Ромашка с шипами (СИ) - Филимонова Лина

Это абсолютная правда. В моей жизни точно никогда не было ничего подобного…

— Вон, видишь, Большая Медведица, — с умным видом произносит моя козочка.

— Где? — спрашиваю я.

Конечно, я вижу Медведицу. Но мне почему-то не хочется в этом признаваться.

Я вообще чувствую себя очень странно. Как во сне.

Может, это и есть сон? Я уснул на диване с Ритой, и теперь мне грезится, что Ева лежит в моих объятиях…

— Да вон же она! — нетерпеливо ерзает коза. — Вон ковш, вон его ручка. Видишь?

Она сопит мне в ухо. Рисует пальцем фигуры в воздухе. Забрасывает на меня ногу. И мне хочется, чтобы это продолжалось вечно…

— Кажется, вижу.

— А напротив нее Малая Медведица. Ее ковш заканчивается Полярной звездой.

— Ничего себе, — восхищенно выдыхаю я.

— Ты не знал?

— Понятия не имел.

Не буду рассказывать козочке, что изучал астрономию. Мне нравится, как она умничает и как старается мне все разъяснить.

— А вон Млечный Путь… Сегодня он такой яркий!

— Где? — я хлопаю глазами. — Покажи.

— Да ты издеваешься надо мной! — доходит до Евы.

— Не все же тебе из меня жилы тянуть.

— Да я не…

Она замолкает. Мы лежим и молча смотрим на звезды.

Я слышу ее легкое дыхание. Ее волосы щекочут мое лицо. Ее голова лежит на моем плече. И она прижимается ко мне всем своим теплым, хрупким, невероятно волнующим телом.

Если рай существует, то он должен быть именно таким.

Волшебная осенняя ночь. Я, моя коза, гамак и звезды.

Никогда и ни с кем я не чувствовал такого счастья и такого единения. Сейчас мне кажется, что мы с Евой — одно целое. Мы сошлись, как пазл. Все детали встали на место… Ну, могли бы встать.

И это не просто желание, как я думал раньше.

Я не просто хочу эту маленькую дерзкую козу. Это нечто большее. Нечто огромное, глубокое и пугающее меня самого.

Именно тогда, в гамаке под звездным небом, я, наконец, осознал то, что давно было очевидно.

Я люблю ее.

Я жить не могу без этой невыносимой девчонки…

Глава 43

Артур

— Ты что творишь? — раздается над моим ухом.

И я медленно выползаю из сна.

Сон, кстати, был офигенный. Мне снилось, что я лежу в гамаке под звездами, в моих объятиях коза, она показывает мне Большую Медведицу, а я…

Я открываю глаза. И зажмуриваюсь.

Потому что солнце светит очень ярко. Но потом на мое лицо падает тень. И я делаю вторую попытку проснуться.

Арина. Это она надо мной нависла.

А я… я реально лежу в гамаке. На улице. Возле беседки. Звезд на небе нет. Но зато рядом со мной сопит спящая коза.

Это был не сон!

— Что происходит? — спрашивает Арина.

— Ничего.

— Почему ты спишь с девушкой Никиты?

— Я не сплю… То есть именно сплю. Это не то, что ты думаешь.

Боже, какая пошлая и глупая фраза!

Острое колено врезается мне в бок. Над ухом раздается недовольное сопение. Я поворачиваю голову.

И натыкаюсь на обалдевшие глаза Евы.

— Что мы… Почему я…

Она смотрит на Арину. На меня. Ее щечки вспыхивают милым румянцем.

Коза отчаянно бьет копытами, пытаясь выбраться из гамака и оттаптывая мои жизненно важные органы.

— Да тише ты! — бормочу я.

И прикрываюсь руками.

— Так что тут происходит? — снова спрашивает Арина.

— Ничего, — хором произносим мы с Евой.

И она, наконец, переворачивает гамак.

Мы вместе валимся на траву и откатываемся друг от друга. Ева вскакивает и торопливо идет к дому, опустив голову.

Да, ситуация неловкая… Но не смертельная.

Во-первых, тут только Арина, а не все семейство. И, главное. не Никитос. Во-вторых… да пофиг.

Пофиг на все. Все равно придется через все это проходить. Объяснения, обиды, возможно, даже вражда и ненависть…

Я люблю Еву.

