Между - Лавли Рос

смотрю в глаза Димитрия, проваливаясь в них с головой. А потом я делаю шаг в сторону, разворачиваюсь и ухожу.

Я оставляю выбор за ним, хотя канатами тянет назад. Но я смотрю на входную дверь особняка и держу ее за ориентир. Иду к ней и бессознательно прислушиваюсь к каждому шороху.

Жду выстрела…

Жду.

Но тишина доводит меня до ступенек. Ничего не происходит. Я сжимаю ручку двери и оглядываюсь через плечо. Димитрий отбрасывает едва начатую сигарету и тоже поворачивает к дому.

Глава 23

Внутри так тихо, словно все попрятались от греха подальше. Никто не хочет связываться с пьяным боссом, у которого выпала черная полоса. Я оборачиваюсь, когда Димитрий тоже заходит в дом. Я молча протягиваю ему руку и сжимаю его ладонь.

– Тебе нужно отдохнуть, – говорю ему.

У меня бы не хватило сил сдвинуть его с места, но Димитрий поддается мне. Он ничего не говорит, а в его глазах до сих пор мерцает черная злоба. Я веду его наверх, в спальню, в которой провела последнюю ночь без него. Я понимаю, что сейчас не лучший момент спрашивать его, где он был. Потом узнаю. Сейчас ему действительно нужен отдых. Он совсем вымотался и принял лишнего в баре.

– А где врач? – спрашивает Димитрий, просыпаясь. – Она должна дежурить.

– Она смотрела меня, не беспокойся. Уже поздно, и я думаю, весь персонал спрятался в дальние комнаты, чтобы не попасть тебе на глаза.

С лестницей возникают трудности. Я подныриваю под его руку и помогаю ему сохранить равновесие. Правда, с Димитрием это чертовски сложно. Он сразу напрягается и как будто боится, что может поранить меня или придавить ненароком. Он упрямо клонится к перилам, стараясь едва касаться меня.

– Надо было лечь на первом этаже, – бросает он хмуро.

– Надо было. – Я киваю. – Я не подумала. Я вообще пока плохо понимаю планировку этого дома.

– Мы здесь не задержимся.

– Да?

– Я же говорил тебе, это безопасное место на случай неприятностей. Все свои проблемы я уже решил.

– Тебе больше ничего не угрожает?

– Глобально – нет, – Димитрий усмехается и совсем забывается, он подхватывает меня за талию и переносит через последнюю ступеньку. – Я только потерял деньги, их уже невозможно вытащить назад, но в остальном… можно жить дальше.

Он снова покачивается, и в этот раз деваться ему некуда. Перила кончились, а до коридора мы еще не добрались. Он напирает на меня сзади, ища опоры. Мне удается удержать его, хотя в какой-то момент мне кажется, что мы сейчас оба рухнем на пол.

– Это в первый и последний раз, – хрипит он.

– Что именно?

– Я так надираюсь в первый и последний раз.

– Я запомню. – Я улыбаюсь и чувствую, как он собирается с силами, чтобы сделать следующий шаг самостоятельно. – Нам нужна вторая дверь направо.

Я киваю в нужном направлении.

Когда с двух сторон появляются стенки коридора, Димитрий смелеет и вышагивает увереннее. Я открываю дверь спальни и вхожу первой, потом зажигаю свет и иду к окну, чтобы впустить в комнату свежий воздух.

– Не уходи далеко, – отзывается Димитрий и проводит ладонью по воздуху, словно ищет мои ускользнувшие пальцы.

Он падает на край кровати. Садится, широко расставив ноги, и не отрывает от меня взгляда. Я возвращаюсь к нему и закапываюсь пальцами в его темных волосах. В такие мгновения легко поверить, что я могу быть лекарством для него. Он даже дышит иначе… и он дышит мной.

Димитрий запрокидывает голову и напирает пальцами. Сдавливает мою талию, лаская так, что я испытываю болезненное удовольствие. Я кладу ладони на его плечи и первая тянусь к его губам. Мне хочется, чтобы он расслабился и выплеснул хоть толику эмоций через секс.

Пусть даже грубый и животный, я все равно уверена, что смогу справиться с ним. Он ведь мой мужчина. Я теперь знаю это наверняка, чувствую каждой клеточкой и слышу в каждом перекрученном выдохе Димитрия. Всё, что успело произойти между нами за последние дни, вывело нас на новый уровень. Доверие, близость, искренность… и даже желание – оно тоже стало другим. Острее и горячее. Как густой поток, который течет прямиком по кровотоку.

– Ты моя, – говорит Димитрий, обхватывая крупными ладонями мое лицо и притягивая к себе. – Ты вся, от и до…

В его голосе то вспыхивают голодные нотки, то проявляется удивительная нежность. Все-таки алкоголь развязывает ему язык, позволяя быть предельно открытым.

– Я понятия не имел, что так бывает, – шепчет Димитрий и утягивает меня на кровать, под себя. – Я завяз в тебе…

Я плавлюсь в его горячих умелых руках и едва удерживаю внимание на том, что он говорит. Хотя его прикосновения важнее. Я уже влажная и готовая принять его, мне уже слишком много прелюдии. Мне она вовсе не нужна, так что я дергаю его ремень и развожу ноги. Его жар, запах, его смазанные движения, в которых чувствуется самый настоящий голод… Этого достаточно, чтобы я завелась и хотела ощутить его внутри себя.

– Я остановлюсь, если надо, – неожиданно бросает Димитрий, хотя все его тело говорит о том, что ему легче сорвать планету с орбиты, чем оторваться от моего тела.

Но он даже успевает приподняться на руках и чуть отодвинуться, пока я пытаюсь понять, что он только что произнес. Я подрагиваю под ним и хватаю пальцами его запястья, возвращая его руки на свое тело.

– Даже не думай останавливаться, – выдыхаю и целую его шею, а потом спускаюсь ниже, ища на его коже спусковой крючок. – Я хочу тебя.

Он посылает к черту самоконтроль.

Толкается в меня размашистым толчком, заполняя и приручая. Я стону в голос и жадно целую его, сама не понимая, куда попадают мои губы, а еще через несколько мгновений я вообще перестаю существовать. Пропадает комната, пружинистый матрас, белый потолок… Остается только буйное душное удовольствие.

Оно вспыхивает с каждым его новым толчком.

Скатывается капельками пота по спине.

И сносит высокой волной на самом пике.

– Милый, – выдыхаю и прикусываю его плечо.

Я так сильно обнимаю Димитрия, словно хочу влиться в его крепкое мускулистое тело и прочувствовать, как его дрожь становится моей и наоборот.

– Милый, – повторяю слабее и чувствую, как он подтягивает меня к подушке и целует мои скулы.

На следующий день я просыпаюсь из-за яркого света. Солнце разошлось не на шутку. Я морщусь и полусонная перекатываюсь на другую сторону. Натыкаюсь на Димитрия, который еще лежит в кровати.

– Ой, прости, – шепчу виновато. – Я не подумала,