Джули Гаррат - Согласие на брак

– Просто Эми, – поправила ее юная хозяйка. Мужчина, стоявший от них футах в десяти, не двинулся с места.

– Не обращайте на меня внимания, мисс Уэлдон, – сказал он с мягким шотландским акцентом. – Я приехал просто так, за компанию. Если вы или ваш дядюшка не хотите, чтобы по дому шлялись посторонние, я могу пару часиков побродить у ручья.

Эми решила, что он любит эпатировать публику, именно поэтому даже не пожелал подойти, чтобы представиться, как полагается.

– Это не ручей, мистер Пауэлл, – возразила она, не скрывая раздражения, – а река… Эстон-ривер.

Фотограф впервые с живым интересом посмотрел на девушку:

– Вы, похоже, не из здешних краев?

– Нет. Я из Бостона, США.

– Какая находка для журнала, – своим приятным бархатным голосом, в котором явственно звучали саркастические нотки, произнес он. – Янки при дворе короля Уэлдона! А, Кэтрин? Публика непременно клюнет на такой заголовок.

В глазах Кэтрин Блейк появился металлический блеск.

– Довольно, Марк! – сказала она не терпящим возражений тоном. – Полагаю, мне лучше знать, чем привлечь публику, я обойдусь без твоих бредовых идей.

– Может, войдем в дом, – предложила Эми, которая на самом деле предпочла бы поскорее избавиться от этого грубого, высокомерного типа.

Она направилась в дом, где в зале их ждали Лиззи и дядя Джиф. Представив им Кэтрин, Эми обернулась и обнаружила, что Марка Пауэлла нет.

– Ваш спутник, видимо, как и обещал, отправился на ручей, – сказала она, обращаясь к Кэтрин.

– Прекрасно! – От глаз Эми не ускользнуло, что Кэтрин восприняла это известие с явным облегчением, она буквально просияла. Скорее всего, рассуждала Эми, Марк Пауэлл нахально навязался в сопровождающие, убедив Кэтрин, что в Уайдейл-холле ему будут сердечно рады. – Он хороший фотограф, – пояснила Кэтрин, словно прочитав мысли Эми. – Один из лучших специалистов по аэрофотосъемке.

– Аэро? – хором произнесли Эми и Джиф Уэлдон.

– Насколько мне известно, у него собственный вертолет, – сказала Кэтрин.

Эми и Джиф Уэлдон переглянулись. На Джифе лица не было.

– Так вот, значит, кто не дает нам покоя уже несколько недель, – мрачно изрек он.

У Эми засосало под ложечкой. Что-то подсказывало ей, что появление Марка Пауэлла в тот день было отнюдь не случайным, как и эти странные облеты Уайдейл-холла на вертолете, что все это часть некоего плана.

– Ты хорошо его знаешь? – выпалила она. Кэтрин смутилась.

– Я его совсем не знаю. В сущности, до вчерашнего дня я его даже в глаза не видела, хотя, должна признаться, имя его было мне знакомо. Так что когда он предложил составить мне компанию, пообещал помочь… ну что было делать? – Она беспомощно развела руками. – Как я могла отказать, когда он напрямик спросил меня, можно ли ему поехать со мной?

– Ну, вот что, – сказала Эми. – Я вас двоих оставлю на некоторое время. Думаю, вам есть о чем побеседовать.

– Я приготовлю чай, – вызвалась Лиззи.

– Мне не надо. – Эми подошла к лестнице. – Пожалуй, схожу в старую церковь, посмотрю, нет ли там Ричарда.

Джиф Уэлдон и Кэтрин Блейк, обсуждая погоду, удалились по коридору, который вел к кабинету. Похоже, Джифу эта журналистка показалась симпатичной.

Лиззи подошла к Эми и, воровато озираясь по сторонам, зашептала ей на ухо:

– Не нравится мне этот малый, который явился с ней вместе.

– Лиззи, думаешь, мне нравится? Впрочем, похоже, он счел за лучшее ретироваться.

– Надеюсь. Мне делается не по себе при одной мысли, что он будет шляться по дому.

– Думаю, мисс Блейк и дядя Джиф найдут о чем поговорить, и я могу на полчасика отлучиться.

– Отправляешься на поиски каменного человека?

– Да нет. Просто подумала, что им двоим, дяде Джифу и Кэтрин, надо спокойно все обсудить, – объяснила Эми.

Лиззи подозрительно прищурилась.

– А как у тебя складываются отношения с мистером Боденом?

– Нормально, – как ни в чем не бывало ответила Эми, хотя внутри у нее все сжалось.

– Ты видела его после Рождества?

– Нет, – сказала Эми. Ей вовсе не хотелось снова выслушивать всякие бредни насчет замужества, и она не без вызова добавила: – А ты?

– Нет, не видела! Может, тебе позвонить ему. Что-то он давно не заглядывал в Уайдейл.

Эми расхохоталась.

– Лиззи, чего ради я должна ему звонить? А?

Лиззи растерянно пожала плечами.

– Может быть, он заболел, я не знаю. Ведь он живет совсем один.

– У него есть телефон. И вообще он живет на главой улице. Если он заболеет, может обратиться за помощью к первому попавшемуся прохожему.

– А что, если он упал с лестницы и сломал ногу?

– Знаешь, если это случилось на Рождество, он уже давно умер голодной смертью, – невозмутимо парировала Эми. – Прошел уже почти месяц.

– У вас каменное сердце, мэм!

– Это точно, – согласилась Эми и взбежала вверх по лестнице.

– Куда ты?

– Оденусь и пойду прогуляюсь.

В церкви Ричарда не было. В последние дни Эми часто вспоминала о нем, однако с течением времени она все меньше терзалась, думая о страстных рождественских поцелуях. Теперь эти воспоминания вызывали у нее лишь улыбку.

Когда она рождественским утром, уединившись в спальне, разворачивала заветный сверток, то меньше всего ожидала обнаружить в нем книгу любовной лирики. Такой подарок никак не вязался с ее представлением о Ричарде Бодене как о человеке сугубо прагматического склада. Эми водрузила томик стихов на алебастровую подставку, которую еще раньше поставила на своем столе у окна. Однако книга выглядела такой одинокой, что Эми поставила с одной стороны словарь, а с другой – свой дневник. И все же от томика стихов веяло какой-то грустью!

Вечером, лежа в постели, она читала стихи. Это было старое издание в красивом кожаном переплете с золотым тиснением на корешке. Эпиграфом к сборнику служили слова Уильяма Батлера Йейтса: "Отвергших себя сердец участь, увы, каменеть".

Эми прекрасно поняла скрытый смысл этого своеобразного, обращенного к ней послания. Ричард намекал на то, что она упорно цепляется за свое прошлое, связанное с именем Кипа Уэлдона. Она готова была побиться об заклад, что именно это последнее обстоятельство заставляет его держаться от нее подальше. Он выжидал. Но она также участвовала в этой игре и, разумеется, не собиралась первой делать шаг навстречу. Существующее положение вещей ее вполне устраивало. И хотя в душе Эми и признавала, что ее влечет к этому человеку, она не собиралась признаваться ему в этом.

На обратном пути, когда осталась позади роща, в которой стояла церковь, Эми, прикрыв глаза ладонью, попыталась разыскать окутанную туманной дымкой вершину Аспен-Тор.