До последней строки - Юлия Обрывина
— Почему не проще отдать компромат арбитру напрямую?
— У них есть закон — не жрать себе подобных. Они нарушают его, но не своими руками, потому что арбитр посчитает это предательством братства. Так они десятки лет владеют всем и остаются в тени. Тому, кто начнет конфликт — конец, — говорит Луис и начинает тереть лоб, показывая взглядом, что Лекс медленно идет в нашу сторону.
— Ладно. Последнее… Что на флешке? Ты знаешь?
— Компромат на Уолдеров. Но интересно не это, а то, что Джон часто летает на Косту, но не передал информацию сам. Понимаешь, о чем я?
— Он не отдал “посылку” сам, потому что Хосе не доверяет ему? — предполагаю я.
— Ему нужны мы с тобой, Эв, — судорожно объясняет Луис. — Может, только поэтому ты еще жив, а я еще могу уехать. Ладно. Звони в любое время дня и ночи. Я приеду, куда скажешь.
Черт! Я бежал от Хосе, и вот он единственный, кто может меня защитить от Ноксов! Дерьмо!
— Спасибо за все, Луис, — говорю на прощание, пока он заводит тачку. — Хотя бы теперь я точно знаю, что меня не грохнут по дороге.
— Эван, пора ехать! — доносится за спиной, а я дожидаюсь, пока машина Луиса не исчезает за поворотом, и только после этого возвращаюсь.
Вив продолжает сосредоточенно что-то писать, а я завожу мотор, параллельно рассчитывая свои варианты на счастливый конец.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, выехав с парковки. — Пишешь письмо папе?
— Я хочу написать книгу, — отвечает она, посматривая на меня поверх блокнота.
— Вроде той, за которую тебя наградили? Кстати. О чем она была?
— О страданиях, — вздыхает Вив. — Но теперь я решила написать то, что мне нравится. Историю двух влюбленных людей из разных миров, которые нашли друг друга и прожили всю жизнь вместе.
Щурюсь от приторности и продолжаю шутить сквозь сильное напряжение.
— Еще одну? Разве их не полно?
— Она будет о тебе и обо мне. Такой никто не напишет.
— Так, я буду главным героем?
— А разве сейчас ты не главный? — тонко язвит Вив.
Улыбаюсь в ответ и спокойно предлагаю:
— Тогда одно условие. Пусть Эван будет лучшим для нее и не совершает столько ошибок.
— Для этого мне нужно знать об этих ошибках, — продолжает язвить она.
В ответ я принимаю вызов и наступаю на свои больные мозоли, чтобы наконец исчерпать тему:
— Напиши все известные мужские недостатки и примени ко мне.
— Пока я вижу только один. Самый непростительный, — серьезно говорит Вив, будто готова выпалить новый список претензий, но спустя пару секунд начинает улыбаться и прижимается щекой к моему плечу.
— И какой же? — сосредоточенно спрашиваю я, совершая поворот.
— Ты слишком неотразим, — смеется она.
Мне приятно. Очень! Но сейчас не время для нежностей. Слишком опасно.
— Вив, мы в машине. Помнишь, что я говорил? — напоминаю я.
— Да, да! Ты не любишь, когда тебя трогают за рулем, — отвечает она и отстраняется.
— Это не просто так, — объясняю, чтобы она не обижалась. — Однажды меня отвлекли, и мы чуть не разбились к черту.
— Женщина? — спрашивает Вив, спустя паузу.
— Да.
Наверное, она думает о какой-нибудь шлюхе, вроде тех, что были на яхте, но это была Мария. И случилось это в далеком прошлом.
Снова наступает тишина и длится до тех пор, пока мы не останавливаемся перед шлагбаумом, отделяющим дорогу и парковку у причала. Только повод, по которому мы снова начинаем говорить, мне совсем не нравится. И обозначить его можно одним словом — копы.
Они оцепили всю территорию и кучами слоняются без дела, а впереди маячит разбитая рожа Эймса, которого ведет под руки пара крепких парней.
— Эй, Эван! У тебя проблемы! — орет он, глядя на меня. — Офицеры! Это тот самый Эван Миллер.
Коп рядом с моей тачкой поворачивается и встает перед капотом со словами: “Прошу вас выйти!”.
— Мразь, — тихо протягиваю я и смотрю в испуганные глаза Вив: — Не бойся, я все узнаю и вернусь.
— Правда? — переспрашивает она и смотрит так, будто мы больше не увидимся.
— Да. Обещаю, — говорю и обнимаю ее.
Она отпускает меня не сразу. Только когда офицер открывает дверь и повторяет приказ, Вив нехотя отстраняется и все время смотрит мне вслед.
Какого хрена им нужно от меня?
— Чего вы хотите? — спрашиваю я, когда меня подводят к тачке с Эймсом.
— Ваше покаяние, — спокойно отвечает коп, протягивая мне телефон. — Возьмите. С вами кое-кто хочет поговорить.
Беру трубку и слышу знакомый голос Джона.
— Доброе утро, Эван. Как спалось?
— Все прекрасно, но не обязательно было звонить через копов. Могли набрать и мне.
— Предпочитаю более действенные методы, — гробовым голосом говорит Нокс и делает затяжку. — Я думал, что ты соблюдаешь условия нашего договора, как и Луис. Но вы оба решили, что вы умнее… Не слышал, что с ним произошло?
Я недавно видел его! Что могло случиться?
— Нет.
— Утечка бензина. Машина вспыхнула прямо на дороге. Ты же балансируешь на грани.
Понимание, что Луиса больше нет, прокатывается по мне внутренним криком, но я держусь, чтобы папа, мать его, Джон услышал только мое спокойствие.
— Черт! Что вы за люди? — спрашиваю я.
— Мы ценим договор, а он сболтнул лишнего. Все остальное неважно.
— Значит, я следующий?
— Вы неплохо проводите время с Вивьен, судя по двум фото из постели. А прослушка говорит о том, что ты решил сбежать с ней. Пусть так, но единственное, что тебе остается — это твой островок, — угрожает Нокс, но делает это так интеллигентно, что хочется орать, лишь бы вывести его на эмоции. — Беги. Скоро Эймс даст нужные показания, скажет, что Эван Миллер принялся за старое, и тогда твоей свободе конец. Теперь, если ты останешься здесь — сядешь. Попытаешься сбежать или свернуть с курса — тебя пристрелит Лекс. Единственный выход для тебя — сделать то, что обещал, и остаться там.
— Зачем я Хосе? — спрашиваю я, оглядываясь на Вив.
— Он ценит тебя, несмотря на побег, и ты стал условием нашей сделки с тех самых пор, когда Уолдер пришел на твою вечеринку.
— Вив согласилась быть со мной. Как вы будете выкручиваться? Насильно потащите замуж?
В трубке раздается хриплый смех и очередная затяжка, а следом звучит звон бокала.
— Ты недооцениваешь силу воспитания и привычки. Вив пойдет за тобой куда угодно, пусть так, но лишь на время. Ей не нужен бандит с кучей порочащих связей за спиной.
