Алисия Холлидей - Хорошие девочки получают все

– Понятно. Видимо, это срочно. Что стряслось, Бэннинг? – спрашиваю спокойным, бесстрастным тоном, хотя очень боюсь, как бы он не вознамерился обсудить наш так и не состоявшийся совместный обед.

Он распрямляется, демонстрируя до неприличия красивое и стройное тело, подходит к столу, присаживается на краешек кресла и наклоняется в мою сторону:

– Именно это я и хотел узнать. Что происходит? Думаю, вряд ли ты пожелаешь говорить о сегодняшнем неудачном обеде, но меня зацепила фраза, которую я случайно услышал. Так со сколькими же мужчинами ты сегодня встречаешься? Дай угадаю: это маркетинговое исследование?

(Как он прав насчет обеда!) Мысленно перебираю названия согревающих масел новой линии и думаю, какие из них я бы не отказалась протестировать на Бэннинге. Бах! Температура в комнате подскакивает до миллиарда градусов. А я откидываю волосы с внезапно вспыхнувшего лица. Страница тринадцать? Изделие номер четыре-семнадцать? Впрочем, мне почему-то кажется, что в постели мой шеф обходится без электронных устройств… Борюсь с откровенными мыслями, пытаясь вернуться к теме беседы. Но как приятно было бы ощутить его руки на своем…

– Маркетинговое исследование? Точно. Да, именно. Разве можно найти лучшее время, чем вечер пятницы, чтобы проанализировать перспективы продвижения наших товаров? – Выпячиваю подбородок и устремляю на него красноречивый взгляд, означающий: «Здесь главная я».

Бэннинг широко улыбается, но его глаза остаются серьезными.

– П-понятно… Маркетинговое исследование. Знаешь, я тоже озабочен перспективами новой линии; может, и меня прихватишь с собой? Две головы лучше, чем одна, как известно. Даже если одна из этих голов – твоя, без сомнения, – светлая.

– Я… э-э… – Помогите! Что-то моя светлая головушка отказывается меня выручать. – Ты знаешь, это исследование мне лучше провести в одиночку. Трудно будет знакомиться с мужчинами, если рядом будет околачиваться породистый самец вроде тебя.

На этот раз и его глаза улыбаются.

– Самец? Ты считаешь меня породистым самцом? Из твоих уст это, конечно же, комплимент. – Шеф откидывается в кресле, давая мне возможность беспрепятственно созерцать его мускулистые бедра.

Очевидно, этот мужчина занимается спортом. И немало.

Делаю глубокий вдох.

– Комплимент? Нет, просто констатация факта. Ты ведь и сам знаешь, что хорошо выглядишь, я ничего особенного не сказала. На самом деле, кого бы я ни взяла с собой – мужчину или женщину, это будет помехой моим сви… то есть я хотела сказать – сбору сведений. Так что спасибо, но… нет, спасибо. – Вытаскиваю из ящика сумочку, поднимаюсь и обхожу стол. – Спасибо, что зашел, но мне пора. Увидимся в понедельник.

Бэннинг внимательно смотрит на меня, наклонив голову, затем тоже встает. К несчастью, при этом он оказывается на расстоянии ближе двух футов. Я чувствую пряный, отдающий древесными нотками аромат бальзама после бритья.

Интересно, меня уволят, если я слегка укушу начальника в шею? У меня, наверное, легкое помутнение рассудка, потому что я действительно успеваю подступить еще ближе к нему, прежде чем успеваю выйти из транса, навеянного долгим отсутствием оргазма. Быстро отодвигаюсь от Бэннинга.

– Всего доброго. До встречи. Пока.

Стремительно проскакиваю мимо шефа, пока он не сказал еще что-нибудь, и почти успокаиваюсь. Уже взявшись за дверную ручку, слышу за спиной негромкий смех и оборачиваюсь, а зря: он продолжает стоять на том же месте, уставившись на меня.

– Кирби! Э-э… желаю продуктивно провести вечер. Увидимся в понедельник.

Киваю и убегаю, недоумевая: почему в злодейские планы судьбы вошло наслать на меня такой мощный прилив желания? Почему меня так волнует само присутствие Бэннинга Стюарта, главного исполнительного директора? Направляясь к лифту, понимаю, что мне просто нужна хорошая доза грубого секса, и улыбаюсь, представляя счастливого победителя сегодняшнего вечернего шоу. Он получит намно-о-го больше, чем ожидал. Может, я даже испробую на нем наше изделие номер четыре-семнадцать. И тогда мне удастся выбросить Бэннинга из головы, а мой гормональный фон придет в норму.

– Потом эта сыпь стала чесаться, все сильнее и сильнее; я чесался, но чем больше чесался, тем хуже становилось, пока я весь не покрылся волдырями.

Уставившись на имеющий форму луковицы нос Гарри, моего третьего кавалера за вечер, чувствую, что больше не могу скрыть отвращение. Прошло уже шесть минут из положенных десяти, а он все описывает дерматологические последствия своего туристического похода. Исходя из предположения, что этот парень, должно быть, стремится предстать передо мной в наилучшем виде, стараясь произвести благоприятное впечатление, содрогаюсь при мысли о целом вечере с таким недоумком.

Собеседник склоняется ко мне, его тощая шея сиротливо вылезает из свитера ядовитого грязно-коричневого оттенка с тошнотворно-зеленым рисунком.

– А потом пошло заражение.

В панике отпрыгиваю вместе со стулом.

– Надо же! Ну все, достаточно. Хватит с меня.

Гарри всматривается в мое лицо невидящим взглядом. Наверное, оставил очки в машине, абсолютно безуспешно пытаясь казаться более привлекательным.

– Что? Ты что-то сказала?

– Да, я просто… хочу сделать перерыв. Мне нужно в дамскую комнату. Прямо сейчас. – Встаю, слабо машу рукой женщине-координатору, призывая на помощь.

Она бросается ко мне, едва не спотыкаясь в своих модных черных балетках.

– Хочу сделать паузу. Нужно в дамскую комнату. Я не знала, надо ли предупреждать вас.

Женщина встревоженно изучает меня. Неужели на этих мероприятиях еще ни разу никому не захотелось пописать? Или она боится, что я вылезу в окно туалета, чтобы удрать от Гарри? Она так пристально смотрит в свой блокнот, будто там содержится ответ на все вопросы о смысле жизни (или на худой конец пропуск в туалет).

– Э-э… вы уверены, что не можете подождать? Перерыв будет в конце этого раунда.

Бросаю еще один взгляд на Гарри. Да, наверное, немало потенциальных партнерш для «быстрых свиданий» исчезают через окно в туалете, если тут много таких классных ребят. Еще малая толика общения с Гарри – и меня не удержат даже решетки на окнах. Содрогаюсь при мысли об этом.

– Да. Уверена. Прошу прощения, Гарри. Надеюсь, вам больше повезет в следующем раунде.

Убегаю в направлении туалета, не дожидаясь, пока нервная координаторша решит, можно ли мне туда. Я что, в третьем классе?

Да, мне предстоит нелегкий долгий вечер.

Почему-то законы физики оказались нарушены, и первые сорок пять минут «быстрых свиданий» длились этак года полтора. Неужели ради этого я переодевалась в маленькое черное платье от «Донны Каран» с новыми туфлями на шпильке? Пытаюсь расслабиться и наслаждаться игрой превосходного джазового квартета, музицирующего в углу, но быстро вспоминаю, что не люблю джаз.