. Он держал в ней блокнот… Тряс им над головами чужих людей и я поспешила к нему на встречу. Расталкивала людей, спотыкалась, но продолжала идти вперед.

— Привет. — Муж обнял меня, уткнулся в волосы.

— Алекс, что там? — Отстранилась от любимого мужчины, и впилась взглядом в плотную тетрадь.

— Там… я даже не знаю, как сказать… Он пусть… Страницы абсолютно чисты, только в самом конце корявым почерком выведен адрес. Мы нашли его только сегодня, поэтому я не успел проверить.

— А страна? Город?

— Здесь…

Не желая терять ни минуты, Алекс перехватил мои вещи и, схватив меня за руку, повел к выходу.

Машина ехала слишком медленно, дорога казалась слишком длинной, светофоры горели красным слишком часто, а я лишь судорожно сжимала края кофты и пыталась дышать спокойно.

— Амир… только прошу тебя… будь готова к тому, что там может не оказаться ничего…

— Знаю…

— Я просто…

— Алекс, всё хорошо… будет хорошо…

Мне были ясны переживания мужа. Каждый раз, когда у нас появлялась призрачная надежда, и мы её теряли, на меня жалко было смотреть. Это, как неизлечимо больному сообщить, что ему можно помочь, а потом безжалостно сказать прощаться с родными.

Я понимала, что причиняю боль и ему и себе, но справится с этим не могла.

Когда Алекс припарковал автомобиль у нужного дома, я вцепилась в ручку двери не решаясь её открыть.

— Идет? — Погладил меня по левой руке, и я кивнула, выйдя на улицу..

Ноги не слушались. Шла, будто не по твердому асфальту, а по мягкой вате. Каждый шаг давался с трудом, отдавая пульсацией в висках.

Замерли у квартиры с номером 24, и муж, поняв, что я не смогу сама, нажал на звонок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Никто не открывал. Алекс начал тарабанить в дверь кулаком, как за нашими спинами послышался скрип.

Обернулись и заметили щуплую старушку, с опаской выглядывающую из-за потрепанного деревянного полотна.

— ЧАво надо? — Недовольным тоном спросила, и прикрыла дверь плотнее, так, что один нос торчал. — Чего покой нарушаете? Сейчас милицию вызову!

— Простите… — Подошла к чужой двери, попыталась улыбнуться, чтобы старушка в обморок не упала от страха. — Простите нас, а Вы не знаете, где хозяева? Нам нужно с ними переговорить?

Женщина подозрительно окинула меня с ног до головы выцветшими глазами, и слегка приоткрыла дверь.

— А вы сами-то знаете, кто там хозяева? Не квартира, а проходной двор, какой-то. Благо уже пару лет вообще никого не слышно и не видно. Не живут там! — Гаркнула на меня.

— Как не живут? А кто жил? Ну… последний кто был?

— Не знаю! Женщина… На улицу почти не выходила, баньдюки какие-то сумки ей таскали с продуктами. Разговаривать отказывалась, здороваться не здоровалась… Тьху ты, бескультурщина, а такая приличная с виду.

Я растерянно повернулась к Алексу:

— Лёш… но как же это…

— Послушайте, Уважаемая, — муж отодвинул меня в сторону, протянул бабке крупную купюру и визитку, — если что-то узнает — позвоните, — кивнул на деньги в её сморщенной руке, — получите в 10 раз больше.

Глаза женщины подозрительно заблестели, но Алекс заметил и поспешил предупредить:

— Я заплачу не за «воду», а за точную и правдивую информацию. А если она окажется еще и полезной… скажем так… под занавес века Вы неплохо заживете.

Взял меня за руку, и, не прощаясь, повел в сторону парадного выхода.

— Ты как? — Он сам устало откинулся на спинку сидения, прикрыл глаза, но продолжал нежно поглаживать мою ладонь.

— Не знаю… Я вроде и была готова к тому, что этот адрес окажется пустышкой. Адресом какого-то старого друга, любовницы или кого угодно, но я не была готова к тому, что поцелую замок давно пустующей квартиры. Господи…. — Упала спиной назад, и закрыла лицо руками, — почему весь мир против того, что бы я нашла сына??? Я теряю столько всего… столько времени. Алекс, я столько пропустила в его жизни, и с каждой минутой, с каждым днем я теряю все больше и больше.

Слёзы катились по лицу, а мне даже вытирать их не хотелось. Они на своем привычном месте. Я сотни раз умывалась этой солёной водой, да только легче не становилось…

— Милая… послушай, мы найдем его. Чего бы это не стояло, мы обязательно найдем. Обойдем пешком весь мир, но мы найдем НАШЕГО сына!

Наше время.

— Готова? — Алекс заглянул в комнату, прошелся по мне потемневшим взглядом и закрыл за собой дверь. — Может ну его? — Поиграл бровями, на что я лишь рассмеялась и последний раз придирчиво осмотрела себя в зеркало.

— Нет уж, такое я пропустить не могу.

Подхватила мужа под локоть, и, улыбаясь, повела прочь из комнаты, пока его он не удумал испортить мне прическу.

В саду резвились дети в костюмах ангелочков, разбрасывая лепестки роз вдоль аккуратно выставленных рядами стульев. Играла прекрасная музыка. Я вдохнула потрясающий аромат цветущих деревьев, поймала счастливый взгляд Лиама и пошла ему навстречу, крепко сжимая трясущуюся руку его будущей жены.

Мы медленно шли по белой дорожке, ловили на себе заинтересованные взгляды, и я, как могла, вкладывала в холодную ладонь молодой женщины, всю уверенность, что была у меня самой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Подвела её к алтарю усыпанного живыми цветами. Наклонилась к уху и прошептала:

— Люби его… Люби так, как только умеешь… Он, как никто другой, заслуживает быть любимым тобой… — Поцеловала ее, забрала букет из рук и повернулась к Лиаму.

Крепко обняла бывшего мужа, и прошептала ему:

— Береги её… и…спасибо тебе за всё, Лиам… — первые за долгое время по моим щекам катились слёзы радости, — Будь счастлив, родной… — поцеловала его теплую щеку и отошла в сторону.