Непослушная, милый и няня - Девни Перри

Я знал.

Глубоко в душе.

Я достал свой телефон и набрал ее имя, нажав на экран.

— Привет, — ответила она, шмыгнув носом, что заставило меня выпрямиться.

— Что случилось?

— Ничего, — сказала она слишком бодро. — Все еще хочешь, чтобы я пришла и потусовалась с Вайолет?

— Если ты готова.

— Конечно. — Еще один всхлип.

— Нат, что случилось?

Она глубоко вздохнула.

— Я уволилась с работы. И я отказалась от Магдалены.

— Магдалены?

— Мой мятно-зеленый автобус «Фольксваген» 1969 года выпуска. Она была у механика, и сегодня утром я поняла, что, если я собираюсь платить за учебу, мне нужен автомобиль, который не требует специальных запчастей, когда сломается.

— Ты назвала свою машину Магдалена.

— Эм… да. Разве ты не даешь имена своим машинам?

— Нет. — Но меня нисколько не удивило, что она это делала. — Ты хочешь остаться сегодня дома?

— Со мной все будет в порядке. Многое меняется.

— К лучшему?

— К лучшему, — прошептала она. — Не беспокойся обо мне. Я в порядке. Скоро увидимся.

— Пока. — Я снова налил себе кофе, затем задержался у комнаты Вайолет, пока Сиси упаковывала свой багаж. Я дотащил ее чемоданы до входной двери и подождал, пока приедет ее «Убер». Она обещала вернуться к одиннадцати, что означало полдень.

Не прошло и десяти минут после ухода Сиси, как подъехала Натали на своем «Субару».

— Так, а кто это? — спросил я, указывая на машину, когда она вошла в фойе.

— Машина моего отца. Он одолжил ее мне. Он тоже не дает имена своим машинам, но я подумываю назвать ее Барни.

Я усмехнулся и притянул ее в свои объятия.

— Привет.

— Привет. — Она растворилась во мне, привстав на цыпочки, когда я прижался губами к ее губам. Поцелуй был недостаточно долгим, и, если бы Сиси появилась, как обещала, я бы проигнорировал все, что было в моем календаре, и отвел Натали в свою спальню.

Мы оторвались друг от друга, оба обернулись и замерли, смотря в голубые глаза.

Вайолет определенно наблюдала, как я целовал Натали.

Моя дочь изучала нас, ее глаза бегали туда-сюда, затем она улыбнулась Натали.

— Можно нам поиграть с моими рождественскими подарками?

— Конечно. — Натали сняла пальто, подмигнула мне и позволила моей дочери увести ее.

Я пошел в свой офис с улыбкой на лице.

Это продолжалось только до утра.

Потому что к полудню, когда Сиси должна была вернуться за Вайолет, я получил сообщение, что ее планы изменились и она уже села в самолет, летящий в Калифорнию.

— Черт. — Мое проклятие эхом разнеслось по кабинету.

Я не должен был удивляться. Своим вчерашним и сегодняшним поведением я вывел ее из себя. Добавьте сюда Натали, и для меня не стало шоком, что Сиси предпочла уйти, вместо того чтобы справляться с обстоятельствами как взрослая и проводить время со своим ребенком.

Но это никогда не касалось Вайолет. Сиси чувствовала себя некомфортно, и поэтому ушла.

И я буду тем, кто сообщит новость моей девочке.

Я нашел Натали и Вайолет на кухне, они совершали набег на холодильник. Шеф-повар в наушниках измельчал зелень на противоположном конце, как можно дальше от Вайолет. Одним глазом он следил за ней, другим — за своим ножом.

— Привет, папочка. — Вайолет смотрела мимо меня, когда я входил в комнату, вероятно, задаваясь вопросом, здесь ли Сиси.

— Мы собирались приготовить сэндвичи на обед. — Улыбка на лице Натали исчезла, когда она заметила выражение моего лица. — Что случилось?

Я кивнул на Вайолет, мое сердце разрывалось.

Плечи Натали опустились.

— Вайолет, мне нужно поговорить с тобой, принцесса.

— Зачем? — Она долго изучала мое лицо. Затем ее подбородок задрожал. — Мама уехала, не так ли?

Чертова Сиси. Я не прощу ей этого. Никогда. Как она могла смотреть на Вайолет и не видеть удивительную маленькую девочку, которая просто хотела, чтобы ее любили?

— Да. Она уехала.

Первая слезинка скатилась по щеке Вайолет, и я раскрыл объятия.

Но она повернулась не ко мне. Она повернулась к Натали.

— Мне жаль, Вайолет. — Натали закрыла холодильник и опустилась на колени рядом с моей дочерью.

Первый всхлип сорвался с губ Вайолет, а затем она бросилась в объятия Натали, прижимаясь к ней и плача.

— Я ненавижу ее. Я ненавижу ее! Она даже не принесла мне рождественский подарок.

Натали крепко обняла ее и закрыла глаза, поглаживая Вайолет по волосам.

— Мне так жаль.

Слышать плач Вайолет было слишком тяжело, поэтому я подошел, опустился рядом и обнял их обеих.

Вайолет потребовалось некоторое время, чтобы остановиться, но, когда она это сделала, мы отпустили ее, и я вытер слезы с ее щек.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, опустив свой крошечный подбородок.

— Давай пообедаем. Затем, остаток дня будем веселиться. — Я позвоню своему помощнику и скажу ему отменить мои встречи до конца недели. Мне нужно было провести время с дочерью. И я хотел, чтобы Натали была с нами.

— Как веселиться? — спросила Вайолет.

— Я подумал, что мы могли бы съездить и посмотреть на место, где собираемся построить наш дом. Потом, может быть, мы могли бы покататься на санках. Или сходить в кино.

— Санки, — сказали Натали и Вайолет в унисон.

Итак, мы покатались на санках. Потом проехали мимо нашего нового участка, и Вайолет взвизгнула, увидев пруд. Потом мы пошли в кино, только втроем.

В некотором смысле, это было похоже на первый день нашей новой жизни.

— Кто голоден? — спросил я, когда мы выходили из кинотеатра.

— Я. — Вайолет и Натали одновременно подняли руки. Хотя они съели целую упаковку попкорна и пакет «M&M's».

— Ладно, нам нужно сделать еще одну остановку, а потом мы сможем пойти поужинать.

— Куда мы едем? — спросила Вайолет.

— Увидишь. — Я подмигнул, беря ее за руку.

Вайолет схватила руку Натали другой, и мы закружили ее между собой, пока она смотрела на нас своими прекрасными голубыми глазами и с захватывающей улыбкой.

— Спасибо, — одними губами произнес я.

Если бы не она, я не думаю, что Вайолет так быстро оправилась бы от сегодняшнего разочарования в Сиси. Пока мы катались по городу, перескакивая с одного мероприятия на другое, Вайолет задавала Натали вопросы о ее собственной матери. Сколько ей было лет, когда она уехала. Сколько рождественских подарков она забыла подарить ей.

Вайолет, казалось, помогало справиться с осознанием того, что она не одинока в этом.

Натали упоминала Джуди несколько раз в течение дня, и каждый раз Вайолет смотрела на меня и улыбалась.

Мама вчера вечером сказала, что Натали подходит.

Я уже знал это.

И моя дочь тоже.

Натали была Джуди для Вайолет.