Лиза Клейпас - Канун Рождества в Пятничной гавани

— Ты всё ещё стараешься найти ему дом? — спросил Марк, придерживая дверь и пропуская их внутрь. Он наклонился, чтобы погладить и почесать за ухом Рэнфилда, который смотрел на Марка с оскалом средневековой горгульи, свесив язык.

— Да, но мы не особенно преуспели, — поделилась Мэгги. — С ним столько проблем. Ему, видимо, со временем потребуется протезирование тазобедренного сустава, потом его прикус, и ещё экзема. Одно дело быть преданным и сообразительным, но быть преданным и выглядеть, как Рэнфилд… Желающих взять его нет.

— В общем, если ты не против, — медленно произнес Марк, — мы бы хотели его взять.

Мэгги была ошеломлена:

— Ты имеешь в виду, навсегда?

— Да. А что ты так удивляешься?

— Он тебе не подходит.

— Что значит, не подходит?

— Ну, тебе нужен нормальный пёс. Лабрадор или спрингер-спаниель. Такой, чтобы ты мог брать его с собой на пробежку.

— Я поставлю Рэнфилда на колеса. Сэм и Холи в прошлый раз провели весь день, обучая его кататься на скейтборде.

— Он не сможет ходить с тобой на рыбалку — бульдоги не умеют плавать.

— Он может надеть спасательный жилет.

Марк послал ей насмешливую улыбку:

— Почему тебя так беспокоит, что я хочу его взять?

Рэнфилд переводил взгляд с Марка на Мэгги и обратно.

— Меня не беспокоит… Просто я не понимаю, почему ты хочешь его забрать.

— Он хорошая компания. И спокойный. Сэм говорит, что он великолепно сможет охранять виноградник от вредителей. И прежде всего, Холли любит его.

— Но ему требуется постоянная забота. Ему нужны условия. Ему необходима специальная диета и специальные средства по уходу, придётся раскошеливаться на ветеринара. Я не уверена, что ты ясно представляешь, что тебе предстоит.

— Что бы это ни было, я справлюсь.

Мэгги не понимала себя, огромная волна чувств прокатилась по ней. Она присела на корточки и стала гладить пса, чтобы спрятать лицо.

— Рэнфилд, похоже, ты обрёл дом, — произнесла она охрипшим голосом.

Марк присел рядом и, взяв за подбородок, повернул её лицо к себе, пытливо вглядываясь в него согревающим взглядом своих зелёно-голубых глаз.

— Эй, — тихо промолвил он. — Что такое? На секунду задумалась о разлуке с ним?

— Нет. Просто ты удивил меня, и больше ничего.

— Ты не думала, что я могу взвалить на себя обязательства, хотя впереди совершенно очевидно светят проблемы?

Он провёл большим пальцем по её щеке:

— Я учусь принимать жизнь такой, как есть. Иметь такого пса, как Рэнфилд неудобно, хлопотно и дорого. Но, похоже, стоит того. Ты была права. Ему присуще что-то благородное. Уродлив снаружи, но, чёрт меня возьми, если он не полон чувства собственного достоинства. Он хороший пёс.

Мэгги силилась улыбнуться, но подбородок задрожал, и снова её переполнили разом нахлынувшие чувства.

— Ты хороший человек, — умудрилась сказать она. — Надеюсь, когда-нибудь ты найдёшь кого-то, кто оценит тебя.

— Я тоже надеюсь. — Слова сопровождались улыбкой. — А сейчас мы можем подняться с пола?

Когда Марк поинтересовался планами Мэгги на День благодарения, она заявила, что каждый год обедает со своими родителями в Беллингеме. Кроме индейки, которую готовила её мама, остальной стол накрывали все вместе, и каждый приносил своё любимое блюдо и испечённый самолично пирог.

— Если захочешь в этом году остаться на острове, то можешь провести День благодарения с нами, — предложил Марк.

Мэгги уже испытывала это чувство, когда ловила себя на том, что пытается достать что-то, что уже решила себе не позволять: последнее печенье на тарелке, явно лишний бокал вина. Провести праздники с Марком и Холли грозило всё ещё больше запутать и свести их ближе.

— Спасибо, но я лучше придержусь традиции, — произнесла она, с трудом выдавив улыбку. — Семья рассчитывает на мою запеканку с сыром.

— Ту самую запеканку с сыром? — с несчастным видом отозвался Марк. — По рецепту твоей бабушки с четырьмя сортами сыра и хлебными гренками?

— Ты запомнил?

— Как я могу забыть? — одарил он её тоскливым взглядом. — Ты, случаем, не принесёшь остатки?

Мэгги засмеялась.

— Как тебе не стыдно. Я сделаю лишний горшочек для тебя. Хочешь, чтобы я для тебя испекла ещё и лишний пирог?

— А испечёшь?

— Какой хочешь? Тыквенный… яблочный… пекановый?

— Удиви меня, — предложил он, украв поцелуй, и проделал это так ловко, что она не успела запротестовать.

За день до праздника Мэгги забрала Холли из Рейншедоу к себе домой.

— Я тоже приглашён? — поинтересовался Сэм, прежде чем они ушли.

— Нет, только девочки, — заявила, хихикая, Холли.

— А если я одену парик? И стану говорить девчачьим голоском?

— Дядя Сэм, ты будешь самой худшей девочкой на свете! — радостно объявила Холли.

— Зато ты самой лучшей, — звонко чмокая её, сказал Сэм. — Ладно, можешь идти без меня. Но чтобы принесла мне большой пирог.

Придя домой с Холли, Мэгги включила музыку, зажгла в камине огонь и повязала девочке один из своих фартуков. Она показала Холли, как пользоваться старомодной колоколообразной сырной теркой с четырьмя гранями. Хотя у Мэгги имелся кухонный комбайн, чтобы приготовить б?льшую часть сыра, но она хотела, чтобы Холли попробовала приготовить сыр вручную. Трогательно было наблюдать, как ребёнок наслаждается кухонной работой, отмеряя, помешивая, пробуя.

— Вот четыре сорта сыра, которые нам нужны, — поясняла Мэгги. — Ирландский чеддер, пармезан, копчёный гауда и грюер. Мы их натрём, а потом растопим с маслом и горячим молоком…

Воздух наполнился приятными ароматами, теплом, свежестью, и вокруг витало лёгкое облачко мучной пыли. Присутствие девочки на кухне напомнило Мэгги, как это чудесно, когда, объединив всего несколько основных составляющих, можно сотворить нечто замечательное. Мэгги с Холли наготовили столько запеканки, что впору было накормить армию, и увенчали своё произведение хлебными гренками, слегка подрумяненными на сковороде с маслом. Потом сделали два пирога — один с нежной тыквенной начинкой, другой начинённый орехами пекан — и Мэгги показала Холли, как сделать корочку с завитушками. Они вырезали из остатков теста фигурки, посыпали их корицей с сахаром и поставили печь на противнях.

— Моя мама называет это печеньки-остатки, — поделилась Мэгги.

Холли смотрела на печенье через окно духовки.

— А ваша мама ещё жива? — спросила она.

— Да.

Мэгги отложила в сторону обсыпанную мукой скалку и подошла к Холли. Опустившись рядом с ней на колени, она обхватила девочку руками, и они вместе стали смотреть в духовку.