Миллионер без гроша и серая Мышка - Аля Кьют

ждал в раздевалке качалки, пока пацаны ржали в душевой. Удивительно, но их побитые морды и поражения не влияли на настроение. Этим ребятам нравился процесс. Они забывали боль и уныние очень быстро. Безмозглые.

Хотел бы я прямо сейчас тоже иметь эмоциональную память, как у рыбки.

Хотя… Нет уж, к черту. Я лучше буду лузером с головой, чем придурком с кулаками и дебиловатой оптимиздой.

Со своим финальным поражением и кислой мордой я опять стал врагом народа. Никто со мной не разговаривал, не хлопал по спине. Они даже не смотрели в мою сторону. Я побрезговал мыться в общей душевой, чем тоже не добавил себе очков дружбы. Ну и плевать. Я хотел получить свои деньги и забыть этот клоповник, как страшный сон.

Но Григорич все не шел. Половина ребят ушли, остальные пили пиво, обсуждая бои. Я сидел в углу, понимая, что-то пошло не так.

Григорич пришел-таки, но не обнадежил остатки моей жизнерадостности.

– Пошли, – бросил он, кивнув мне в сторону выхода.

Я поднялся и пошел, конечно. Точно знал, что ничего хорошего в конце пути мне не скажут.

Глава 15. Аудиенция

Мы снова оказались в кабинете, где днем заседал разрисованный Миша. Только теперь за его столом был сам Гриф. Его подруга сидела на столешнице ко мне спиной, изучая свои идеальные наманикюренные черные ногти.

– Здравствуйте, – проговорил я.

Вежливость включилась на автопилоте. Я понимал, что Гриф сейчас для меня как начальник или заказчик, поэтому сразу вел себя соответствующе. Люди высокого ранга такое ценят и чувствуют сразу. И не важно с кем ты общаешься. Инвестор, который ищет, куда приткнуть миллионов семь-восемь долларов или хозяин подпольного ринга в Подмосковье. Все они считают себя лучше остальных и любят, когда ты это признаешь.

– Ну, привел, поскакун, – поприветствовал меня в ответ царек.

Он вышел из-за стола и протянул мне руку, представляясь запросто:

– Я Женя.

Пожав ему крепко руку в ответ, я тоже назвал свое имя, которое, конечно, ему было известно и так.

– Дима.

– Знаю-знаю. Дима из ниоткуда, который ушатал моего Петяя.

– Петяя давно нужно было ушатать, поднадоел он, – лениво протянула подруга Грифа, не оборачиваясь на меня. – Тупой, как дерево. Только здоровее всех.

Женя хмыкнул, оборачиваясь на девушку. Я заметил, что ему не по вкусу критика дамы, но шеф сглотнул свое мнение.

– Моя невеста – Саша, – представил он ее и сразу пояснил: – Санек у нас ценитель изящных боевых искусств.

Гриф помял плечи подруги. Она сжалась, но не скинула его руки.

Я прикрыл глаза, заставляя себя прекратить анализировать их отношения, но попробуй запретить себе дышать. Все возможно, но я не преуспел. Даже спину подруги Грифа мне было интересно рассматривать. Интересная барышня. Нетипичная подружка бандита. Она вызывала любопытство. Не в сексуальном смысле, просто интриговала как явление.

Моргнув, я наконец прервал затянувшуюся паузу и воркование влюбленных.

– Так зачем ты меня пригласил, Женя? Деньги торжественно и лично вряд ли вручишь. Я же слил третий бой.

Гриф вернулся в кресло, положил ладонь на бедро подруги, но этого ему показалось мало, и он усадил ее себе на колени. В этом жесте я опять не увидел нежности или желания близости. Он держал ее, как кошку. Не тискал, не целовал, просто фиксировал руками, обозначая свое владение.

И я наконец увидел лицо Саши. Она оказалась очень красивой. Даже какой-то уникальной. В ней точно было намешано несколько национальностей. Интересный разрез глаз, черные угольные волосы и такие же выразительные широкие брови. Ее хотелось рассматривать, хоть мне и не стоило этого делать.

– Ты поставил на себя в тотале, – вернул меня к разговору Женя.

Он, к слову, прекрасно видел, что я рассматриваю Сашу, но его как будто это не беспокоило. Даже наоборот.

– Я не ставил, – буркнул я, пожав плечами добавил: – У меня и денег нет.

– Не держи меня за дурачка, Дима, – сразу перестал петь соловьём Гриф. – Григорич на тебя поставил, а он никогда не ставит на новичков.

– Всегда бывают исключения, – продолжил я упрямиться, но тренер пихнул меня в плечо.

Григорич сдал нашу паленую схему тут же:

– Сам он на себя поставил, Жень. Сказал, мобильник отдаст, если сольется. Я на то и рассчитывал, если честно. Петю чудом Димка одолел.

– Спасибо, что не брешешь, Сергей Григорич, – учтиво ответил ему Гриф. – Я все понял. Ты иди.

Григорич вздохнул и удалился. Попрощался с деньгами, точно. А Гриф сверлил меня глазами и точно не собирался отпускать просто так. Я вообще не нервничал почему-то. Хотя меня могли тут убить и закопать. И, возможно, даже сам Марат Казаев с его чутьем породистой ищейки не нашел бы мой трупак.

– И что мне с тобой делать, Дима? – почти весело поинтересовался Гриф.

– Казнить или миловать? – продолжал я кривляться.

Может быть, и мне слегка отбили ту часть разума, что отвечает за самосохранение.

– Казнить не за что, – неожиданно вступилась за меня Саша.

Женя ответил ей:

– Наградить тоже не за что.

– Согласна. – Девушка пожала плечами. – Однако шоу сегодня было отличное. Наконец, этого кретина Петю кто-то скинул с пьедестала, а то он уже корону отрастил.

– Согласен, – поддержал ее Гриф.

Я стоял и офигевал, не встревая в этот раз. Они вершили мою судьбу, как царь с царицей.

– Хочешь отдать ему выигрыш? – спросил Женя. – Скажи «да», и я велю выдать все до копейки.

Я вздрогнул и встретился взглядом с невестой Грифа. Ее глаза были такие синие и какие-то загадочно печальные. Она слишком хороша и умна для такого места. Но как будто никто Саше не предложил занять место получше, и она считала настоящее приемлемым.

– Зачем тебе деньги? – спросила она. – Правду говори.

– Хочу подруге куртку купить, – выпалил я моментально, как на исповеди.

Наверное, брехня про больную маму, сестру или бабушку была бы убедительнее, но я не