Биверли Бирн - Огненные птицы

– Я вспомнил, что видел нечто любопытное, когда листал газету в поисках этой кошмарной рецензии. Вот. Сегодня день открытых дверей в Суоннинг Парке, в Сассексе. Помнишь это место?

– Тот дом, что поблизости Брайтона? Да, помню.

– Они приглашают сегодня к себе всех, кто пожелает. За двадцать пять пенсов. За эти деньги можно осмотреть и парк, и все остальное. Средства собирают в благотворительных целях. Тебе бы не хотелось там побывать сегодня?

– Сегодня? Так уж начало первого.

– Ну и что? Ведь это сегодня, только сегодня. Другой такой возможности не будет – происходит лишь раз в году. И часам к пяти мы туда доберемся. Сейчас поздно темнеет.

Он был прав. Одной из самых восхитительных особенностей этого английского июня было то, что темнело здесь лишь после десяти вечера.

– С удовольствием поехала бы.

– Тогда, давай одевайся и поедем.

С его стороны это было неслыханным жертвоприношением и одновременно извинением за свое хамское поведение. Лили не забыла, как он высказался в адрес этого имения тогда, в декабре:

– Я ненавижу это чертово место – были его слова.

Ладно, может быть теперь он изменил мнение о нем. Иногда Энди мог быть абсолютно непредсказуемым.

Стрелка часов приближалась к четырем, когда они прибыли в Суоннинг Парк. Здесь было полно народу. Толпа людей выглядела чрезвычайно разнообразной – и стар, и млад. Одеты они были и в джинсы и старомодные шелковые платья, и деревенские одежды с длинными юбками и белыми блузами, в твидовые пиджаки, рубашки, в галстуках и без них, в общем, здесь были представлены все социальные слои сегодняшней Англии. Конечно, это были не только зеваки-простолюдины, прибывшие сюда поглазеть на «общество» и «шикарную жизнь». Профессиональные взгляды некоторых, кто осматривал подстриженные кусты и ухоженные лужайки, могли свидетельствовать о том, что эти люди собрались сюда поучиться искусству садовников.

Рядом с ними женщина в шляпе и перчатках обсуждала с каким-то бородачом в свитере с университетской эмблемой достоинства гортензий или, может быть, орхидеи и условия их произрастания в Шотландии.

– Все здесь такие образованные, – вырвалось у Лили.

– Похоже на то, – рассеянно, как всегда, ответил Энди.

Лили прикидывала, чем вызвана эта его рассеянность, то ли Соуннинг Парком, то ли рецензиями.

Запрокинув голову, она любовалась домом. Он походил на драгоценный камень, вставленный в оправу, не менее роскошную, чем он сам. Медово-желтый цвет каменных его стен прекрасно сочетался с сочной зеленью лужаек; в окнах мансард, уютно примостившихся под крытой черепицей крышей, отражалось солнце и пестрые клумбы цветов.

– Боже, какое чудо, – пробормотала она. – Кто это построил?

– Кто здесь сейчас обитает?

– Построен он был в 1603 году. Это был год, когда умерла Елизавета Первая. В тот год и закончилось правление Тюдоров. И одним из последних деяний нашей старушки Бетти было объявление одного чудного парнишки по имени Уильям Престон первым виконтом Суоннингом. Он достаточно отвалил денег из своего состояния в пользу короны, чтобы снискать себе такие почести. А на то, что у него оставалось, он отгрохал вот это.

– Это можно назвать памятником до небес на все времена. Вряд ли есть лучший способ себя увековечить. Тебе не кажется?

Энди пожал плечами.

– Смотря как на это посмотреть.

– Ты так говоришь лишь потому, что считаешь себя антиаристократом. А кто же нынешний виконт?

– Его вообще не существует. Титул этот был упразднен в 1939 году, когда последний лорд Суоннинг отправился на тот свет, так и не заимев наследника. Понимаешь, ну не было наследников мужского пола, даже никакого паршивого кузенчика не было по прямой линии. Пиф-паф – и больше никаких виконтов. С тех пор домик этот не раз и не два сменил своих владельцев. Место это считается несчастливым, этот роскошный Суоннинг Парк. Все, кто был его владельцами, предпочитали его продать и как можно скорее.

– Откуда тебе все это известно?

Вместо ответа он предложил немного пройтись, Вблизи имелся небольшой указатель, написанный от руки, со стрелкой, направлявшей их туда, где росли ирисы и папоротники, и сад с декоративными каменными горками. Энди остановился возле него.

– Мне кажется, я помню пруд, где водились дикие утки, расположенный позади этого садика с горками. Может эта орда фанатиков-садоводов не очень интересуется утками.

Из-за обилия народу идти было затруднительно, а разговаривать и вовсе невозможно. Но, в конце концов, они все же добрались до садика. Энди увлек ее на узкую, наполовину скрытую листвой тропинку. И они сразу же оказались одни.

– Тебе действительно известны здесь все ходы и выходы, – восхитилась Лили.

– Я же говорил, что этот последний виконт Суоннинг был каким-то нашим родственником. Его первая жена была младшей сестрой моего отца, моей теткой Филиппой. Она умерла очень молодой, когда меня еще не было на свете.

Лили изучающе смотрела на него.

– Если виконт умер в тридцать девятом году, так это случилось до того, как ты появился на свет.

– Да, но дом не мог быть продан до истечения определенного срока, и мой отец присматривал за ним до пятьдесят второго года. Иногда он имел обыкновение брать меня сюда с собой.

Он свернул еще на какую-то тропинку.

– Мне кажется, сюда.

Через несколько минут деревья расступились и они стояли на довольно широком, поросшем травой берегу пруда.

– Красиво, – похвалила Лили. – И потом, тебе пришлось, наверное, как следует вызубрить историю твоих предков, как живых, так и отошедших в мир иной? Поэтому-то ты так хорошо помнишь все детали.

– Нет, не поэтому. Те статьи, которые я писал для газет, требовали определенных знаний. Этот Суоннинг Парк очень подходит для разного рода загадочных историй. Дело в том, что тринадцатый виконт не просто умер в тридцать девятом году, а был застрелен своей второй женой.

– Вот оно что! Значит, это история о призраках и скелетах в платяных шкафах? – решила подшутить Лили.

Энди не принял ее шутливого тона.

– Лили, ты веришь в то, что может существовать случайное стечение обстоятельств?

Она вспомнила об одном его высказывании.

– Мне казалось, ты готов поставить стечение обстоятельств вне закона.

– Это, конечно, очень ценная идея. Но, полагаю, мне это не под силу. Но ты так и не ответила на мой вопрос.

– Естественно, я в это верю. Такое случается постоянно.

– Хорошо, что и здесь нет никаких разногласий.

– Мне повезло. – Энди отвел глаза. – Тебе ничего не говорит имя Аманда Кент?

– Что?!. Аманда?.. Иисусе Христе! Каким образом тебе удалось раскопать это? Ты что, усыпил меня? Загипнотизировал? Или я просто пробормотала это во сне? – Несмотря на показную игривость, чувствовалось, что Лили была не на шутку поражена.