Единственный... - Екатерина Юдина

разрушительно для него? Более этого именно этот вопрос про мою близость с Демидом, был одним из них. Хотя, может, я просто надумывала себе лишнего.

Желая разрушить возникшую между нами тишину, я продолжила рассказывать про Салоники. Рассказала все, но умолчала о том, что мои родители и Ксенон терпеть не могли Кириана из-за тех сообщений, фото и видео. А знал ли Агеластос о них? Мне следовало спросить у него об этом, но я опять промолчала. Не тронула эти мгновения тишины между нами.

Так и получалось, что мы поговорили обо всем, но только не о том, что действительно следовало обсудить.

Когда мы уже собирались уходить, Кириан ненадолго отошел, а я подошла к краю беседки и посмотрела на Сароникос. На его волны и практически белый песок пляжа. Из-за этого не заметила того, что Агеластос вернулся, но ощутила то, что он встал рядом. Одно его присутствие будоражило и пропускало по телу вспышки тока.

— Можно я тебя поцелую?

От этого вопроса вспышки стали сильнее и я ощутила жар, но отрицательно качнула головой. Понимала, что одно прикосновение его губ и я просто пропаду.

Кириан получив мой отрицательный ответ, растрепал волосы ладонью и тоже посмотрел на волны. Это было еще одно мгновение тишины и покоя, но в тот же момент, ощущалось некое неудовлетворение. Будто хотелось другого.

Прошло еще совсем немного времени и мы собрались возвращаться обратно, но в какой-то момент Кириан поменял дорогу и мы оказались около леса.

— Почему мы тут? — настороженно спросила.

— Нужно кое-что прояснить.

Я хотела спросить, что именно, но не успела задать этот вопрос. Уже в следующий момент я увидела, что на небольшой поляне полукругом стояло несколько машин. Там так же находилось около дюжины парней и в центре стоял растерянный Гатис.

Кириан остановил машину и вновь открыл для меня дверцу. Опять не трогал и ждал, пока я выйду. Гатис, увидев Агеластоса, дернулся, будто желал убежать, но окинул взглядом парней, которые окружали его и остался стоять на месте.

— Ну, привет, брат, — сказал Кириан Иерону, при этом, приподнимая один уголок губ в жутком оскале.

Глава 13 Потом

Несколько долгих секунд Иерон и Кириан неотрывно смотрели друг на друга и мне казалось, что в воздухе повисла та тяжесть, которая сильным давлением ощущалась даже физически. От этого становилось как-то не по себе. Мне вообще не нравилось это место. От него бежали мурашки по коже.

— Можете уезжать, — сказал Кириан другим парням, при этом, все так же не отрывая жуткого взгляда от Гатиса.

— Мы можем остаться? — спросил парень стоявший правее. — Хотим посмотреть.

— Нет, — коротко ответил Агеластос.

Они не стали спорить, хотя, судя по ним, парни все же хотели остаться. Но все же молча сели в машины и по одному уехали, объезжая джип Кириана. На это потребовалось некоторое время, но пока те парни покидали этот лес, ни Агеластос, ни Гатис, не сдвинулись с места. Кириан ждал, пока мы тут останемся одни.

— Ты серьезно? — спросил Гатис, когда последняя машина скрылась за деревьями. — Пойдешь против брата, из-за какой-то девчонки?

— Что за видео, о котором ты рассказывал Чаре? — Кириан не обратил внимания на вопросы Иерона. Сейчас Агеластос стоял положив ладони в карманы джинсов, но, не смотря на это, создавалось ощущение сильной угрозы. Гатис, наоборот, хоть и был напряжен, но казался полностью открытым.

— Неужели ты наконец-то называешь ее по имени, а не, как обычно, «Очкариком»? — Иерон приподнял бровь, после чего обернулся ко мне. — И как тебе? Ты же влюбилась в того, кто тебя и девушкой не считал, а теперь, не прошло и нескольких дней, как ты опять с ним, несмотря на то, что он тобой попользовался. Тебе же нравится когда об тебя ноги вытирают, а я, идиот, цветы дарил и на свидания звал. Сказала бы сразу, что нравится быть униженной и я бы тебе это обеспечил. Еще бы поимел на заднем сиденье пыльной машины, припаркованной рядом с твоим домом. Чтобы окна были открыты и твои родители слышали твои стоны…

Гатис не договорил. Кириан ударил его в живот и Иерон упал на колени, прижав ладонь к ушибленному месту. Из-за боли он не мог сделать ни вдоха, но сильно кашлял.

— Рот закрой, — Кириан оскалился. — Я говорил тебе не подходить к ней.

— Ревнуешь?.. Злишься, что я посмел сказать о том, что мог бы ее отыметь? — Гатис наконец-то мог хоть как-то дышать и в этот момент улыбнулся. — Не поверишь, Риан, но мои мысли куда грязнее. Хочешь услышать о них? О том, что я сейчас думаю о том, как раздеваю ее прямо тут. Задница у нее зачетная, но, уверен, грудь еще лучше. А еще губы. Я бы поставил ее на колени и сказал бы открыть рот. И она бы послушалась…

Очередной удар, но на этот раз коленом в лицо. Гатис упал на землю и из его носа хлынула кровь, но Иерон не остановился. Не замолчал:

— Уверен, она девочка способная. Брала бы очень глубоко.

Еще один удар ногой в бок и после этого Гатис уже не смог разговаривать. Хрипел, кашлял и задыхался.

Я смотрела на это и ощущала, как мурашки, бегущие по коже, становились более острыми, а холодок, сковывающий тело, уже ледяными иглами впивался в сознание. Я ведь ненавидела Гатиса, но, при этом, не могла смотреть на то, что сейчас происходило. Даже несмотря на мерзкие слова Иерона.

В какой-то момент я вовсе отвернулась, но от этого легче не стало. Я сама себя не понимала, но в груди расплывалось нечто будоражащее и совершенно нехорошее. От этого хотелось избавиться. Срочно вырвать из себя и прекратить то, что казалось отторгающим. Жгущим душу и испепеляющим разум. Руки дрогнули и сердце забилось учащенно. Нечто пожирало меня изнутри.

— Я бы на этом не остановился… — прохрипел Гатис. — Я бы поднял ее и развернул к себе спиной… Сказал бы руками упереться в дерево…

Кириан сжал ладонью его футболку и, резко потянув на себя, заставил