Испорченный... Книга 2 - Екатерина Юдина

запаха, оставшегося в комнате, но я пока неплохо держалась. Помпей обернулся, посмотрев на мои пальцы, сжимающие его запястье. — Если все так серьезно, я требую, чтобы ты освободил мою стаю. Если ты их будешь держать в плену, их могут поймать или убить. Ты слышал, что сказал Импе…

— Требуешь? — Помпей не дал мне договорить. Он приподнял одну бровь, переведя взгляд на меня. — Мне, блядь, начинает казаться, что слишком многие от меня чего-то требуют. За последние две минуты я услышал это слово как минимум от двух человек.

У меня вырвался глубокий и протяжный вздох. Господи.

— Прошу. — поправилась я. — Отпусти мою стаю на свободу. У нас уже нет времени выяснять, кто взял мои подавители.

Он развернулся ко мне. Наклонился, поставив ладони на кресло позади меня, так, что наши лица оказались напротив.

— Скажи имя того, с кем у тебя метка, и я отпущу их, допросив.

Дерьмо. Я прикрыла глаза.

— Я не могу.

— Готова рискнуть жизнями своей стаи, чтобы сохранить его личность в тайне? — усмехнулся нехорошо Помпей. — Насколько же он тебе дорог? Я чувствую сильное желание убить его прямо на твоих глазах.

— Он мне совершенно не дорог. — мотнула я головой. — Просто я не хочу, чтобы и без того сложная обстановка накалилась. Однажды я найду способ снять эту метку, не заставляя никого умирать или спать со мной.

— Я вроде бы не на сказках тебя воспитывал. Почему ты веришь в подобное?

— Потому что я сделаю это. Клянусь.

На лице альфы промелькнула еще одна усмешка. Он подался ближе, почти прикоснувшись губами к моему уху и тихо произнес, вызывая колющие мурашки, пробежавшие у меня по затылку:

— Глупый младший брат. Кого ты пытаешься обмануть?

— Помпей… — я дернулась назад, пытаясь его оттолкнуть, но альфа перехватил меня за запястье и дернул обратно, прижав его к своей груди.

— Если ты внезапно оказалась девушкой и омегой, это не значит, что ты изменилась, Нуб. — плевал он на мои попытки вырваться. Он насмехался надо мной. И, как и Империя, впервые назвал меня по прозвищу за долгое время. — Я до мельчайших деталей знаю, как меняется твое лицо, когда ты обещаешь невыполнимое. Я тебя знаю лучше, чем кто-либо другой.

— Отпусти. — потребовала я. Его дыхание, ударяющееся об кожу, вызывало те чувства, которые я вообще не хотела испытывать. Сердце колотилось об ребра от подобной близости.

Помпей разжал пальцы, скользнув ими по запястью, и это вызвало новую волну мурашек, и тепла от прикосновения, которое коснулось самого сердца. Слишком аккуратно. Несвойственно этому человеку.

— Отпущу. — произнес Помпей, отстранившись. Я подумала, что он ответил на мою просьбу, но альфа внезапно продолжил. — Те, кто не вызовет у меня подозрений после допроса, получат свободу.

Черт. Я поняла, что он говорит про стаю, и ощутила облегчение, заполняющее душу.

— Спасибо. — выдохнула я. Хотя, он ничего хорошего не сделал. На самом деле он был обязан отпустить мою стаю сразу после того, как он, черт побери, узнал, что я его не предавала. Но плевать. Они получат свободу. Остальное неважно, и я готова благодарить Помпея каждый день, если это будет гарантией безопасности моей стаи.

— Я ненадолго покину дом. — произнес Помпей, посмотрев на меня. — Хоть обстоятельства и изменились, я напоминаю, что к Смерти подходить я тебе запретил. Пока меня нет — не снимай мою одежду.

— Не буду. — пообещала я. Альфа еще раз обвел меня взглядом, словно пытаясь что-то прочитать во мне, а потом, развернувшись, ушел из комнаты.

Я, выдохнув, упала в кресло.

Черт. Все вокруг менялось так быстро, что я не успевала сообразить. Одна проблема исчезала, и тут же появлялась следующая.

Моя стая получит свободу, но теперь передо мной появилась новая опасность.

Вавилон, черт побери. И наша метка. Я не знала, как он отреагирует на меня на встрече с другими альфами.

Хотя, была проблема и похуже. Глобальнее. Я всю жизнь скрывала свою сущность. Притворялась парнем и именно им для всех являлась. Поэтому слова Империи касательно того, что меня следует раскрыть казались мне полной дикостью. Чем-то невозможным. Тем, что точно не произойдет, иначе я свихнусь.

Одно дело Империя. Он сдержанный и для него я была незнакомым человеком. Совершенно другое — парни, с которыми я годами дружила и теперь должна была сказать им, что я девушка. Омега.

Вся эта ситуация одна сплошная дикость, которая просто не укладывалась у меня в сознании, из-за чего я стойко считала, что ничего такого не произойдет.

****

Бесцельно пошатавшись по дому после отъезда Помпея, я поняла, что сколько бы я не думала, проблему с меткой и Вавилоном я не решу. Все будет зависеть только от него. Скроет ли он этот факт, или объявит перед Помпеем. Вряд ли первое будет в его характере.

Моя голова уже кипела от мыслей. Сейчас мне, как никогда, нужен был совет. Я посмотрела на время. Помпей отсутствовал уже несколько часов и дело близилось к вечеру.

— Черт. — произнесла я, вздохнув. — Извини, братец. И пошел ты к дьяволу со своими запретами.

Я направилась в комнату, где видела Смерть. Это было в другой стороне от гостиной, которую я мерила шагами.

Перед дверью я замерла. Смерть был еще там. Я чувствовала его запах, смешанный с запахом крови, поэтому, вздохнув, и набравшись решимости, толкнула дверь, заходя внутрь.

Смерть сидел на диване, без футболки, что-то печатая в телефоне. Первое, что я увидела — это заплатка на месте ранения, прилепленная кое-как и уже пропитавшаяся кровью. Я видела, как тяжелая капля медленно стекала по ребрам Смерти, оставляя за собой след, яркий даже поверх темных тату, а он даже не обращал на это внимания.

Те бинты, которыми я обматывала его несколько часов назад, он уже убрал. Я оставляла его с нормальной раной, которая уже не сильно кровоточила, так что бинты должны были продержаться хотя бы до ночи в нормальном состоянии. Только, конечно, если Смерть не был сильно невнимателен к себе и не потревожил рану.

— Что ты, черт побери, делал? — вырвалось у меня, и я подошла к парню, совершенно наплевав, что он не одет как следует. Как только я подошла к нему и присела на корточки, протянув руку к ране, он поймал ее за запястье, остановив, и мы пересеклись взглядами.

Смерть редко что говорил, поэтому сейчас я отчетливо поняла, что он хочет, чтобы я ушла.

— Я не уйду. — возразила я. Почувствовав что-то неладное, я посмотрела на его руку, которой он меня держал. — Почему ты такой