Я понял это вчера ночью. И сегодня, при ярком и беспощадном солнечном свете, это понимание никуда не исчезло.

Потому что это правда. Которую я уже давно от себя скрываю.

И, если у меня есть надежда на ответные чувства… А я уверен, что она есть. Если бы Ева была влюблена в Никиту, она бы спала с ним. А не смотрела на звезды со мной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Раз у меня есть надежда… Я найду точку опоры и переверну землю.

— У тебя совсем крышу снесло? — набрасывается на меня Арина.

— Да в чем дело-то? Чего ты на меня напала?

— А ты сам не понимаешь?

Мы вваливаемся в беседку. На столике стоит кофеиник и чашка. Видно, Арина собралась тут выпить утренний кофе, но увидела нас с Евой.

Я наливаю кофе в чашку и залпом выпиваю. Обжигаюсь и мычу от боли. Арина смотрит на меня своим внимательным взглядом.

— Рассказывай.

— Нечего рассказывать. Мне не спалось, пришел посмотреть на звезды. Ева тоже мучилась от бессонницы и решила приземлиться в гамак. Мы изучали созвездия и, видимо, нечаянно уснули.

— И все?

Нет, не все. Это была самая волшебная ночь в моей жизни. Ночь, после которой все пойдет по-другому.

Но рассказывать об этом я пока не готов.

— Не думаю, что Никите нужно об этом знать, — бормочет Арина.

— Это как Ева захочет.

Никите придется пережить серьезное разочарование… Но такова жизнь. Трудности закаляют характер. Пришло время моему племяннику немного закалиться.

Ева

— Где ты была? — Никита сидел на кровати.

Взъерошенный, хмурый. Как сонный воробей.

— Прогулялась, — буркнула я.

И застыла посреди комнаты.

Я не знала, куда деваться. Мне хотелось спрятаться. Убежать. Я умирала от неловкости и стыда.

Я приехала на эту дачу с одним мужчиной. А ночь провела с другим. И пусть я просто спала… Но я спала в его объятиях. И мне было хорошо. Просто волшебно.

Это подло по отношению к Никите.

Это, мягко говоря некрасиво, по отношению ко всем его родным. Нас с Артуром застукала Арина!

Именно застукала. Я чувствовала себя преступницей. У меня до сих пор звучат в ушах ее слова: “Почему ты спишь с девушкой Никиты?”

Я — девушка Никиты. Я сама влезла в эти отношения, никто меня не заставлял. А теперь веду себя… как шлюха!

— Мне кажется, тебя и ночью не было, — неуверенно пробормотал Никита.

— Ты храпел, — выдала я.

— Серьезно?

— Да. Как трактор.

— Извини… Я иногда храплю. Но только когда выпью. А пью я редко. Так что… Не переживай. Со мной вполне можно спать.

Я переживаю вовсе не из-за этого!

И я не собираюсь с ним спать. Сейчас я четко понимаю, что этого никогда не будет. Это все было ошибкой с самого начала.

— Иди ко мне, — произнес Никита.

И снова рухнул на подушки.

— Поехали домой, — выпалила я.

— Что? Сейчас восемь утра!

— Мне нужно…. Мне срочно нужно в город. Я вызову такси.

Это будет очень дорого, но плевать. Я не могу здесь оставаться. Я не могу смотреть в глаза Арине. И всем остальным. Наверняка она всем расскажет…

Что они все обо мне подумают?

Я схватила свою сумку. Забросила в нее телефон, висевший на зарядке. Расческу, бальзам для губ, которые валялись на тумбочке. Вспомнила, что не умывалась и почувствовала себя отвратительно несвежей.

Пофиг. Потерплю до дома.

— Ева, что случилось? — Никита схватил меня за руку.

— Я забыла, у меня завтра важный зачет. А я совсем не подготовилась. Я не хочу вылететь из института в начале первого курса!

Это была откровенная дичь, но ничего лучше мне в тот момент не придумалось. И Никита знал, что я вру. Я видела это по его глазам.

Знал, но не стал ни в чем обвинять.

— Дай мне пять минут, — произнес он, вскакивая. — Умоюсь, оденусь, и поедем.

— Правда? — растерялась я.

— Надо так надо, — улыбнулся он.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он такой хороший! А я настоящая тварь.

Я должна сказать ему… Мы должны расстаться. Очень подло с моей стороны вот так водить его за нос!