Миллионер без гроша и серая Мышка - Аля Кьют

стояли во главе, но страх тоже присутствовал. Стрех неизвестности, конечно. Я не боялся спаррингов с Маратом, зная его сильные и слабые стороны. Мне было интересно иногда устроить бой со знакомыми из зала. Даже от ребят из подвала я знал, чего ждать, трезво оценивая их и свои силы. Но на публичный бой мне выставят совершенно незнакомого противника. И я подозревал, что не самого слабого.

Вряд ли это снова окажется Митяй. Я не ошибся.

Народу в зале было немного. Я не видел лиц, только силуэты и слепящие лучи прожектора. Дешёвенького и от этого не менее противного. Жмурясь, я прошел к рингу. Ведущего здесь не было, зато не обошлось без девочек в купальниках с табличками. Тренер усадил меня в углу и сделал одолжение, пояснив:

– Кира Грязный – твой противник. Ничего особенного, но любит дать по яйцам незаметно для судьи. Черт знает, как он это делает. Но большую часть боев он выиграл именно так. Никаких апелляций и просмотров видео, конечно, тут не делают. Его противники просто психуют и теряют концентрацию. Береги хозяйство, приятель.

– Понял, спасибо, – поблагодарил я, немного охреневая от ужасно болезненного массажа плеч.

Может, Григорич так готовил меня к болезненному удару в пах? Уж точно не разминал мышцы. Я и так был горячий и готовый.

Грязным Киром оказался вонючий маленький мужик. Странно, что он хватал противников за самое дорогое. Его суперсилой точно должна была стать сбивающая с ног вонь. Удивительно, что ему никто не сказал об этом. Настолько ведь очевидное преимущество.

Девчуля в бикини прошла мимо нас и дали гонг началу раунда. Я старался держать дистанцию и пару раз действительно приходилось делать тверковое движение ягодицами, чтобы отпрянуть и не дать схватить меня за самое дорогое.

Кир так увлекся своими грязными во всех смыслах маневрами, что быстро пропустил от меня мощный хук справа и упал, как будто я его пристрелил.

Он не спешил подняться.

Зал взорвался криками и аплодисментами. Мне засчитали победу сразу, даже отсчитывать судья не стал. Ему все стало ясно. Как и всем.

Слишком просто.

Я отошел к канату. Никто меня не обтирал полотенцем и не давал попить воды. Я сам потянулся к бутылке и сделал один глоток, чтобы не булькать, просто смочить горло.

– Слишком просто для тебя, – сообщил Григорич. – Повезло, Дима. Вон сам шеф пришел. Считай, вся страна на тебя смотрит. Постарайся не обосраться еще два раза – и будет карьера.

Я не стал говорить, что мне их карьера уперлась в одно место, где у негра очень темно.

Пока я отдыхал и настраивался, вышел мой второй противник. Здоровее Митяя и, судя по его разминке, мозгов было побольше, чем у нашего богатыря из подвальной качалки.

– Что с ним делать? – спросил я у Григорича.

– Постарайся выстоять два раунда. В третьем он помрет и сможешь быстро отдубасить. Но сначала просто уходи, изматывай. Пропустишь хоть куда, и больше не встанешь. Он фаворит шефа. Сложный бой. Странно, что вторым тебе Петю дали. Обычно его на закуску. Наверное, Гриф посмотреть на него хочет побольше.

Я вздохнул и глянул в ложу на Грифа. Он тут же поймал мой взгляд, хотя сидел достаточно далеко и, возможно, мне показалось. Но – нет. Хозяин всей это богадельни подмигнул мне и ткнул двумя пальцами, намекая, что наблюдает за мной. Ну да, ему интересно.

Приятеля Марата, Женю Грифелева, я лично не знал, только понаслышке и рассказам Казаева. И слухи про хозяина подпольного ринга ходили неприятные. Сам факт, что он владел кровавой ареной с тотализатором, не внушал мне приязни. Остальное касалось его предпочтений по части интима. Но Марата это не смущало, а мне было глубоко пофиг, если честно. Я и зрителем здесь бывал раза три всего. Что мне с этой шайки полубандитов? А вот ведь – прибился и стал одним из бойцов. Хотя зарекался…

Неисповедимы пути Господни.

– Эй, Григорич, а я ведь могу на себя поставить? – спросил я у тренера, вспоминая про дополнительную возможность заработать и основной доход от всех этих побоищ у Грифа.

Григорич неоптимистично хмыкнул.

– Можешь, малыш. Но я бы советовал ставить на Петю. Так хоть на зеленку заработаешь. Бывалым платят за каждую победу. Но ты новичок и должен выиграть все три боя. Ты парень шустрый, но Петю не затащишь. Поверь.

– Верю, – поспешил я согласиться. – Поставь на меня десятку, тренер. Если просру, отдам мобилу. Если выиграю, деньги пополам.

Григорич прищурился на меня и с минуту думал, а потом неожиданно спросил:

– Честное слово мне даешь?

– Клянусь, – горячо кивнул я.

Он больше ничего не сказал, но отошел к зоне, где принимали ставки и вернулся таким же загадочно тихим. Только, когда девица снова прогулялась с табличкой, тренер пожелал мне:

– Удачи, Дим. Не забывай про мобильность. Закрывайся, если успеешь. Тогда есть шанс.

Напутствие Григорича больше позабавило. Конечно, он стал волноваться за мою победу, когда сам оказался в деле. Уверен, на меня ставили один к десяти, но, возможно, коэффициент был чуть меньше из-за первой победы. Нужно было сразу поставить, но я слегка перепсиховал и забыл.

Что ж, тем интереснее и важнее будет выиграть это бой.

Петя встал передо мной и не протянул руки для приветствия. Он плюнул на мат, обозначая свою брезгливость. Эх, лучше бы вонючка был таким пафосным. А то у меня до сих пор, кажется, пахло от перчатки несвежим дерьмом.

Прозвучал гонг, и я встал в защитную стойку, помня о важности обороны.

Не знаю, кто кого выматывал в первом раунде. Я дышал, как астматик, всю дорогу и чуть не выплюнул легкие, когда сел обратно в свой угол и начал кашлять.

– Нормально, молодец, – подбодрил меня тренер. – Петька уже еле дышит.

– Я тоже, – прокаркал я и сплюнул что-то ужасное мерзкое. Черт знает, откуда у меня в организме такая субстанция. Но, пожалуй, хорошо, что мы расстались с этой слизью.

– Ничего-ничего. Дыши соколом.

– Что?

Я перестал что-то понимать. Какие еще соколы?