Будущая королева - Мария Киселева(Литнет)

улетаю на выходные с Ричардом в Бостон, не предупредив папу, Кейт, Лили… я даже не дала Софи окончательного ответа насчет ужина, чтобы она не сболтнула братьям. Адам — последний, кого я хочу видеть на уикенде, в котором собираюсь поставить все точки над i.

— Не напивайся и следи за лестницей. — отбираю коктейль у проходящей мимо Фионы.

Она и еще пара человек следят, чтобы точно никто не оказался на втором этаже, пускай студенты, умеют слушать, и выполнять мои указания. Мне нравится, что через два часа наверху оказываемся только мы с Ричардом.

Мы, словно в здоровых отношениях, поговорили и решили следующие три ночи провести в одной постели — его вещи и чехол со смокингом в машине. Сразу поедем на аэродром.

Парень уже видел меня без макияжа, а я его голый торс, но все равно впервые чувствую себя неуверенно. Перекатываюсь под одеялом к его телу. Прижимаюсь к твердой груди, целуя кожу, зарываюсь лицом в изгиб его шеи, когда добираюсь выше. Ричард только сжимает мое бедро, заставляя забросить на его.

— Я парень, Квин. Если ты гуманистка, но хочешь пытать, выбери другой способ.

Щекочу его смешком.

— Ты меня хочешь, Ричард.

Поднимаю на него глаза, не продолжая фразу: «Так в чем проблема?».

Я никогда не была зависима от секса, он был классным дополнением, но еще никогда не нес смысл близости. Настоящей близости. Может, выжиданием Диккенс этого и добивался.

— С тобой все должно быть по-особенному, леди. — он недавно начал меня так называть.

И все же мне и интересно, чего именно ждет парень.

Я перестала ворочаться и прилипла щекой к плечу Ричарда. И плевать, что вечеринку разгонят только через полчаса или позже — у нас ранний и длительный перелет, который лучше потратить на учебу.

— Мне с тобой спокойно.

Не знаю, способен ли рассудительный гений аристократ решить любую из моих проблем, но он точно поможет разобрать все по кусочкам, остудить меня. Я могу справиться с остальным сама.

РИЧАРД

Квин не сразу, но решается поехать в родной дом. Бостон — город, в котором она бывала дольше, чем в остальных. Она старательно делает вид, что в особняке, в котором пройдет вечерний прием, не живет Белла Чейз. Здесь уже идут приготовления, стоят машины кейтеринга и поставок.

Я не решался оставаться, пока не понял, насколько это необходимо девушке. В принципе это необходимо очень-очень многим людям, потому что Квин в уравнении со злобой — взрыв.

На ее белоснежном пальто несколько брызг. Это не грязь, а капли от фонтана, который она решила не обходить. Я спросил Квин:

— Часто бросала монетки?

Уголки ее губ подрагивают.

— Один раз я села на бортик, и меня едва не отшлепала няня за то, что я испачкала платье к приему. Думаю, если я сделаю это сегодня, мне влетит от Софи. — с поддельным весельем.

Ее не пускали в огромную фонтану перед домом. Это заставляет напрячься чему-то в точке солнечного сплетения. Наверняка для нее это уже не так много значит, но я позволяю женской руке соскользнуть с моего плеча, чтобы крепко сжать ее ладонь.

— Это не должно быть сложно, так? К тому же я видела на твоем экране список игроков Boston Celtics. — встает еще ближе.

Она не представляет, насколько это будет сложно.

— Я еще никогда не приходил на урок без выполненного домашнего задания, мисс МакГрат.

Она морщит носик.

— Вы такой скучный, студент Диккенс.

Останавливаемся в типичной для дорогой Америки мраморной гостиной. Первый зал выполнен в стиле ресепшенов Four Seasons, правее — огромная, накрытая ковром, лестница. В моем доме все чуть более темное и не такое блестящее: темное дерево, синие королевские цвета, которые для нас уже давно не имеют исторического контекста.

— Мистер МакГрат. — мы пожимаем друг другу руки.

Я впервые вижу отца Квин, что странно в нашей ситуации.

Коул МакГрат мужчина моего роста, но в свои сорок семь покрыт мускулами, что заметно через тонкий дизайнерский пуловер. У него волосы на несколько оттенков ярче, чем у дочери, но в обоих узнаются ирландцы.

— Привет, пап.

Мимо нас проходит два человека с сумками и чехлами — вещами на два дня. Квин уже позвонила Софи, так что вот-вот должны доставить и платье, которое удовлетворило стилиста.

— Удивлен, что ты приехала.

— Меня попросила Софи Фелтон.

В это время мистер МакГрат бросает на меня взгляд, я едва качаю головой. Заметив это, мужчина уделяет дочери внимание.

— И на игре твое место…

— Меня пригласил друг в ложу. — перебиваю, не подозревая об ответе отца Квин — Думаю, мы проведем игру там.

— Да, это хорошая идея.

Квин слепо ищет мою ладонь, когда подставляю ее. Мистер МакГрат проводит рукой по челюсти.

— Мне нужно идти, водители в паркинге. Твоя комната подготовлена, спальня мистера Диккенса в гостевом крыле.

— У меня достаточно места.

Она тянет к лестнице. Кто я такой, чтобы сопротивляться? Хочу играть по ее правилам.

Очевидно, что Фелтоны не Фелтоны, чтобы появляться не вовремя. Сначала Адам сидит на втором приглашенном ряду на стадионе, а мы у стекла ложи. Глаза девушки горят, когда она смотрит игру, пару раз несвойственно для Квин она публично вскрикивает и говорит: «yessss». Я знаю, она пересеклась взглядом с Рыцарем, но что мне остается делать? Никому не запереть Квин МакГрат, кроме мужчин с той же фамилией.

Вторым нежданным гостем оказывается Софи, которая уже в доме затаскивает мою девушку в комнату, чтобы подготовить к приему, который предстоит через три часа.

Из-за этого все же провожу время в отведенной спальне, чтобы выйти в небольшую галерею, которой окружен дом. Горло сводит не только от нервов, но и дыма сигарет.

Я уже стою в смокинге на заказ, когда рядом оказывается Адам Фелтон. Ну конечно, он тоже на спонсорском вечере баскетболистов, как удивительно.

— Привет, Адам. — опираюсь о колонну и складываю руки на груди.

— Диккенс.

Изгибаю бровь, ожидая больше одного слова.

— Что ты здесь делаешь?

Отвечаю улыбкой.

— Сопровождаю свою девушку, чей отец организует спонсорский вечер для клубов NBA.

— Ты уверен, что она твоя?

Тушит сигарету об гипсовую лепнину, я едва не морщусь от бестактности.

Во мне живет дух соперничества.

— Не рискну присваивать. — но да, Квин моя.

— Что ты, черт подери, о ней знаешь? — странный вопрос.

Адам напряжен и обездвижен, как та же лепнина.

— Достаточно, чтобы Квин хотела находиться рядом.

Он уже выпил, зол и на эмоциях после игры.

— Ты знаешь, что она может не есть сутки, надеясь влезть в дорогущие платье?