Шерил Андерсон - Роковой аккорд

— Трисия права, — подхватил Джордан, выразительно поглядывая на часы. — Могу я хотя бы заказать выпивку и расслабиться на минутку?

— Это я прошу прощения, — повинилась я. — Но история с пленками представляется мне очень серьезной. Если они существуют…

— Клэр не могла их сжечь, — ответил Джордан, пытаясь между тем привлечь внимание бармена. — Я помню, как мама после смерти папы спрашивала ее насчет пленок и Клэр заявила, что уж она-то не имеет к ним никакого отношения. Обычное дело, так они всегда ворковали.

— Если пленки у Клэр, как они могли попасть к Расселу и почему Клэр утверждает, что она их сожгла?

Вопрос повис в воздухе. Джордан заказал себе водку «Грей Гуз» со льдом и «Роб Рой» для меня.

— Потому что, если она скажет, что она их сожгла, ей не придется признаваться в том, что Рассел отказался отдать их ей, даже когда у них был роман.

— Клэр Кроули и Рассел Эллиот? — задохнулась Трисия.

Джордан устало кивнул.

— И вот что я вам скажу: не хотел бы я сейчас оказаться на месте Грэя Бенедека.

— Это еще почему? — Он окончательно сбил меня с толку.

— Потому что все избранники Клэр умирают молодыми.

8

Время ускользает от меня. Работа занимает больше часов, чем планировалось, я забываю, сколько недель и месяцев прошло с последнего разговора или письма, и люди на меня обижаются, дома валяются просроченные библиотечные книги. Что касается возраста… Нет, ну вы мне скажите, должен же быть хоть краткий просвет между клерасилом и «Ойл оф Олей»[25], когда ваш возраст и ваша внешность совпадают?

И все же изредка Старик Время дает мне поблажку, мы играем в четыре руки, осколки перегруженной и лопнувшей от перегрузки жизни стягиваются воедино, по крайней мере на какой-то момент, и я могу перевести дух и оценить ситуацию. Или перевести дух и записать быстренько все факты и наблюдения, накопившиеся за последние часы, так что когда красавец детектив подойдет ко мне в баре, я смогу сосредоточить на нем все свое внимание и не беспокоиться, как бы не забыть что-то важное.

— Привет! — Кайл провел ладонью по моей руке, и я обрадовалась знакомому прикосновению. — Нынче ты рано.

— Спасибо, что справился с потрясением, — усмехнулась я. Всем сердцем я хотела поцеловать его, но ведь сперва нужно было разобраться, на каком мы этапе «отношений» или «восстановления отношений». Прежде у меня все «отношения» обходились без второго этапа, и я понятия не имела, как нужно вести себя при воссоединении.

Кайл тоже не стал меня целовать, но прежде чем я сообразила, препятствуют ли ему те же сомнения, что и мне, или же он попросту не хочет меня целовать, прежде вообще-то, чем я начала всерьез заморачиваться по этому поводу, Кайл бросил взгляд на мой бокал и спросил:

— Ты здесь уже давно?

В моих советах читателям так и пестрит фраза: «Честность — лучшая политика». А уж если встречаешься с детективом… У него все инстинкты на стреме: работает он или отдыхает, он подмечает такие мелочи, до каких обычному смертному и дела нет. Я тоже глянула на свой бокал. Он был наполовину пуст, и капельки влаги, сбегавшие по наружному краю, успели скопиться внизу.

Я твердо решила быть честной, но столь же твердо я решила, что сейчас мы оба не на работе и работе нечего лезть в наши отношения, так что я постаралась обойти вопрос стороной.

— Тут собирались Трисия, Кэссиди и еще кое-кто, кого я знаю, вот я и пришла пораньше. — Кайлу вовсе не обязательно знать, что я выставила Трисию, Кэссиди и еще кое-кого из ресторана за минуту до его прихода — дескать, им будет гораздо уютнее поужинать в не столь популярном заведении. — Выпьешь что-нибудь?

Он заказал «Манхэттен» и устроился возле меня.

— Симпатично выглядишь.

— Спасибо, ты тоже.

— Я рад, что мы сделали это.

— В смысле сделали друг другу комплименты? — уточнила я.

— В смысле начали разговор, — ответил он так серьезно, что сердце у меня в груди ухнуло. Словно во сне я следила за тем, как детектив берет мою руку, крепко ее сжимает, всматривается в нее пристально — уж не улики ли ищет?

— Да, — кивнула я. — И я постараюсь сделать все, чтобы мы продолжали разговор, чтобы ничего не оставалось недосказанным. Если мы постараемся, если мы оба так решили, мы научимся быть откровенными во всем, всегда, и для нас это будет вполне естественно.

— Ого! — тихо произнес он.

— О'кей, теперь я наговорила чересчур много. Надо притормозить.

— Нет-нет, просто ты сразу заговорила так, как будто мы снова вместе.

Сползти с барной табуретки, растечься на полу мерзкой лужицей унижения. Грудь сдавило свинцовым грузом, я не осмеливалась поднести бокал к губам — руки тряслись.

— А мы — нет? — еле выговорила я.

Эти дивные синие глаза могут растопить каменное сердце и заставить раскаяться самого закоренелого преступника. Сейчас их взгляд был обращен на меня.

— Я так и планировал, но нынче утром ты меня придержала, так что я думал, мне придется сперва сводить тебя на ужин, а то и на пару ужинов. — Он лукаво улыбнулся, и мое сердце забилось вновь, посылая всю кровь к щекам.

— По-моему, мы и так уже потеряли много времени, — искренне ответила я.

Он наклонился поближе, чтобы меня поцеловать, и тут нарисовался официант — проводить нас за столик. Все же Кайл поцеловал меня, только легонько, и когда я слезала с вращающегося табурета, ноги у меня подгибались. К счастью, Кайл обхватил меня рукой за талию. К счастью…

Читая меню, мы шутили и смеялись, но как только официант принял заказ и отошел, веселость с нас слетела. Настало время для серьезного разговора.

— Как ты, что ты поделывал? — спросила я в надежде услышать подробный отчет о страданиях, которыми были заполнены его дни в разлуке.

Кайл пожал плечами:

— Чересчур много работал. Старался загрузить себя так, чтобы пореже вспоминать о тебе. С тобой нелегко, но без тебя совсем плохо.

Голова плыла.

— Что я должна сказать? «Спасибо»?

— Лучше скажи: «Я тоже скучала».

— Это я, кажется, уже говорила.

— Никогда не мешает повторить.

— Я скучала по тебе.

— Рад это слышать. — Он в пятый раз поменял местами нож и вилку. — Как подвигается статья?

Я не ожидала столь резкой смены темы и не успела решить, в какие подробности стоит посвящать Кайла. Когда же я научусь отвечать на его вопросы, не прикидывая всех последствий и дипломатических ходов?

— Я основательно запуталась, — осторожно начала я. — Интересно, чем все это кончится.

— Сдается мне, вы уже решили, чем все это кончится, — вкрадчиво произнес Адам Кроули над самым моим ухом. Вот что значит не сводить глаз с любимого! Я даже не заметила, как Адам подобрался к нашему столику. Не успела я рта открыть (или закрыть), как мой детектив поднялся на ноги — боюсь, не из вежливости, а в знак протеста.