Полина Маслова - Как заполучить чужого мужа

— Перестань, — попросила я.

— Что перестать?..

— Перестань меня разглядывать.

— Ты очень живописна… — прошептал он и осторожно тронул мою разбитую скулу. — Это даже волнует…

Я повела плечом и спросила с усмешкой:

— Как колесо обозрения?..

— Почти.

— Феликс, у нас с тобой другие отношения. Мы партнеры.

— Партнеры?

— По бизнесу, — уточнила я. — Никогда ничего не было — пусть так и остается.

Феликс помолчал.

— Ты что — влюбилась в него?

Он напряженно ждал ответа — я понялаэто потому, как замерла его рука на моем плече.

— Нет. Не бойся.

— Тогда не вижу причин… — и его рука вновьшевельнулась.

— Убери руку!!! — крикнула я. — Мне больно!!! Феликс опустил руку. Некоторое время он молчал, а потом проговорил неожиданно легко:

— Да. Действительно. Множественные ушибы левого плеча и предплечья… Гематомы… Твой муж — садист… А я, похоже, мазохист…

Его голос дрогнул, и я поняла, что игра зашла слишком далеко.

— Включи свет, — попросила я.

— Не стоит… — возразил он. — Вдруг Вадим станет тебя искать, приедет сюда или пошлет водителя… А здесь горит свет…

Я села на матрасе.

— Послушай, Феликс… Я хочу позвонить ему…

— Звони, — пожал он плечами.

— Ты можешь куда-нибудь выйти?

Феликс поднял бровь и с иронией взглянул на меня:

— С какой стати?.. — поинтересовался он. Спорить было бесполезно. Я сняла трубку и набрала номер Вадима.

Он был в квартире. Сразу снял трубку.

— Вадим, это я, Полина.

— Где ты?.. — тут же спросил он. — Куда ты пропала?..

— Я далеко… — соврала я, покосившись на Феликса. — Приеду только через неделю…

— Почему не предупредила?

— Не могла… — ответила я. — Приеду — все тебе объясню…

— Все? — уточнил Вадим, и по его голосу я почувствовала, как он напрягся.

— Да… Обещаю…

— Это связано с кем-то?.. — помедлив, спросил он.

— Да, — ответила я. — Только не с мужчиной. Беззвучно хмыкнув, Феликс потянулся ко мне и поцеловал меня в шею. Я вздрогнула, отпрянув от него, и крикнула в трубку:

— Я больше не могу разговаривать… Вадим! Я очень скучаю!

Я была готова дать отбой, но Вадим остановил меня:

— Подожди!.. Какой пароль на компьютере?..

— На компьютере?.. — растерявшись, переспросила я.

— Да. Ты сказала — «Вадим»…

— Нет. Я передумала.

— Ты не хочешь сказать мне пароль?

Я молчала, лихорадочно пытаясь сообразить, что ответить. Он хотел открыть компьютер, прочесть то, что я пишу. Наверное, он попробовал разные варианты пароля, но не догадался о том, который был ему известен больше, чем кому бы то ни было: «Алена».

Так и не сообразив, что ответить, я не ответила ничего, просто сказала:

— Вадим, пожалуйста, не обижайся… До свидания… — и положила трубку.

Феликс, пытаясь угадать смысл моего телефонного разговора, с интересом смотрел на меня.

— Зачем ты трогаешь меня, когда я разговариваю с ним?.. — крикнула я. — Нарочно?

— Мне не понравился тембр твоего голоса… — отозвался Феликс. — Одно дело, когда он — дичь, а ты охотница, но другое…

— Ты не поверишь, Феликс, но он — человек! Помолчав, Феликс придвинулся ко мне почти вплотную.

— Он — человек?.. — переспросил он. — Ты чувствуешь его тепло?.. Да?.. Боишься его обидеть?..

Это все, Полина! — отрезал он. — Можешь ставить точку на этой истории. И на всех своих планах. Феликс резко схватил меня за плечи.

— Больно! — охнула я.

