Рэдклифф - Любовь и честь

– Разумеется. Все они цивилизованные, деловые и эмоционально отчужденные. Такой была вначале и она сама. Когда же это изменилось? Когда они с Клэр стали общаться по именам?

– Во всяком случае, секс его не интересовал. Он явно тянул время и пытался меня разговорить. Когда я отказалась, прибег к силе.

– Распускал руки? – Кэмерон напряглась, обхватывая пальцами предплечье Клэр.

– Нет, ни в коем случае, – быстро ответила Клэр, накрыв руку Кэм своей. – В основном бушевал, угрожал и намекал, что я могу оказаться в тюрьме.

– С чего бы это?

– Я спросила его об этом, – сказала Клэр, пренебрежительно пожав плечами. – Это не какой-то закулисный бизнес с сомнительными клиентами. Во всех смыслах слова это – мощный бизнес с влиятельной клиентурой. Любой, кто попытается засветить нашу клиентскую базу, сам окажется в тюрьме.

– Вот тогда он и показал тебе фотографию?

Она кивнула:

– Да. Думаю, в тот момент он понял, что ничего от меня не узнает, и просто решил посмотреть на мою реакцию.

– Клэр, – мягко произнесла Кэмерон, убирая свою руку, – я не хочу, чтобы ты защищала меня. Ты должна защищать себя, даже если это будет означать раскрытие твоей связи со мной.

Клэр повернулась, и их колени соприкоснулись. Она положила руку на темно-синие джинсы Кэмерон. Прикосновение было нежным, но не обольстительным.

– Я не стану этого делать.

– Если по каким-то причинам тебе нужно будет выступать в качестве свидетеля, не давай ради меня ложных показаний что бы ни случилось потом. В том, что мы делали, нет ничего противозаконного. Никто не сможет доказать финансовые операции. А даже если бы и смогли, всегда можно оспорить состав преступления.

– Ты права. Практически невозможно отследить доходы, полученные от бизнеса конкретным лицом.

– Что ты намерена делать?

Клэр грустно улыбнулась.

– Я собираюсь отойти от дел.

Они замолчали, потому что знали, что это значит: скорее всего, они больше никогда не увидятся.

– Ты покинешь Вашингтон? – тихо спросила Кэмерон.

– Еще не знаю. Наверное.

– Возможно, скоро что-то произойдет. У меня такое чувство, что идет сбор компрометирующих материалов. Похоже, небольшая группа людей пытается накопать компромат на всех, на кого только можно. Иначе в этом сборе информации нет смысла. – Кэм протерла глаза и скривилась. – Думаю, если ты уйдешь, будет лучше, так как они четко идентифицировали твою принадлежность к организации.

– Чувствую, грядет неизбежная реструктуризация бизнеса. Возможно, полная реорганизация эскорта. Сейчас все под подозрением.

– Если тебе что-нибудь понадобится, – сказала Кэмерон, – ты знаешь, как меня найти. В любое время.

– Спасибо. Я была в бизнесе, потому что это было очень прибыльным делом. Нет повода для волнений о чем-то вроде этого.

– Я просто имела в виду...

Клэр мягко положила пальцы на губы Кэмерон.

– Я знаю, что ты имела в виду.

Они обе молчали. Пальцы Клэр по-прежнему неподвижно лежали на губах Кэм. Наконец она переместила свою руку на шею Кэмерон – неотрывно, пристально глядя на нее. Дрожа всем телом, она спросила низким голосом:

– У тебя кто-то есть?

Кэмерон подняла руку и притянула пальцы Клэр к своим губам, затем нежно поцеловала их, прежде чем позволила им отстраниться.

– Да.

– Я так и думала. В последние месяцы ты совсем пропала.

– Я...

Звонок в дверь прервал ее фразу.

– Извини, – пробормотала Кэмерон, удивившись, что швейцар не известил ее о посетителе.

Она быстро подошла к двери и посмотрела в глазок. Ошеломленная, даже забыв выругаться, Кэм открыла дверь Блэр Пауэлл.

Глава 23

– Что ты делаешь в Вашингтоне? – не веря своим глазам, спросила Кэмерон.

– Прости, что без предупреждения, – легкомысленно ответила Блэр.

Она засунула руки в карманы джинсов, а на ее лице светилась довольная улыбка, которую она не могла скрыть. Когда Кэмерон не ответила, улыбка исчезла с ее лица. Видя явное замешательство Кэм, Блэр спросила:

– Что-то не так?

Кэмерон вышла в коридор, прикрыв за собой дверь, и посмотрела по сторонам в поисках агентов.

– Где сопровождение?

– Агенты моей команды в отеле, а агенты Белого дома думают, что я сплю.

– Проклятье. Блэр, я думала, мы это уже обсуждали.

– Послушай, Кэмерон, – быстро сказала Блэр, напуганная раздражением в голосе Кэм, хотя и ждала, что та разозлится. – Я хотела увидеть тебя. Я должна была увидеть тебя.

Кэмерон закрыла глаза и глубоко вздохнула. Когда она заговорила, ее голос снова стал мягким.

– Извини. Мне просто показалось, что я не смогла донести до тебя, что ты не можешь бегать по городу сама по себе.

– Я и не бегала. Я взяла такси. – Она провела рукой по груди Кэмерон и игриво толкнула бедром ногу Кэмерон. – Итак, я могу войти?

– Извини. Нет.

Блэр изумленно вытаращила глаза.

– Почему нет? Не говори, что злишься из-за того, что я ускользнула от охраны, и агенты не знают, где я. Чтобы успокоить тебя, могу позвонить в Белый дом начальнику охраны. Я делала так и раньше.

– Не в этом дело. – Кэмерон колебалась, подбирая правильные слова, но затем поняла, что таких слов просто нет. – Я не одна, тут со мной кое-кто.

– Кое-кто… – Блэр уставилась на нее, ища глаза Кэмерон и не находя в них ничего, кроме боли. – Вы закончили, или она останется на ночь для второго раунда?

– Конечно, нет! Черт подери, Блэр...

– Это моя ошибка – я должна была позвонить.

Прежде чем Кэм успела возразить, Блэр развернулась и вышла на лестницу через пожарный вход. Слышалось лишь глухое эхо ее каблуков.

Блэр стояла в тусклом свете, прислонившись к фонарному столбу перед домом Кэмерон, где она только что побывала. Она и так знала, кто эта блондинка. Как будто специально, женщина обернулась, и их глаза встретились. Когда блондинка направилась в ее сторону, Блэр оттолкнулась от фонарного столба и пошла ей навстречу. Они остановились на краю мерцающих теней от уличного фонаря.

– Я бы представилась, – мягким сочным альтом сказала женщина, – но, должно быть, это не очень хорошая идея.

– Не очень, – согласилась Блэр. – Кэмерон напомнила бы нам, что мы не можем говорить о том, чего не знаем.

– Верно.

– Вы сами ушли или она попросила? – непринужденно спросила Блэр.

– Она. Вы в этом сомневаетесь?

Блэр пожала плечами. – Время от времени.

– Не стоит.

– Я бы могла поверить в это лет через десять – двадцать.

Блондинка улыбнулась с легкой завистью.