Сьюзен Льюис - Летнее безумие

— Ты ничего не можешь сделать. И я ничего от тебя не хочу. Ничего!

— Ну что ж, а я очень многого хочу от тебя, Консуэла, и не уйду из твоей жизни, пока не получу всего сполна. Так где она, Консуэла? Где ты ее прячешь?

— Она мертва, Джейк, слышишь, мертва.

— Нет, — покачал головой Джейк, — она жива.

Губы Консуэлы дрожали.

— Ради Бога! — взмолилась она, — ты же видел ее могилу. Какое еще тебе нужно доказательство?

— Эта могила пуста, как твоя душа, Консуэла, — резко бросил он.

— О Боже, пожалуйста, ну что ты со мной делаешь! — зарыдала она, прижав кулак ко рту. — Она в могиле, Джейк.

— А если ее видели? Что ты на это скажешь?

— Это невозможно, — задыхаясь простонала она и закрыла глаза.

Джейк посмотрел на нее испепеляющим взглядом.

— Я найду ее, и тогда моли Бога о пощаде, Консуэла.

Когда Джейк в ярости хлопнул дверью, Консуэла бросилась на кровать. Марианна, внезапно появившаяся из ванной, быстро подошла к Консуэле и обняла ее.

— Ты слышала? — хрипло спросила Консуэла.

Та кивнула.

— И так всегда. — Консуэла вытерла глаза. — Он не верит мне.

— Но почему, если он видел могилу?

— Потому что кто-то сказал ему, будто она жива, и он поверил… Но это ложь, моя девочка умерла…

Она разрыдалась, уткнувшись в плечо Марианны. Та обняла ее и тихо гладила, пока Консуэла не успокоилась.

— Слава Богу, что он не видел тебя здесь. — Она улыбнулась, заглянула Марианне в глаза и нежно убрала с ее лица светлые шелковистые волосы.

Марианна не отрываясь смотрела на нее, потом медленно наклонилась, закрыла глаза и поцеловала Консуэлу в губы.

Через несколько минут Консуэла встала с кровати и подошла к окну: машина Джейка отъезжала от дома. «Да, очень плохо, — подумала она, — ничего не вышло, и Дэнни не встретилась с Марио Моранди». Только Дэнни, полагала Консуэла, удалось бы выяснить для нее, работает ли Моранди на Джейка. Что ж, найдутся другие пути, представятся другие случаи, и если она осуществит задуманное, то Дэнни Спенсер погубит Джейка Мэлори.

— О Боже! — застонал Эрик Свенсон. Он закрыл глаза и оперся на руки, стараясь глубже проникнуть в нее. Его узкие бедра ритмично двигались вверх и вниз, дыхание участилось, кровь стучала в висках и он боялся кончить скорее, чем хотел.

Дэнни страстно билась под ним, вцепившись в спинку кровати, грудь ее колыхалась. Она протянула к нему губы, и, когда их языки сплелись, Дэнни впилась пальцами в его спину, царапая ее и поднимая ноги все выше и выше.

Свет был приглушен, но она видела его необычайно красивое лицо, напрягшееся в предощущении оргазма. Эрик посмотрел на ее фиалковые глаза, затуманенные страстью, громко застонал, и его тело начало содрогаться.

Он не понимал, как это вышло, не помнил, когда они покинули террасу Жан-Клода и оказались здесь. Казалось, еще минуту назад они говорили, а в следующую — она лежала под ним на кровати, и он, утратив контроль над собой, страстно занимался с ней любовью.

Едва увидев Дэнни, он понял, что должен обладать ею, чего бы это ни стоило. Эрик никогда не встречал столь прекрасной и чувственной женщины, а ведь он немало повидал их благодаря своей профессии. Всего за несколько минут он, точно околдованный, потерял голову от этих немыслимых глаз и пленительного тела. Ни одна из женщин не отдавалась ему с такой страстью.

Перед тем, как уйти из сада, он поговорил с Жан-Клодом о каких-то пустяках и нервничал, ожидая ее, так, как не нервничал даже подростком. Жан-Клод подтрунивал над ним, напоминая, что, вероятно, то же самое он испытывал вначале с тремя своими женами. Отчасти Жан-Клод был прав, но Эрик не сомневался, что на этот раз все будет иначе.

Эрик, задыхаясь, повалился на нее. Сердце еще не успокоилось, он прижался к Дэнни, но едва восстановил дыхание, как она поднесла свою прекрасную грудь к его губам. Он обхватил губами мягкий сосок, втягивая его все глубже и массируя ее тело рукой. Когда она застонала, Эрик открыл глаза и увидел, что голова ее мечется по подушке, лицо напряглось, и она близка к оргазму. Он начал сосать еще сильнее, рука его скользнула вниз, замерла между ее ног, а потом пальцы коснулись мягкой плоти.

— Да, о да! — бормотала она, вцепившись в его светлые волосы.

Его палец продолжал свою работу, и вскоре Эрик услышал глубокий вздох, почувствовал, как она задрожала, с силой прижимая его к себе, и стала царапать. Дэнни закинула на него одну ногу, желая, чтобы его рука вошла глубже. Он быстрее заработал пальцами и прикусил ее сосок. Дэнни закричала.

— Да, да! — восклицала она. — О Боже мой, да! — Перевернув его на спину, она склонилась над ним на коленях, и Эрик снова был готов заниматься с ней любовью. Он потянул ее на себя, стремясь своей горячей плотью проникнуть в ее влажные глубины. Через несколько минут он снова кончил, не понимая, что с ним происходит и почему ее страсть так действует на него.

После полуночи Эрик наконец вылез из кровати и босиком прошел на кухню: ему мучительно хотелось пить. К счастью, он надел трусы — на террасе сидели Луиза и Сара, собиравшиеся пропустить на ночь по стаканчику.

— Привет, — сказал он, смущенно улыбаясь. Его светлые волосы были всклокочены, глубокие голубые глаза сияли, а губы покраснели и распухли.

— Привет, — кивнула Луиза, с удовольствием отметив, что он великолепно сложен.

— Мне захотелось попить, — наивно пояснил он.

— Пожалуйста, — глаза Луизы зажглись веселыми искорками.

— А Дэнни уже спит? — спросила Сара, подмигнув Луизе, которая пнула ее под столом ногой.

Эрик опустил глаза и казался таким растерянным, что Сара решила поиздеваться над ним — в нее словно бес вселился.

— А вам когда-нибудь говорили, что дамам следует подавать руку?

— Не обращайте на нее внимания. — Луиза задыхалась от смеха. — Она просто интересуется, спит ли Дэнни?

— Да, — сказал Эрик, — не принести ли вам выпить?

— Ну что ж, принесите, — сказала Сара.

— Ладно, по последней, — Луиза протянула ему рюмку из-под бренди. — Найдете на кухне.

— Что на тебя нашло? — зашипела она на Сару, когда Эрик вышел.

— Не знаю, — сказала Сара. — Но, если честно, то знаю… Мы же собирались поговорить о моих фотографиях, а он не сводит глаз с Дэнни. А еще хуже то, что я всерьез злюсь на нее — зачем она потащила его в фотолабораторию? На самом-то деле она хотела его заманить к себе в постель и трахаться.

— Понятно, ревность, — определила Луиза, опершись на руки подбородком.

— Нет, злость.

— Так, значит, он тебе понравился?

— Нет, не понравился. Меня гораздо больше волнуют мои профессиональные дела. Но что творится с Дэнни? Она трахается с каждым встречным! Или просто выбирает тех, которых мы…