Он холодно смотрел мне в глаза:

— Больно?.. Будет еще больнее… Когда завтра ему все надоест… Ты наскучишь… Я-то знаю, как это происходит… Милая любящая женщина. Преданная. Верная. Где положил, там и взял… Но от таких сокровищ, как правило ищут других. Парадокс!..

Я попыталась вырваться из его рук, но он крепко держал меня:

— Пойми, в этом и заключается суть этой вечной игры. Мы хотим превратить желанную женщину в уютное домашнее существо. Мы настаиваем на этом. Обижаемся. Выговариваем. Даже умоляем. Но как только она превращается, она перестает быть желанной.

Он опять просвещал меня и, просвещая, загонял в тупик.

— Уверен? — Да.

— А если ты ошибаешься?! — с отчаянием спросила я. — Если Вадиму действительно нужна любящая женщина?!

— Нет.

— Но почему?!

— Ответил бы я «по кочану», но слишком хорошо воспитан… — лучезарно улыбнулся Феликс. — Никто не желает того, что и так имеет. Все желают чего-то иного — несбыточного или уж, по крайней мере, труднодостижимого…

Его рука занялась пуговицами на моей рубахе.

— Послушай! Хватит! — я попыталась отвести его руку. — Оставь меня в покое!.. Я не собираюсь с тобой…

— А помнишь, как однажды ты лихо разделась сама? — перебил Феликс и, крепко сжав мои плечи, заставил опуститься на матрас.

— Да! И ты мне сказал, что это пошло! — отбиваясь, сказала я. — Что я должна быть робкой и нерешительной! Все, Феликс! Поезд ушел!!!

— Ушел из пункта «а», — согласился он, — но пришел в пункт «б»… Я не говорил тебе, что ты должна быть робкой и нерешительной всегда. Это тоже надоедает… Не дергайся, когда учитель излагает материал… Слушай внимательно… Ты должна постоянно меняться… Быть интересной… Непредсказуемой… И никогда не принадлежать никому полностью… Это трудно. Это почти искусство… Сумеешь — получишь все…

Его лицо становилось все ближе, все тяжелее. Он всем телом прижался ко мне. Стало трудно дышать.

— Эта твоя женщина была такой?!.. Да?! — крикнула я в последнем отчаянии и вдруг почувствовала, что попала в точку. Феликс вздрогнул, чуть отпрянул, хватка ослабла. — Поэтому ты до сих пор не можешь ее забыть?!.. — продолжала я, цепляясь за соломинку. — Эта твоя партнерша по бизнесу — она ушла от тебя — к своему депутату! Оставила тебя ни с чем! Я выкрикивала эти слова ему в лицо. Казалось, это были не слова, а плевки, пощечины, и каждое, достигнув цели, заставляло Феликса вздрагивать.

— И твоя книга! Ты просто хочешь им отомстить!.. Грязный пиар тут ни при чем!.. Ты любишь ее!.. И я знаю, почему!.. Потому что она тебя не любит!!!

— Замолчи!!! — наконец выдохнул Феликс и. поднявшись, отвернулся.

Я тоже вскочила, придерживая руками блузку у груди. Опираясь о стену, словно был ранен и шаги тяжело давались ему, Феликс медленно подошел к окну.

— Больше никогда не прикасайся ко мне, — сказала я ему вслед. — Ты понял?

Феликс кивнул:

— Я понял, Полина… Все. Мир. Ложись спать. Я поехал…

После того, как дверь за ним закрылась, я упала на матрас. Лежала так, лицом вниз, и думала о Вадиме, обо всем, что только что случилось со мной, о том, что, к счастью, не случилось…

Я скучала по Вадиму — я отчетливо это поняла… Феликс считал, что если я позволю себе влюбиться, то все рухнет… Ну, и пусть рухнет. Наплевать… Так мне казалось в тот момент, когда я была напугана и слаба. Возможно, это был момент истины. Но на то он и момент, чтобы закончиться, едва начавшись.