Плам Сайкс - Дебютный развод

Самая кошмарная реальность здешней жизни заключается в том, что выбраться из Москвы можно только «Аэрофлотом». А ее единственное преимущество заключается в том, что лишь служащие этой авиакомпании по-прежнему не гнушаются брать взятки. Сотня долларов, сунутая стюардессе, обеспечивает мгновенный перевод в первый класс, что приблизительно равняется американскому эконом-классу.

Но наш нелегальный переход не слишком поднял настроение Лорен. С той минуты как Джайлз Монтерей объявил о помолвке, она приняла глубоко разочарованный вид покинутой невесты, которая имела право выйти замуж за вышеуказанного мужчину. С тех пор как мы выехали из отеля, Лорен почти не снимала темных очков и заткнула уши наушниками плейера. Даже счастливая находка в виде одинокого выпуска журнала «Нью-Йорк» в зале аэропорта не обрадовала ее. Один из заголовков гласил: «НЙТВ: новости голубого экрана». Может, здесь упомянуто новое шоу Хантера?!

Я лихорадочно листала журнал в поисках статьи, когда Лорен сняла наушники и простонала:

— Помолвлен! Я никогда не встречала игрока в поло красивее и круче, и как раз когда решила… поцеловать его, оказалось, он уже занят! Как по-твоему, сумею я его снова отвоевать?

— Как ты можешь его снова отвоевать, если никогда не имела? — удивилась я.

Лорен невесело рассмеялась:

— Ты, похоже, права. Моя единственная надежда — это бриллиант. Мой шанс снова его увидеть. Я убеждена, что на стадионе он флиртовал со мной. Но обрученные мужчины как раз и флиртуют больше, чем свободные. А Салли никогда не расстанется с бриллиантом. Никогда. А если я и получу его, как снова найти Джайлза? У меня даже нет его электронного адреса!

И это тоже правда. И к «Гуглу» обращаться бесполезно. Монтерея там все равно нет. Лично я считала, что это даже к лучшему, что он помолвлен, иначе бедняжка Лорен просто рехнулась бы.

— Смотри, вот фото Хантера! — воскликнула я. Целый абзац статьи действительно был посвящен его шоу, и в углу красовался снимок с подписью: «Самый крутой манхэттенский телевизионщик».

— Здорово! — обрадовалась Лорен и, сняв очки, принялась пристально изучать фото. — М-м… до чего же хороший вкус у твоего мужа. Он как раз выходит из магазинчика «С. Джей Филлипс» на Бонд-стрит. Поверь, я очень хорошо знаю это место. Лучший ювелирный бутик в Лондоне. Что тебе подарил Хантер?

— О… да ничего, — растерялась я. Интересно, что делал мой муж в ювелирном магазине на Бонд- стрит?

Но Лорен, уже не слушая, поднесла журнал почти к самому носу и всматривалась в какое-то пятнышко.

— Господи! Опять она! Поверить невозможно! Это, — объявила моя подруга, — нога Софии Д'Арлан!

Я взяла у нее журнал и тоже стала рассматривать.

Где-то в самом углу снимка действительно виднелась женская ступня и щиколотка. Ступня была в золотой туфельке на высоком каблуке с гроздью жемчужин на мыске.

— Лорен, откуда ты знаешь, что это действительно нога Софии? — сделанной небрежностью спросила я, хотя подозрение уже закралось в мою душу.

— Золотые туфли от Бруно Фризони. Я пыталась их заказать, но София успела раньше. Он делает только одну пару каждого цвета и помешан на Софии, так что у нее право первого выбора. Я просто на стенку лезу от злости, потому что это самые красивые в мире туфли.

Я снова взглянула на фото. Неужели это действительно нога Софии? Стройная и загорелая… совсем как у нее.

— Уверена, это не она! — отрезала я, желая положить конец беседе, и натянула на глаза специальные очки. Я устала и хотела спать.

— Кстати, ты выяснила, что делал Хантер в Лондоне? — вдруг спросила Лорен.

— Он сказал, что пришлось лететь туда на срочное деловое совещание, — зевнула я.

— Срочное деловое совещание в ювелирном магазине?

Сна как не бывало.

Глава 15 Крестины в обществе сильных мира сего

Вечером, накануне крестин дочери Фиби, я не находила себе места. Мы с Хантером не виделись почти две недели, но следующим вечером он обещал прилететь. Мы постоянно разговаривали по телефону, но мысль о скорой встрече не давала мне покоя: сон не шел. В два часа ночи я все еще переворачивалась с боку на бок, проклиная нервы.

Наконец, так и не заснув, я решила встать и просмотреть электронную почту: оставаться в постели не было смысла. Я накинула кашемировый халат, поплелась в кабинет, уселась за стол Хантера и включила лампу. Свой лэптоп я оставила в офисе. Поэтому пришлось включить стационарный компьютер мужа, которым я иногда пользовалась, когда работала дома. И сразу заметила файл, которого раньше не было. Он был обозначен как sjphillipssketch.jpeg.

«С. Джей Филлипс»! Кажется, именно так называется ювелирный магазин, о котором упоминала Лорен в самолете?!

Сгорая от стыда и угрызений совести, я кликнула мышкой. Файл открылся. Он оказался одностраничным документом. Страница была исписана затейливым старомодным шрифтом:

С. Джей Филлипс

Ювелиры

Нью-Бонд-стрит. 139

Лондон.

По королевскому распоряжению

Под текстом оказался изящный рисунок карандашом: овальный аметистовый кулон с буквой «С», элегантно обвитой вокруг камня и выложенной мелкими бриллиантами. Рядом стояла пометка: «Заказ на кулон будет выполнен после двадцатого ноября».

Я ахнула. Так вот что делал Хантер в Лондоне! Он заказал для меня подарок! Как мило с его стороны притворяться, что он был на важном срочном совещании! Неудивительно, что он что-то мямлил, когда я так сурово допрашивала его, бедный славный романтик! Но с этой минуты он может ездить на срочные деловые совещания к С. Джей Филлипсу постоянно! Когда только пожелает. Остается надеяться, что это будет происходить как можно чаще.

Я снова легла в постель, сонная и совершенно спокойная. Хантер сейчас в Европе, значит, успеет забрать украшение. Скорее бы увидеть его (и не только из-за кулона, честно-честно!).

Клянусь, у Фиби было больше друзей и деловых партнеров, чем у президента Соединенных Штатов! Неудивительно, что для крестин своего первенца, Лайли Слингсби, ей пришлось занять целую церковь на углу Пятой авеню и Двенадцатой улицы. Вероятно, она не могла крестить кроху вместе с еще несколькими молодыми родителями, как делают все нормальные люди. Ведь всех ее гостей просто не вместила бы церковь, да и другие родители скорее всего возражали бы против коммерческих полутонов, которыми были окрашены крестины. Я сказала бы, что здесь вовсю рекламировался бренд «Фиби-бебе»: вся церковь была украшена желтыми, специально выращенными для этого случая примулами, повсюду, куда только не падал взгляд, даже вокруг распятия у подножия алтаря, красовались белые атласные банты. И хотя день выдался нелегкий, я сильно устала, все же была взволнована предстоящим возвращением Хантера и ощущала необычайный подъем сил. Я влюблена, и поэтому так легко снисходительно забавляться эксгибиционистскими проявлениями материнства Фиби.