Барбара Брэдфорд - Ангел

Беря начало в Севеннах, Луара, самая длинная река Франции, простирается на шестьсот миль до места впадения в Атлантический океан немного западнее Нанта. И хотя большая ее часть протекает по местности, обезображенной гидростанциями и опорами электропередач, за что французы нередко называют ее «ядерной рекой», сохранился еще нетронутым отрезок поразительной, ошеломляющей красоты.

Это благословенное место расположено в среднем течении реки между Орлеаном и Туром на зеленой равнине, известной под названием Королевской Долины. Именно здесь разместились около трехсот самых великолепных загородных дворцов французской аристократии: Ланже, Амбуаз, Азей-ле-Ридо, Клоз-Люсе, Шомон, Шамбор, Шаверни, Шинон, Шенонсо – вот лишь немногие из них.

Даже зимой это местечко на берегах Луары не похоже на любое другое во Франции: природа здесь мягче, нежнее, она пленяет сердца своей зеленой умиротворенностью. Во всяком случае так воспринимала Рози свое любимое, лучшее в мире место. Всего лишь полтора часа назад покинув Париж, сейчас она приближалась к заветной цели.

Рози посмотрела в окно машины, и лицо ее вспыхнуло радостью. Дождь давно прошел, и воздух был кристально прозрачен и чист. Нежно-голубое небо, пронизанное сиянием зимнего солнца, отражалось в почти синих водах Луары, безмятежно текущей меж песчаных, отливающих серебром берегов.

«Скоро я буду дома,– подумала она, испытывая от этой мысли не просто счастье, но безграничный восторг.– Скоро буду там, где меня ждут, где я по-настоящему нужна».

Монфлери, куда направлялась Рози, был, по ее мнению, самым прекрасным замком на Луаре. Располагаясь в средней части протяженной долины между Орлеаном и Туром, он соседствовал с легендарным Шенонсо, служившим когда-то домом королю Генриху II, его любовнице Диане де Пуатье, его жене Екатерине Медичи, их сыну Франциску II и наконец жене Франциска Марии Стюарт, petite reinette d'Ecosse — «маленькой шотландской королеве», как ее всегда называли.

Замок Монфлери был сооружен в XI веке и представлял собой тогда неприступную крепость. Его возвели по приказу грозного средневекового воителя Фулка Нерра, графа Анжуйского, известного под прозвищем Черный Ястреб. Тогдашний правитель этих земель, он основал род Анжу и династию Плантагенетов, ставшую впоследствии в Англии королевской.

Дважды сгоревшей при пожарах и дважды восстановленный замок за триста лет сменил бесчисленное множество хозяев. Наконец в XVI веке его приобрел могущественный граф де Монфлери, стремившийся расширить свои владения на Луаре. Важную роль сыграло расположение замка в непосредственной близости от Шенонсо.

Филипп де Монфлери, grand seigneur, знатный вельможа и землевладелец, занимал различные министерские посты и имел большой вес при дворе во времена краткого правления Франциска II и его супруги Марии Стюарт. Будучи тесно связанным с дядей молодой королевы герцогом Гизом, он считался влиятельной фигурой, активно занимался политикой и никогда не упускал случая использовать себе во благо политические или королевские связи.

В 1575 году граф заложил фундамент замка, на котором по прошествии нескольких десятков лет было возведено огромное каменное здание. Оно и сейчас возвышается на холме, глядя вниз на долину. Граф не жалел средств на постройку своего роскошного дворца в возрожденческом стиле. Именно он создал замок таким, каким он стоит и по сей день, великолепный внутри и снаружи, с редкостной мебелью в изумительных по красоте комнатах.

Не доезжая до Тура, Рози свернула с автострады и, проехав поворот на Амбуаз, притормозила. Какое-то время она неподвижно сидела в машине, наслаждаясь открывшимся видом. Так Рози всегда делала, возвращаясь после долгого отсутствия. Она не могла оторвать глаз, любуясь величественной элегантностью старинного здания, его непреходящей красотой, впитавшей в себя дыхание истории.

Расположенный у живописной излучины реки Шер, притока Луары, Монфлери был построен из мягкого луарского камня, имеющего необычное свойство с годами менять свой цвет, становясь в конце концов почти белым. Замок вздымался вверх, увенчивая собой вершину холма, и его белые стены ярко блестели в лучах послеполуденного солнца, а скопления конических крыш и шпили цилиндрических башен темнели на фоне лазурного неба.

Когда несколькими минутами позже Рози въезжала по подъемному мосту во внутренний двор замка, сердце ее учащенно билось и волнение дошло до предела. Еще до того как она успела затормозить, огромная дубовая дверь рывком распахнулась, и их слуга сбежал по ступеням главного входа. Пока Рози выходила из машины, он, широко улыбаясь, бросился поприветствовать ее.

– Мадам де Монфлери! Здравствуйте! Здравствуйте! Как прекрасно, что вы здесь! – взволнованно восклицал он, крепко пожимая ее протянутую руку.

– Я тоже рада вас видеть,– с улыбкой ответила Рози,– и рада, что наконец вернулась. Вы хорошо выглядите, Гастон. А как поживает Анни?

– Очень хорошо, мадам. А сейчас, когда вы приехали, все пойдет еще лучше, bien sur[8].– Неожиданно он нахмурился и покачал головой.– Но вы приехали так рано. Господин граф не ждал вас раньше пяти. Мне очень жаль, мадам, но его нет дома. Он все еще в гостях, на ленче.

– Ничего страшного,– бросила Роза.

Уголком глаза она заметила сбегающую по ступенькам и направляющуюся к ней маленькую фигурку в красном. Извинившись, Рози поспешила навстречу и подхватила Лизетт на руки, а девочка крепко прижалась к ней.

– Тетя Рози! Тетя Рози! Я уже думала, ты никогда не приедешь!

Рози пылко обняла Лизетт, которую она так искренне и горячо любила. Она погладила головку девочки, потом, приподняв за подбородок, посмотрела в обращенное к ней ясное детское личико.

– Я скучала о тебе, ma petite[9],– прошептала она нежно и поцеловала Лизетт в щеку.– Но теперь я здесь, и мы вместе замечательно отпразднуем Рождество.

– Я знаю, знаю! – взволнованно выкрикивала Лизетт.

А на горизонте уже маячила улыбающаяся Ивонн. «Как выросла она за эти три месяца, пока меня не было,– подумала Рози,– выросла как-то вдруг?» Она быстрым взглядом окинула подходившую к ней восемнадцатилетнюю девушку, оценивая ее новый облик. Блестящие рыжие волосы собраны в локоны на затылке, чуть тронутые розовой помадой нежные девичьи губы, слегка припудренное веснушчатое лицо.

– Ивонн, дорогая, здравствуй! – сказала Рози, с восхищением глядя на девушку и все еще держа за руку Лизетт.– Какая ты нарядная! Сама шила платье?

Ивонн сжала руку Рози, потом крепко обняла и звонко расцеловала в обе щеки.

– Просто не верится, что наконец ты вернулась домой, Рози. Здесь без тебя было так грустно. Мы все скучаем по тебе, когда ты уезжаешь. А платье я в самом деле сшила сама, но, конечно, скопировала его с одного из твоих.