Будущая королева - Мария Киселева(Литнет)

мне хочется, чтобы меня в нем не было. Чтобы не было причин для драгоценных слез.

Влюблен ли я в будущую ирландскую королеву? Скорее да, чем нет. По заверениям романтиков, здесь однозначный ответ, по моим — измерение процентами.

Я хочу защитить Квин от самой себя. Не заставляю ее полность перекраивать репутацию, развеивать образ холодной королевы Винкри, которую боятся, ненавидят, и по которой многие сходят с ума.

Кажется, понял, что МакГрат готова пойти навстречу, когда пришла на наше первое свидание в той толстовке Гарварда и джинсах. Квин не носит джинсы — точнее Квин, за которой следят на каждом шагу.

Я видел ее официальные социальные сети, в которых она не удаляла, как сделала бы любая девушка, желающая подогреть аудиторию, а отрицательно отвечала на вопросы об отношениях с Адамом.

Возможно, я сам себе вырыл яму, и даже смотреть на Квин было ошибкой, но она совершена.

Отклоняю рабочий звонок, смотрю на опережающие друг друга линии загрузки, когда получаю результат поисков. Ожидаемо.

Глава 8

КВИН

На следующей неделе мы с девочками устраиваем вечеринку. Неприлично проучиться два выпускных месяца и побывать только на трех. Время наверстать упущенное, поставить планку для Хэллоуина, который традиционно проводится в дальнем незаселенном доме Академии.

В пятницу прошла типичная зачистка после моего второго репетиторства с Джереми. В очередной раз была наказана Клодин за оскорбление чувств верующих. Серьезно. Были бы у меня садисткие наклонности, я бы приклеила ее к кресту. Вторым стал первокурсник, скопировавший работу у одногруппника, выставивший того лжецом — с преподавателем вопрос решен. С остальным разбирались Рыцари, к которым Таиша и Лиза в последние дни не лезли. Неужели раздор в любовном гнездышке с пятым колесом — Адамом? Черт. Нельзя произносить его имя даже про себя. И все же мы каждый день сидим за одним столом напротив друг друга. Он агрессивно разрезает стейк, я аристократично, на сколько это возможно, поедаю брускетту, думая о насущном: как привлечь Ричарда в нашу компанию. Пока что ответ один — забыть и присоединиться к его. Я хотела бы слышать, что они обсуждают; смеяться на тем, как британец медленно пьет чай, словно на приеме у премьер-министра.

— Ты выглядишь как дура. — неожиданно произносит в тишине обеда Адам.

— Я не претендую на твою роль, будь спокоен.

Он заметил, как я бросаю взгляды на Диккенса.

— Не трогай влюбленную девушку. — издевательски улыбается Таиша.

Влюблена ли я?

Последняя лекция в пятницу общая с Адамом, в кабинете напротив — занятия у Ричарда. Когда звенит звонок, мы уже стоим у моего шкафчика. Так было месяц назад, когда меня пыталась облить подружка Агаты.

— Как тебе идея выехать в Бисмарк на выходных?

Под этим всегда подразумевается загородный домик.

— У меня несколько задач от юристов. — вздыхаю.

Мои активные доли компаний требуют работы, дедушка неслучайно поставил меня в такое положение, это ответственно.

— Отлично, тогда только работа.

Это странно, что мне кажется возбуждающим, когда высокий британец с русыми волосами говорит по телефону насчет Dìon, дает команды своей ближайшей группе разработчиков и сверяет три варианта таблиц разных отделов?

Он целует меня, сминая губы на несколько секунд. Когда отстраняется, понимаю, что улыбаюсь. Это не первый раз, когда мы вместе в Академии, не на этой неделе. Слухи расходятся.

— Я заеду завтра.

И у меня дежавю. Снова ухожу к лифту, люди расступаются, двери сейчас сомкнутся, когда вижу Адама. В этот раз он не остается взбешенный стоять по ту сторону. Останавливает лифт, ставя туфлю между створок.

— На выход.

Если это и мне, то я не собираюсь двигаться. Пять человек в кабине спешат прочь, когда Фелтон заходит внутрь. Но только лифт трогается, когда парень его тормозит, нажимая нужную кнопку.

— И что происходит? — складываю руки на груди.

— Это ты мне скажи, потому что сомневаюсь, что мне удастся поговорить с тобой в другом месте.

Я по инерции проверяю, нет ли в лифте камер — пусто.

Баскетболист хотел забить меня в угол своим телом, но я даже не шелохнулась, вопросительно изгибаю бровь.

— Что ты хочешь от меня, Адам? Я сразу сказала, что сделала это на эмоциях.

И все же ноги подрагивают рядом с парнем, который не один раз доставлял мне удовольствие. Он спортивной, красивый, почти смазливый… и скорее всего сделал то, что могло разрушить мои отношения с Диккенсом.

— Не бывает секса без обязательств, Квин.

— Не вижу у тебя гарема.

— Так вот в чем дело.

Он едва обхватывает мою шею, поглаживая большим пальцем. Нащупывает зашкаливающий пульс, а я не сопротивляюсь.

Противна сама себе.

— Я не буду ни с кем после тебя, пока мы все не проясним.

От одной картины в воображении, что к Фелтону прикасается другая…

— Ты не романтик, Адам, не притворяйся. И что нужно прояснять? — отмахиваюсь от его руки — Просто скажи мне. Ты наверняка готовился.

Начинаю злиться.

— Ты не должна быть с ним.

— Только потому что ты этого не хочешь?

— Потому что я хочу видеть тебя рядом с собой, Квин. — он не первый раз настолько эгоистичен — Заметь, как я влияю на тебя.

Только сейчас понимаю, что у меня приоткрыт рот, дыхание сбивчивое, тело откликается.

— Он тебя сдерживает. Больно смотреть, как ты перестаешь быть самой собой. — в какой-то степени он прав, вот только я стала «самой собой» после его выходки после первого курса.

Отталкиваю баскетболиста.

— Я все еще не знаю, как позволяю тебе дышать со мной одним воздухом, Адам. — гневно смотрю в карие глаза — Не после того, что ты сделал в актовом зале.

Ричард сказал, что уничтожил копии видео с сервисных носителей, но всегда могут быть сохраненные на портативных от сети носителях. Он собирался провести ниточку дальше, но я сама сказала ему, что меня не волнует тот, кто за этим стоит. Главное наказание для него — отсутствие нашей реакции, провал плана. Хватит с меня.

— О чем ты?

Я думала только на Адама. Никто другой не мог снимать нас, а я не проверяла расположение его телефона. И Фелтон не хочет, чтобы мы с Ричардом были вместе.

— Есть порновидео, — преувеличиваю — на котором мы в гостиной Chicago Bulls.

Его лицо каменеет. Теперь уверена, что это не Адам. Не понимаю, испытываю облегчение или нет.

— У кого-то есть запись нашего секса?

— По крайней мере не в сети. С этим разобрались. — нажимаю на кнопку после трехминутного разговора — Ричард. Он все знает о нас, но я с