Sexy сайз. Теория соблазнений - Инга Максимовская

ног? Да так, что звон в яйцах, слышно наверное в самых глубинах ада. А вот на эту секси зайку не встает ничего, скорее наоборот, скукоживается и втягивается. Что-то во мне сломала мерзкая Ольга Петровна. Но я же не сдамся? Трахну шлюху. Как там мне эта дура Ольга Перовна сказала? Валить к моим блядям-лебедям? Ну что ж, не буду разочаровывать. Хотя, господи, какая мне разница, что обо мне думает чертова нянька?

– И где мне найти под твои параметры эскортницу, Вадь? – озадаченно интересуется Гриня. И ведь прав, подлец. Товар то на любителя. Извращенного такого любителя, с кучей половых и психических расстройств.

– Слушай, а как называются извращенцы, которые любят толстых баб?

– Босс, ты в себе? Может к доктору смотаемся? Ну, к мозгоправу. Хотя. Вон лежит на кровати лучшая таблетка от придурочности.

– Я тебе вопрос задал, – кривлюсь я. Голова болит адски. Комната воняет благовониями и похотью. Отель дорогой, но блядский и безвкусный. – А врач у меня дома, блядь. И именно от нее я сбежал сюда.

– Мальчики, ну долго вас ждать? Мне скучно, – тягучий голос проститутки заставляет меня зубами заскрежетать. – Вы вдвоем будете? Тогда ценник другой. И время идет, а оно деньги. Мани-мани.

– Ничего, я не привык экономить на удовольствиях, – рычу я, борясь с одуряющим отвращением. Маска скрывает лицо девки, но губы… У нее гелевые губы, у нее скулы вылепленные хирургом, от нее не пахнет абсентом. Точно… Абсент. Может вернуться домой, подпоить эту дуру зайку абсентом и понять, что то, что я схожу с ума просто наваждение? Просто попользоваться нянькой. Может тогда меня отпустит? – Я буду один. Гриня, аривидерчи. Машину подашь через два часа. И это, напомни мне тебя уволить.

– Да Босс, обязательно, – хмыкает Гришка. И тут же испаряется.

– Слушай, а как называется половое извращение, когда мужик хочет толстую бабу. Прям до одури. Ну ты то должна знать, – боже, я спрашиваю у проститутки название моего диагноза. Это просто арт хаус какой-то, с элементами хоррора.

– Фидеризм, – спустя несколько секунд раздумья, выдает красотка. – Слушай. Ты если френчер, ценник другой. Я не подписывалась…

– Обычный я. Снимай костюм. Маску оставь. И шапку с ушами, – приказываю коротко. Возбуждение так и не пришло, но сбросить пар нужно. А то я скоро с членом наперевес начну бросаться на припадочную няньку, пуская слюни и блестя сумасшедшими глазами. Наблюдаю за отточенными движениями бляди. Она ведет бедрами зазывно, выгибается по-кошачьи. Странный танец, что-то среднее между стриптизом и балетом. Красиво, но у меня вызывает лишь странный совсем не сексуальный интерес. И ботфорты… Я хотел сапожки с когтями и…

– Слушай, ты еще яблочко мне сбацала бы, – нервно сглатываю, стараясь не заржать, представив танец «Яблочко» в исполнении силиконового зайца. Она замирает, смотрит с подозрением. Бедолага думает, что попала в лапы маньяка, и я ее понимаю. Сам бы бежал от такого ломая ботфорты. – Раздевайся и приступай. Без спецэффектов. Мне просто нужно сбросить пар. Не бойся, резать на ремни тебя у меня нет сегодня сил. Да шучу я, – хохочу, увидев в глазах бабы ужас. Черт, что я тут делаю? На хрена мне эта потаскуха? – Ложись.

Она послушно падает на кровать. Без дурацкого комбинезона фея выглядит не так отталкивающе. Но… Опускаюсь рядом. Чувствую, как по груди пробегают острые коготки, и силиконовые сиськи вжимающееся в меня. Прикрываю глаза, пытаюсь отдаться ощущениям, которых нет…

– Слушай, я тебе совсем не нравлюсь? – расстроенно шепчет шлюха. – Или Ванька-встанька у тебя не работает? Это прискорбно. Молодой. Богатый. В Цюрих бы съездил. Там, говорят, врачи кудесники. И не таких покойников поднимают, протезирование есть еще.

Сука, из-за такой вот кудесницы я сейчас здесь. Врач Ольга Петровна Задорнова, гребаная кудесница доведшая меня до половых дисфункций. И дело не в чертовой шлюхе, которая в общем-то работу свою постаралась выполнить. А в проклятой толстозадой Зайчатине, которую я сам притащил в свой дом. Я лис, прожженный и хитрый, сам отдал чертовой зайке свой ледяной терем. Я же ее и выгнать могу. А что? С глаз долой, их сердца вон. Самое простое и действенное лекарство.

– Ты куда? Время еще не вышло. Можем поболтать, – в голосе шлюхи я слышу жалость. – Я, между прочим, дипломированный психолог. А тебе, кажется, нужно выговориться. Слушай. Деньги очень нужны. Сегодня няне платить, а у меня подсос. Кстати, может отсосать тебе? Хоть кончишь, стресс снимешь малех.

– Не нужно, – морщусь. К горлу подскакивает тошнота. – Слушай, психолог, заплачу двойную таксу, если на один мой вопрос ответишь.

– Валяй.

– Моя няня сегодня упала в обморок, и у меня встал. Вчера ее рвало, а я блядь смотрел на ее рот и… Короче, что со мной? Думаешь, если я ее выгоню, полегчает?

– Няня, бля, ну ты отбитый, хотя чего я ожидала от любителя зайцев? Насчет тебя не знаю, мне в практике такие звезданутые не встречались, тебе бы не к психологу, а галоперидолу, сорян, ничего личного. А вот няне твоей не мешало бы тест на беременность сделать для начала. А потом уже, если отрицательный результат, провести обследование ЖКТ. Честно скажи, ты ее потрахиваешь?

– Что? Что ты сказала? – мой рев наверное слышно сейчас в Занзибаре. – Это невозможно. Невозможно.

– Ну почему же. Сто процентных средств предохранения еще нет. А бабы порой беременеют.

– Слушай, а почему ты не работаешь по специальности? Или блядствуешь по зову сердца?

– Ребенка на зарплату психолога не вытянуть. А на частную практику нет у меня баблишка, – хмыкает поганка, посеявшая в моей душе такую бурю, что торнадо в сравнении с ней куличик из песочницы.

– Вали домой, – рычу я. Бросаю на кровать пачку денег, перетянутую резинкой. Даже не знаю, сколько там. Да и плевать. Мне надо домой. Срочно. Прямо вот кровь из носа. Выбегаю из гостиницы, оглядываюсь в поисках бомбилы или такси. Да нет, господи, кого я слушаю? Проститутку? Бред силиконовой грелки. Какая беременность? Да и если она есть, то произведение скорее всего не мое. Зайка замужем, и черт ее знает, может она абсентом балуется каждые выходные. В кармане звонит мобильник. Чуть нащупываю его дрожащей рукой. Аглая звонит. Сердце пропускает удар. Обычно она звонит только в случае крайней необходимости.

– Что с Сашей? – не дожидаясь ни звука, хриплю я.

– Александра Вадимовна поела и спит. Я прочла ей сказку, переодела в пижаму, умыла. Тут другое…

Тук-тук-тук. Сердце бьется в ребра, перед глазами виснет пелена.

– Ольга Петровна исчезла. Я зашла ее проверить перед отходом ко сну…

Дальше я не слышу ничего. Глохну от