Виктория Холт - Седьмая девственница

Вернулась Долл и сообщила, что ее светлость желают нас видеть сейчас же. Миссис Роулт велела нам идти за ней. Мы поднялись по дюжине каменных ступеней к обитой зеленым сукном двери, ведущей в главные покои дома. Прошли несколько коридоров и наконец попали в главный зал и поднялись по лестнице, которую я запомнила со дня бала.

— Тут господа живут, — сказала с нажимом миссис Роулт. Она все подначивала меня. — Гляди вовсю, дорогуша. Небось думаешь, до чего же тут все богато, а?

— Нет, — парировала я. — Я думала, как, должно быть, далеко от кухни до столовой. Пища при транспортировке не стынет?

— При транспортировке, ишь ты! Да кто ты такая есть? Тебе-то что до этого, дорогуша. Ты-то в ихней столовой есть не будешь, — она весело хихикнула.

Я поймала взгляд Меллиоры и прочла в нем предостережение и мольбу. Не теряй самообладания, говорил он мне. Потерпи. Это наш единственный шанс остаться вместе.

Мне показалось, что я узнаю некоторые из коридоров, — это по ним я в ужасе бежала в тот вечер, когда был бал. Наконец мы остановились возле одной из дверей, и миссис Роулт тихо постучалась.

Когда ей велели войти, она сказала совсем не тем голосом, каким разговаривала со мной:

— Ваша светлость, пришли новая компаньонка и горничная.

— Введите их, миссис Роулт.

Миссис Роулт кивком головы велела нам войти. Комната была большая, с очень высокими потолками и огромными окнами, выходящими на газоны; в громадном камине горел огонь; обставлена комната была, как мне показалось, роскошно, но я сосредоточила все внимание на пожилой женщине, сидящей очень прямо в кресле у камина.

— Подойдите сюда, — властно сказала она. И добавила: — Благодарю вас, миссис Роулт. Подождите за дверью, пока вас позовут.

Мы подошли поближе, а миссис Роулт ретировалась.

— Прошу вас, садитесь, мисс Мартин, — велела леди Сент-Ларнстон.

Меллиора села, а я осталась стоять, так как мне приглашения сесть не было.

— Мы не обсуждали в деталях ваши обязанности, но это вы, несомненно, выясните со временем. Полагаю, что вы прекрасно читаете. Мои глаза уже не так хорошо видят, как прежде, и мне нужно, чтобы вы читали мне каждый день. Вы приступите к своим обязанностям безотлагательно. У вас хороший почерк? Я хочу, чтобы вы занимались моей корреспонденцией. Обычно такие вещи обсуждают заранее, до того, как принимают на работу, но поскольку мы были соседями, я думаю, можно отступить от обычая. Вам отведена неплохая комната. Она рядом с моей спальней, чтобы вы были поблизости, если мне вдруг понадобятся ваши услуги ночью. Миссис Роулт сообщила вам, где вы будете принимать пищу?

— Да, леди Сент-Ларнстон.

— Ну, кажется, мы все обговорили. Вам покажут вашу комнату, где вы сможете разобрать свои вещи.

Она повернулась ко мне, подняла лорнет, висевший у нее на поясе, и холодно меня рассматривала.

— А это мисс Карли, — подсказала Меллиора.

— Керенса Карли, — сказала я так же гордо, как в тот день, когда стояла там, в стене.

— Я слышала вашу историю. Я взяла вас, потому что мисс Мартин очень просила меня об этом. Надеюсь, вы нас не разочаруете. По-моему, миссис Джастин Сент-Ларнстон сейчас нет дома. Вам покажут вашу комнату, и вы будете ожидать там, пока миссис Джастин Сент-Ларнстон не пошлет за вами, что она непременно сделает по возвращении, так как ей известно, что вы должны прибыть сегодня. А теперь скажите миссис Роулт, пусть она войдет.

Я резко открыла дверь, и миссис Роулт отпрянула от замочной скважины, у которой, как я догадывалась, она, нагнувшись, подслушивала.

— Миссис Роулт, — приказала леди Сент-Ларнстон, — покажите мисс Мартин и мисс Карли их комнаты.

— Слушаюсь, ваша светлость.

Выходя, я ощущала на себе взгляд леди Сент-Ларнстон и чувствовала себя подавленной. Все это оказалось еще более унизительным, чем я себе представляла. Меллиора, похоже, потеряла всякое присутствие духа. Со мной этого не случится. Я почувствовала, что готова бросить им вызов, и разозлилась.

Скоро, пообещала я себе, я разузнаю все в этом доме получше. Буду знать каждую комнату, каждый коридор. Я вспомнила тот вечер, когда ускользнула от Джонни, и ужас, который пережила после. Ни за что не позволю Джонни унижать меня, даже если какое-то время и придется терпеть оскорбления от его матери!

— Все господские комнаты в этой части дома, — поясняла миссис Роулт. — Тут вот комнаты ее светлости, а рядышком ваша, мисс Мартин. Чуть дальше по коридору будут комнаты Джастина и его леди. — Она кивнула мне. — И твоя там же.

Вот так меня привели в мою комнату. Комнату горничной — но не простой горничной, а камеристки леди Джастин, напомнила я себе. Я не то что Долл или Дейзи. У меня есть особый дар, и я собиралась вскоре дать об этом знать всей этой кухонной прислуге.

А пока не следует торопиться. Я взглянула на свое отражение в зеркале. Нет, я решительно сама на себя не похожа. На мне была черная накидка и черная шляпка. Черное мне вообще-то никогда не шло, а траурная шляпка еще прятала мои волосы и была просто ужасна.

Потом я подошла к окну и взглянула на газоны и на Шесть Девственниц.

Тут-то я и сказала себе: «Ну вот ты и здесь. Ты здесь живешь». И все же, несмотря ни на что, я ощущала торжество, потому что здесь-то я и хотела быть. Моя печаль улетучилась. Я радовалась и ликовала. Я в доме — пусть в качестве служанки, но это было само по себе вызовом судьбе.

Я все стояла у окна, когда дверь отворилась — и мне сразу стало ясно, кто это вошел. Она была высокой и темноволосой, хотя и посветлей меня, элегантной, одетой в жемчужно-серую амазонку, и лицо ее разгорелось, наверное, от верховой езды. Она была красива и не выглядела злой. Я узнала в ней мою госпожу Джудит Сент-Ларнстон.

— Вы мисс Карли, — сказала она. — Мне сообщили, что вы приехали. Хорошо, что вы здесь. В моем гардеробе все совершенно вверх дном. Вы наведете там порядок, надеюсь.

Ее отрывистая манера говорить тут же напомнила мне о тех ужасных минутах в шкафу.

— Да… мадам.

Я стояла спиной к окну, так что оказалась в тени — весь свет падал ей на лицо. Я отметила беспокойные топазовые глаза, довольно широкие ноздри, полные, чувственные губы.

— Вы уже распаковали свои вещи?

— Нет еще. — Я не собиралась говорить ей «мадам» без особой нужды и уже поздравила себя с тем, что моя госпожа будет более снисходительной и тактичной, чем у Меллиоры.

— Ну так распаковывайтесь и приходите в мою комнату. Знаете, где это? Ах, конечно же, нет. Откуда вам знать? Я покажу.

Я вышла вслед за ней из своей комнаты и прошла несколько шагов по коридору.