Патриция Хилсбург - Изгнание из Эдема. Книга 2

— Знаете, в душах современных людей, мне кажется, металлолом. Вот поэтому мои скульптуры выполнены в большинстве своем из металла — ржавого, окрашенного и неокрашенного, обгоревшего и отполированного… Все, как в наших душах.

— Спасибо! Спасибо, мисс Бертран. Огромных вам успехов!

Сильвия украдкой время от времени бросала взгляд поверх журналистов, фоторепортеров, поверх дам в меховых накидках, которые расхаживали с бокалами шампанского в руках среди ее произведений, обсуждали их…

Слышалась речь иностранцев…

Сильвия временами ловила знакомые слова, но понять смысла, о чем говорили искусствоведы, не могла. Она только чуть растерянно кивала, когда к ней обращались с вопросом или когда ей говорили комплименты…

Она ждала, что вот-вот придут Роберт и Деннис. Она то и дело поглядывала на стоянку для автомобилей, которая была сделана на улице, рядом с площадкой выставки.

— Но где же они, — иногда с досадой шептала Сильвия, — неужели не приедут? Неужели обманули?!

Но думать о друзьях она почти не могла — то и дело кто-нибудь подходил с вопросом, просил объяснить смысл того или иного произведения или просто чокнуться…

Сильвия переходила от одной группы посетителей к другой, от одного журналиста к другому…

В этот вечер очень многие хотели ее поблагодарить, пожать руку, поцеловать, похвалить. Но отношение к ее творчеству у зрителей было все-таки не таким искренним, немного напряженным — и Сильвия очень чутко это улавливала.

Наконец из потока машин, проносящихся по мосту, отделилась одна и припарковалась рядом с остальными на площадке. Но Сильвия так и не заметила, когда обшарпанный красный пикап появился, не видела, как смотритель стоянки с неудовольствием смотрел на этот автомобиль. Он даже решил поначалу, что у кого-то произошла авария и это вызвали техническую помощь. Он обошел красный пикап со всех сторон, потрогал даже с восхищением диковинное гидравлическое устройство. Но его удивление стало еще большим, когда он увидел подходящего к нему Роберта — не рабочего в комбинезоне, а приятного мужчину в белой рубашке и строгом костюме.

— Извините, могу я здесь поставить свою машину?

Смотритель оглянулся, засомневавшись, что речь идет именно об этой технической диковине. Но, поскольку других машин рядом не было, значит речь шла именно о ней.

— А у вас есть приглашение?

Роберт послушно опустил руку во внутренний карман пиджака и достал оттуда два пригласительных билета. Тут к ним подошел Деннис.

— Извините, мистер, что-нибудь не в порядке? — спросил он.

— Нет. Но ваша машина…

— А что, вам не нравится наша машина? По-моему, тут как раз и выставка такая, что наша машина может быть одним из экспонатов.

— Ну, ладно, — пожал плечами смотритель, — ставьте машину в ряд и проходите.

Деннис, расщедрившись, дал смотрителю чаевые, и они прошли под мост. Толпа, рассматривающая работы, тут же поглотила их. Со всех сторон слышались самые разнообразные возгласы:

— Это полная ерунда, это полная душевная пустота! — кричала молодящаяся старуха в меховой накидке.

Она держала на отлете длинную сигарету и сбивала с нее пепел:

— Это полная душевная деградация. Мне это все напоминает автомобильную катастрофу… Или еще что-нибудь похуже…

— Да-да, ты совершенно права, конечно права, — поддакивал ей мужчина, который был рядом с ней, — ты как всегда права. У тебя очень тонкий художественный вкус.

Роберт хотел было вмешаться и поспорить, но в это время услышал рядом, как кто-то скрипучим и неприятным голосом сказал:

— Разве это искусство? Это же полная ерунда! Я вообще не понимаю, что это такое и зачем это здесь… Такие выставки надо запрещать, а не торжественно открывать…

Деннис оглянулся, чтобы посмотреть, кто это говорит, кто это так критично высказывается о Сильвии?

Он увидел маленького плюгавенького старичка в смокинге и при галстуке. Он рассматривал сквозь пенсне огромную металлическую конструкцию, которая была в несколько раз выше его.

— Это черт знает что!.. Вот Леонардо да Винчи… Вот Рафаэль… А это — полная чушь… Ты меня слышишь, Марта? — плюгавый обратился к даме в черном атласном платье, — как ты считаешь?

— О да, ты прав, это полная ерунда. Давай отсюда уйдем.

— А мне нравится. Мне это все напоминает остатки кораблекрушения или остовы доисторических животных, — говорила какая-то девушка своему напарнику. — И, вообще, честно говоря, мне это все нравится.

Парень пожимал плечами.

— Знаешь, по-моему это интересно, но оно как-то еще не сформировалось, не оформилось. По-моему еще не найдена какая-то основная линия.

— Да что ты! По-моему здесь все есть, по-моему эти произведения совершенны.

— В принципе я с тобой согласен, но мне кажется, что эта девушка дальше не пойдет.

— Девушка?! Ты хочешь сказать, что это — произведения молодой девушки?

— Конечно, — сказал длинноволосый парень. — Ей, по-моему, меньше двадцати пяти.

— О! Тогда это еще более интересно. Чтобы девушка — и делала такие вещи! Честно говоря, я ей завидую.

— Пойдем, — сказал длинноволосый парень, — я когда-то был с ней знаком и тебя представлю…

— Да нет, я стесняюсь. Ведь она настоящий художник, а я ничто.

— Ты тоже замечательный художник.

Два священника разговаривали, стоя возле автомобильной двери и трех бамперов. Это было одно из произведений Сильвии Бертран.

— Послушайте, как вы думаете, что это обозначает? — обратился священник, который был помоложе, к своему старшему товарищу.

Тот многозначительно приподнял палец.

— Мне кажется, что это не искусство. Искусство должно быть гармонично… А хаос… хаос… Это все от лукавого.

— Вы совершенно правы святой отец, это все от лукавого.

Роберт и Деннис потерялись в этой многоголосой, разноязычной толпе. Они не были здесь ни с кем знакомы…

Роберт поискал глазами Сильвию и наконец ее увидел. С бокалом шампанского в руке она в окружении журналистов расхаживала среди своих произведений. Она останавливалась то около одного, то около другого… Щелкали блики фотоаппаратов, и Сильвия отвечала на вопросы, объясняла, что она хотела выразить своими работами… Журналисты кивали, задавали каверзные вопросы…

Сильвия уже выглядела утомленной и раздосадованной. Она отвечала часто невпопад, морщилась, махала рукой… По всему было видно, что ее выставка не удалась, что ее не поняли…

— Послушай, Роберт, — сказал Деннис, увидев, как Сильвия обнимается с молодым мужчиной в черном смокинге…

— Что?